Марина Казанцева - Космический Патруль

На лоб Артура была наложена повязка, а сам он немного даже порумянел — сказывалось действие лёгкого обезболивания.

— А для чего же шалфей, сестра? — шёпотом поинтересовалась Моргана.

— Для снятия синяков вокруг глаз. — нашлась в ответ супруга короля. И тут же смочив две тряпочки тёплым отваром, приложила их к векам Артура и слегка помассировала под бровями. Тот расслабился и задышал спокойнее.

— Не покидайте меня, моя королева. — отрывисто произнёс он, наложив на руку Джиневры свою горячую ладонь.

Глава 16

Всю ночь она просидела возле постели Артура, а с другой стороны до утра не переставал бдительно наблюдать за ней старый Мерлин. Если колдун что и подозревал, то держал это при себе. Но вот утром, когда в опочивальню просочилась изнывающая от любопытства Моргана, с век Артура были сняты матерчатые тампоны с шалфеем. Результат превзошёл все ожидания: вокруг глаз короля оставались только слегка жёлтые круги, и, если бы не ввалившиеся от испытания глаза, выглядел бы он вполне прилично.

Далее с предосторожностями была снята повязка и глазам всех троих предстала уже совершенно чистая рана, без всяких признаков воспаления.

— Сестра, я всё-таки умоляю вас: откройте мне состав. — жадно зашептала Моргана.

— Весь не открою. — отрезала та. — Но некоторые компоненты — могу: пчелиный воск, маточное молочко, прополис и пчелиный яд.

— О, это нам и так известно. — ответил Мерлин. — Я думал, какой-нибудь толчёный рог белого носорога, или сушёные саламандры.

— Или когти василиска. — продолжила с видом знатока Моргана. — Или желчь протея.

— Дайте мне зеркало! — потребовал Артур. Получив его, он убедился, что выглядит в самом деле несравненно лучше, нежели накануне.

— Повязку на лбу скроет корона. — сказала ему Джиневра. — И постарайтесь поменьше двигаться, чтобы не закружилась голова. А я приготовлю для вас бодрительный состав. Время от времени будете пить вино с ним.

Надо ли говорить, с каким безоговорочным доверием отнёсся Артур к словам своей жены.

Наконец, она смогла оторваться от ухода за больным и заняться уже своими собственными делами. Предлог был убедителен: надо привести себя в порядок и также проследить, чтобы всё было к началу турнира сделано, как надо.

— Да зачем? — с эгоизмом больного ребёнка выразил недовольство Артур. — За всем и так присмотрит сэр Кей. Он сенешаль, это его обязанности.

— Сэр Кей стар. — возразила Джиневра. — И наверняка он хорошо нагрузился вчера, когда всех рыцарей и гостей обносили угощением.

Моргана приятно заулыбалась при этих словах. Она-то знала, чем угощали рыцарей накануне турнира. Хорошо ещё, если все не слягут с поносом, а то и ещё чего похуже.

Выехав верхом в сопровождении придворных дам, Джиневра отправилась искать сэра Кея. Тот в самом деле выглядел весьма помятым после вчерашних возлияний. Королева могла поклясться, что сенешаль, случись ему взять в руки пику, не то что по Мордреду не попадёт, но промахнётся даже, если будет целить в крепостную стену.

Сонный сенешаль так и покачивался в седле — он праздно торчал со своей свитой в тенёчке и не выказывал ни малейшего желания заняться делами.

— Все рыцари готовы к турниру. — сообщил он при виде королевы.

Через час трибуны уже будут заполнены, будет объявлено начало, и любой, кто явится после последней трубы, не сможет участвовать в состязании. А Ланселота нет как нет.

— А это кто? — зорко впилась глазами Джиневра в кишащую народом дорогу.

— Где? — лениво поинтересовался сенешаль.

— Вон, искорка вдали.

— Ничего не вижу. — ответил подслеповатый сэр Кей.

— Да рыцарь же едет! — воскликнула разгневанная его ленью королева.

— Ну, едет и пусть себе едет. — рассудительно ответил неторопливый слуга короля. — Приедет, палаточку поставит, пойдёт запишется. А, если не успеет, невелика беда — в следующий раз порасторопнее будет. Не на базар едет — на королевский турнир.

— Ну вот что, сэр Кей. — теряя терпение, сказала королева. — Я думаю, не слишком ли тяжела такая работа для вашего пожилого организма? Пора, пожалуй, подыскать вам и замену. Я и так не говорила своему супругу, что большую часть вашей работы взяла на себя.

Старик перепугался и поспешил двинуться навстречу запоздавшему рыцарю.

— Фи, он приехал совсем один! — воскликнула одна из замужних матрон, которая была в сопровождении у королевы.

— А где же его вещи? — осведомилась другая. — Он после турнира пойдёт спать в конюшню при замке? Или расположится у зеленщика в его сарайке?

— Ой, какой красавчик! — запищала третья, совсем молоденькая.

— Где там виден красавчик? — недовольно забрюзжала первая. — Они все такие: нарядятся в блестящие доспехи, а как снимут панцирь, так под ним и нет ничего иной раз. А физиономии у некоторых настоящая деревня, словно они прямиком из козопасов да в бароны. Нет, не отговаривайте меня! Нет сейчас красивых мужчин!

— А уж выражаются, так прямо, как золотари! — вошла в тему вторая. — Одни слова: дерьмо, да жопа! А сами только и глядят, чтобы под юбки граблями залезть!

Третья засмущалась, захихикала и отчаянно покраснела.

Джиневра с волнением наблюдала, как сэр Кей подъехал со своей свитой к растерянно озирающемуся рыцарю в серебряных доспехах, о чём-то некоторое время с ним говорил, потом махнул рукой в сторону белой палатки, которая была приготовлена как раз для такого случая. Проезжая обратно мимо королевы, он недовольно пробурчал себе под нос:

— Ездят тут всякие прощелыги! Заботься тут о них, палатки им готовь! Ни дать, ни взять: прынц заморский!

Артур сидел под высоким бархатным балдахином, и тень удачно скрывала его не вполне здоровый вид. Рядом с ним, в таком же королевском кресле сидела Джиневра, а с другой стороны, чуть ниже, как и полагалось по этикету, сестра Моргана. Мерлин же, как всегда, пристроился позади кресла короля и был почти невидим.

Трибуны полны людей — огромная толпа празднично гомонила. Ещё больше народу скопилось за оградой — там слонялись простолюдины, которые по такому важному случаю, как ежегодный рыцарский турнир, почти все получили возможность неплохо заработать. Много женщин, как молодых, так и пожилых. Трибуны так и колыхались множеством замысловатых головных уборов, так и трепетали разноцветным пламенем шарфов.

И вот раздалось пронзительное пение рогов — вышли на площадку герольды, провозгласили начало битвы.

Её очень мало интересовали все эти молодые рыцари. Каждый из них полон надежд на удачу, и каждый получит своё место в войске Артура. Сейчас решается лишь распределение ролей.