Сергей Мусаниф - Гвардия

Почему они этого не сделали?

Скорее всего, по той же причине, что и мы, пытаясь взять его живым на Термитнике. Якам тоже нужен Гриссом, а Аль-Махруд был к нему единственной прямой ниточкой. Сводят ли оябуны личные счеты или же действуют по чьему-то заказу, это вопрос. Но личность террориста номер один в Галактике интересует и их тоже. Осталось только установить мотив, и эту информацию можно будет использовать.

— Как вы думаете, если я предоставлю в ваше распоряжение данный адрес, уравновесит ли это счет оказанных услуг?

— Я не уверен в реальной ценности вашей информации, — заявил я. — Так как парень все-таки мертв, однако считаю, что услуга значительна.

— Тогда будем считать, что на настоящий момент мы в расчете.

— Возможно, — сказал я. — А вы сняли наблюдение с того склада после того, как мы ликвидировали парня? Не хотелось бы наткнуться на ваших ребят.

— На этот счет можете не беспокоиться, — сказал он. — Вы их не увидите.

Означает ли это, что ниндзя там больше нет, либо они настолько хороши, что мы их не заметим? Скорее, последнее.

Я намеренно взял ликвидацию Аль-Махруда на себя, потому что во взаимоотношениях с яками нелишне иметь репутацию человека, лично расправившегося с врагом общества номер два.

Тип в кимоно наклонился над экраном компьютера, дав понять, что аудиенция окончена.

«Деловой костюм» подождал, пока мы наденем обувь, и проводил до лифта. Прощаясь, он сунул мне в руку клочок бумажки с адресом. Прежде чем дверцы лифта захлопнулись и он с головокружительной скоростью доставил нас на первый этаж, едва не размазав по потолку, я развернул бумажку и убедился, что она содержит искомый адрес. В таких делах никому нельзя доверять.

— Ты вел себя очень неосторожно, — упрекнул меня Шо, едва мы оказались на улице, перед выходом получив от привратника с извинениями наши десять фунтов. — Ты хоть имеешь представление, кто с тобой разговаривал?

— Нет.

— Это был Сато.

— Да ну?

Один из двенадцати оябунов якудзы, вожак вожаков этого сектора.

Оябун в мафиозной иерархии нечто вроде гвардейского капитана. Первый эшелон власти.

Двенадцать оябунов якудзы держат в руках все нити власти и склоняют головы только перед верховным оябуном, который является личностью мифической. Про самого главного мафиозо нашего времени было известно очень мало. Практически никто не видел его лично, имя его в беседах не употребляется — негоже трепать всуе имя верховного божества их пантеона. Я слышал, как его называли Старцем и что прозвище соответствует его возрасту. Одного слова человека вроде Сато было достаточно, чтобы развязать в целом секторе Галактики кровавую бойню. Старец обладал абсолютной властью.

— Нас даже не обыскивали перед тем, как к нему пропустить.

— В этом не было необходимости. Тот человек, что проводил нас к нему, это Гендзо Ишибаси, его правая рука. Он ниндзя, состоит в касте более сорока лет и, возможно, является самым опасным бойцом в Лиге, не считая Рейдена. Кроме того, мы постоянно были под прицелом, так что ты не успел бы и подумать о чем-нибудь опасном с их точки зрения, а уже обнаружил бы себя мертвым. Я вижу, что ты все-таки недостаточно серьезно оценил ситуацию.

— Страшное дело, — трагическим шепотом сказал я. — И что одному из живых воплощений вселенского Зла надо было в компании столь мелких сошек, как мы с тобой?

— Сам не понимаю. Думаю, нам надо быть осторожными.

— Осторожность — это мое второе имя.

— По твоему поведению это не слишком заметно.

Ливень кончился, накрапывал только мелкий дождик, улицы были пустынны, что неудивительно для ночного времени суток.

Точных координат для броска у нас не было, только адрес склада и маршруты общественного транспорта, которыми Сато и сотоварищи рекомендовали нам воспользоваться.

Я не сомневался, что маршрут выбран достаточно кружной, чтобы Сато успел вывести из района большую часть своих людей. Но и я, и Шо были в Каррере впервые, так что выбирать не приходилось.

Подобно рядовым гражданам Пола, дождавшись рейсового автобуса, мы заплатили за проезд и уселись на свободные места. Обстановка к разговорам не располагала, и мой товарищ откровенно заснул, хотя по времени Штаб-квартиры только-только миновал обед. Я всегда завидовал людям, обладающим способностью засыпать в любых обстоятельствах, несмотря на психологические нагрузки и нервные стрессы.

Сменив еще два автобуса и монорельс, а потом еще оттопав два квартала пешком, мы прибыли на место, указанное нам яками.

По данному адресу действительно имел место склад, и сердце мое возликовало. Опыт подсказывал, что террористам для обустройства даже временных баз обычно требуются большие пространства, и заброшенный склад в данном случае может быть идеальным убежищем. Однако меня настораживала мысль о слишком тесном его соседстве с резиденцией местного воротилы якудзы. Мог ли Аль-Махруд быть настолько неосторожен?

В принципе мог.

Промокшие после вынужденного променада, но не сломленные духом, мы обозрели приземистое трехэтажное здание.

Свет в окнах не горел, так что либо владельцы обходились без услуг ночного сторожа, либо он просто дрых без задних ног, наплевав на свои обязанности. В любом случае электронных защитных систем здесь не должно было быть: они нерентабельны для зданий в подобных районах.

Аль-Махруд не мог бы установить свою защиту, не рискуя навлечь на себя внимание местных грабителей.

Входная дверь закрывалась на внушительного вида замок, поддавшийся нашим усилиям спустя полминуты ковыряния в его внутренностях универсальной гвардейской отмычкой. Подстроив линзы на выборочный режим ночного видения, мы вошли в здание через просторный и пустынный холл.

Планировка подобных строений изучена нами вдоль и поперек, поэтому найти дверь на лестницу, закамуфлированную под общественную уборную, особого труда не составило. Замок на искомом втором этаже был посерьезнее и отнял у нас целых две минуты.

Зато помещение за дверью не обмануло наших надежд. Оно словно являлось иллюстрацией к детективному роману среднего пошиба и выглядело так, как и должна выглядеть берлога крупного авторитета по взрывам и поджогам.

Посреди зала стояли два мощных компьютера последних поколений двух конкурирующих корпораций. Но они были обесточены и упакованы для длительного хранения.

Далее все по стереотипу.

Окна, выходящие на улицу, наглухо забиты досками с внутренней части стены, и разглядеть содержимое помещения снаружи невозможно.

У противоположной стены стояли ящики с армейскими штампами, наполненные оружием разной степени поражения. Маркировка на двух коробках предупреждала о наличии внутри сильных отравляющих веществ, при вдыхании приводящих к смертельному исходу. Пластиковый контейнер наводил на мысль о бактериологическом оружии.