Леонид Кондратьев - Проблемы космического масштаба

Впрочем, надолго меня не хватило - последним, что я помню, было явственное ощущение исходящего из ушей пара, а затем занавес опустился.

Очнулся я уже утром, как упоминалось ранее, и в прескверном самочувствии. Эти... девицы неадекватного поведения рано или поздно, но почти наверняка сведут меня в могилу... Почти - потому что остаётся шанс, что после их экспериментов не останется ничего, что можно было бы туда сводить.

Я снова попытался открыть глаза. В этот раз из окна в меня били не лазерные лучи, выжигающие мой многострадальный мозг, а почти нормальный свет лампы допросного кабинета. А вот и следователь на стуле...

Роль последнего играла принцесса. Эмм... Я проморгался, но зрение меня не обманывало: её имперское высочество принцесса Кальне ни Джали сидела на стуле рядом с кроватью, определённо присматривая за моим состоянием... пока не задремала.

- С добрым утром - сообщил голос из-под одеяла, и из-под укрытия ткани выглянула рогатая голова. - Эмм... извини. Перестаралась немного...

Сказать мне хотелось многое, но... Присутствие принцессы, на удивление живучие остатки вежливости по отношению к женщинам и умильно-извиняющееся выражение на её лице заставило меня удержаться от резкостей. Вместо этого я вздохнул и задал вопрос:

- Что ты тут делаешь, в моей постели?

- Поддерживает твою энергетику - отозвалась вместо неё Кальне. - Аюни восстановила повреждённую энергосистему организма, а эта... рогатая послужила временной внешней подпиткой.

- Батарейкой - хмыкнул я. - Ойй... Анасия, когда в следующий раз попытаешься меня прикончить, по крайней мере сделай это безболезненно. Я же тебе ничего плохого вроде не сделал...

Лицо Анасии сжалось, и её голова снова исчезла под одеялом.

- Ты уже можешь вылезать - сообщила принцесса. - Его состояние нормализовалось.

Рогатая с явной неохотой, ногами вперёд, выползла из-под одеяла. Вид при этом имея крайне повинный, что для нее уж очень не характерно. Вообще, если разбираться, контингент собравшихся в моей многострадальной квартире существ далеко выходит за рамки того что в приличном обществе принято называть термином - нормальность. Взять ту же инопланетную принцессу, по какой-то причине носящуюся со мной и пытающуюся привить хоть какие то нормы инопланетного этикета; или что еще хуже, вот эту чертовку, на полном серьезе считающую меня своей собственностью. Не говоря уже об этом сумасшедшем гении Аюни. Вот у кого на лице я бы не хотел видеть извиняющуюся улыбку так это у нее. По какой то причине мне кажется, что таковая у нее может появиться после какого-нибудь небольшой ошибочки в вычислениях, ну а кратер в пол нашей области всегда можно замаскировать, например озером. Или вообще с кристальной чистотой в глазах утверждать, что все так и было и услышанное ранее «УПС!» и оглушительный взрыв совсем не причем.

Кое-как вынырнув из постели и обнаружив себя только в трусах и почему то в правом носке, я с подозрением бросил взгляд на моментально залившуюся краской и отвернувшейся, как будто не при делах, к окну Кальне и на все еще скромно устремившую очи к долу Анасию.

- Эх! - Вздохнув, подошел к стенке и по памяти вытащил из верхнего отделения старый халат отца.

Он, конечно, был мне великоват, но вот именно сейчас я тупо хотел в ванную, а искать джинсы и чистую футболку мне было просто влом. Накинув это коричневое махровое богатство, больше похожее не на банный халат, а на одежку какого-нибудь средневекового махараджи (только без золота и брюликов) я с индиффирентным видом двинулся в сторону ванной комнаты.

Да, квартира одинокого студента - это не самое фешенебельное место даже после того, как туда вселилась троица сногшибательных красоток. Вот, например, лампочка в коридоре перегорела еще вчера, но не сил, не возможности ее поменять не было. Добравшись до двери ванны и на полном автомате щелкнув выключателем, я развернулся в сторону услышанного со стороны кухни какого-то подозрительного шума, подождал несколько секунд, и, пожав плечами, шагнул за порог. Вроде бы звуков битья посуды или взрыва газовой плиты слышно не было, а все отстальное можно пережить. Тем более, что вроде бы после просветительской беседы Анасия дотумкала, что стекла пальчиками, особенно ее, лучше не трогать. Не знаю что там у нее за маникюр, но работает получше алмазного стеклореза. Сделав еще несколько шагов и перебирая в голове всю эту чехарду случившегося со мной, я ощутил на грани восприятия какую-то важную мысль.

Вот у вас никогда не было что какая то мысль - очень важная, интересная и крайне необычная - вдруг исчезла и только заманчиво поманила своим послевкусием?

- Да что же такое. Ведь на языке крутилась - и только произнеся эти слова вслух, до моей головушки дошло что вокруг что то не так. Очень не так сильно не так. Начнем хотя бы с эха...

Угу, именно эха, свободно гуляющего по этому... этой... В общем, по тому, что я обнаружил вместо своей старенькой, обшарпанной, но родной ванной комнаты.

Мраморные стены. Потолок, возвышающийся над головой на несколько моих ростов. Чёрно-белая плитка на полу, странно тёплая. И уходящий вдаль зал с колоннами, бассейном в десятке метров передо мной и отсутствующей стеной в дальнем конце.

Последнее меня и добило. Нет, не отсутствие стены; это можно было бы пережить, даже если бы дыра открывалась во двор. Однако открывшаяся передо мной картина была куда серьёзнее - и масштабней.

За тем местом, где должна была находиться дальняя стена, открывался сад. Цветы, деревья, травы - всё как положено; и край земли, обрывающийся в пустоту.

Движимый надеждой, что вижу панорамный экран или даже что-то вроде фотообоев, я приблизился, и осторожно, очень осторожно, прикоснулся к «экрану». Рука не встретила сопротивления, лишь пальцы, пересекшие незримую черту, обдало прохладным ветерком.

Где-то за краем висящего в пустоте сада, в бесконечной черноте, мерцал диск галактики, а я стоял, замерев, как болванчик, с пустой от мыслей головой.

Потрогал ближайшую колонну. Постучал по ней. Царапнул ногтем и пребольно ударил по ней ногой. Оглянулся несколько раз, после чего почесал свои вихры и осторожненько так крикнул:

- Эй?! Есть здесь кто-нибудь?

Эхо, кстати, классное - такое ощущение, что находишься в зале филармонии.

С учетом того что никто так и не отозвался я аккуратно так, осторожно сделал довольно странную вещь на взгляд любого обывателя - лизнул колонну. Что могу сказать - мрамор. Прохладный. Гладкий и безвкусный.

По какой то причине залился краской - да так что щеки чуть ли не загорелись. Как будто бы меня поймали на чем-то офигительно постыдном.