Екатерина Белецкая - Нарушители

— Лин, не вдавайся в подробности, — попросил Пятый. — Короче, считка — это память. Соврать невозможно. Плюс информация, которую собрали «шмели»… Кстати, — он оглянулся и недоуменно спросил: — Так… а куда всё подевались?

Лин и Рауль оглянулись, и обнаружили, что в комнате нет ни Ренни, ни Таори, ни Таэни, ни детей. Даже батон хлеба, и тот исчез.

— Побеседовали, — убито сказал Лин. — Они в катере нас ждут. Пошли, ребята… Дома поговорим.

Глава 5

Огромная, совершенно пустая степь. Сглаженные ветром и временем холмы, но далеко, очень далеко… Белесое, неимоверно высокое небо над головой, шорох травы, тонкий запах сухой пыли, теплый слабый ветер.

И пустота. Бесконечная пустота вокруг. Рауль нагнулся, сорвал сухую травинку… обесцвеченный сушью, тонкий стебелек…

Катер висел над ними — неподвижная, еле видная серая тень.

— Зачем мы тут вышли? — с легким раздражением в голосе спросил Пятый.

Ренни не ответил. Он стоял, приложив ладонь козырьком к глазам, и напряженно всматриваясь в даль. Между холмами мелькнула темная точка. Она быстро приближалась к катеру.

— Стике загулял, — чуть виновато ответил Ренни. — Он тут уже черт знает сколько торчит… торчал, то есть. Сейчас подберем, и двинемся.

— Не проще было бы его догнать?..

— Он же этого не любит. Самостоятельный…

Точка приблизилась, и Рауль сумел различить, что она из себя представляет. А различив, слегка опешил.

Легкую летающую платформу пилотировала… собака. Большая, черно-рыжая, лохматая. Было видно, как ветер треплет роскошную шерсть, уши пса смешно хлопали, порой их заворачивало ветром, и пес пытался отвернуть их обратно лапой.

На собаку Рауль посмотрел с интересом.

— Какие чудеса у вас творятся!

— Стике — это не чудеса, — тихонько сказал Пятый. — Собака как собака, только упрямый он… зараза… и говорит временами слишком много, причем такое, что цитировать не хочется. А вот и он… привет, лохматый!

— Привет, придурки! — Стике затормозил платформу рядом с ними. — Хозяева вас убьют, правда, Ренни? А я там нашел норы. Много. Можно, я еще погуляю?

— Нет, домой пора, — строго ответил Ренни. — Загоняй машину в катер. Кстати, познакомься, это Рауль Ам. Наш друг.

Глаза у Рауля полезли на лоб.

— Ребята, он... то есть ты... — если существо очевидно разумное, то невежливо о нем говорить в третьем лице в его присутствии, — так ты что, и вправду разумный?!

— Да, — пес посмотрел на Рауля, приподняв ухо. — А ты нет, что ли? И не здороваешься, да? Не умеешь? Смотри, надо вот так, — он протянул лапу. — Я всегда так здороваюсь. Учись.

— И вот это Ренни хотел брать с собой на Встречу, — с сарказмом сказал Лин. — Стике, Рауль раньше не видел такую собаку, как ты. Гордись, ты первая говорящая собака в его жизни.

— Извини, пожалуйста, — Рауль смущенно пожал стикину лапу. Хорошо, хоть на «вы» эта собачка обращаться не требует! — Здравствуй.

— Всё, хватит любезничать, — оборвал его Ренни. — Стике, пошевеливайся, у нас совсем нет времени.

Летели недолго, минут десять. Степь кончилась, она уступила место сначала большим зарослям каких-то кустарников, а потом под катером возник лес. На такой скорости разглядеть что-либо подробно было невозможно, но вот ощущение… Рауль чувствовал, что этот мир пуст, или почти пуст… а в то же время в нем присутствовали еле заметные следы воздействия совершенно непонятных сил. Они были везде, ощущения, бесплотные духи чего-то… совершенно непонятного «чего-то»…

— Домой надо зайти, — Пятый вздохнул. — Десять лет не были. Нехорошо.

— Стике, уши заткни, — приказал Лин. Собака ухмыльнулась. — Парфорс. И ванну. С ванной ясно, а вот за ошейником надо Землю смотаться…

— Лин, а тут у вас коровы не летают? — спросил Рауль с совершенно серьезным видом.

— Коров тут мало, и они не летают, — так же серьезно ответил Лин. — А собак, таких, как Стике, тут всего шесть, на всю планету. Моя, кстати, разработка, а он — придурки…

Рауль честно признался:

— С ума сойти с вами можно. Мне уже жалко детей... если мне — не по себе становится, то каково же им?

— Привыкнут, — пожал плечами Лин, задумчиво глядя, как Райса гладит Стике по голове, а тот ей уже что-то вовсю объясняет. — Ничего страшного.

Катер сел рядом с удивительным домом, стоящим на берегу тихой лесной реки. Дом словно состоял из двух половинок — одна его часть была выполнена по классическим английским канонам, а вторая напоминала китайскую постройку — двухуровневая крыша с загнутыми вверх уголками, явно просматривающееся центральное основание… Самым странным было то, что не смотря на диссонанс, строение не выглядело курьезно, а смотрелось вполне естественно.

— Это ваш дом? — спросил Лина Рауль.

— Нет, это дом Ренни и Тон, — ответил Лин. — Ренни, ты уже позвал?..

— А чем я, по-твоему, занимаюсь? — спросил тот, выходя из катера. — Машину пока что тут оставим. Стике, отведи детей в дом, давай пока на мою половину. И скажи Тон… хотя нет, не надо. Я сам скажу.

— Какие же чудеса мы им устраиваем, — тихо сказал Рауль. — «Мы не боги»...

— А что делать?.. — риторически вопросил Пятый в пространство. — Таори, Таэни, вы как? С нами, или с ними? — он махнул рукой в сторону удаляющихся детей.

— С вами, наверное, — ответил Таори. — Можно?

— Можно, — кивнул Пятый. — Пошли?

— Сейчас Тон придет, она уже собрала группу, — сказал Ренни Раулю. — Ты им дашь считку, и они тут же отправятся. Пять человек хватит, как ты считаешь?

— Так быстро? — поразился Рауль. — Пять человек... На первое время — да. Но, по моим прикидкам — чтобы им не пахать с утра до ночи не смыкая глаз — было бы лучше побольше... Впрочем, если они примут считку — то сами во всем разберутся.

— Пять — это даже много, — ответил Лин. — Всем, знаешь ли, хочется… Пять сейчас пойдут, еще пять на смену… Рауль, Орин — полная противоположность твоей Амои. Людей тут очень мало и все заняты очень специфическим делом — они встречают и провожают Сэфес. Поскольку сейчас работают шесть экипажей на весь сектор, а приходят они раз в пять лет — народ откровенно скучает. После того, что случилось с Риппаной, выезжают отсюда очень редко и очень осторожно. На всей планете сейчас четыреста человек живет, с нами — чуть больше. Но это временно…

— Теплого ветра, терпкого цвета тебе, Встречающий, — едва слышно сказал Пятый. — Рыжий прав. Тут хорошо, но...

Все это казалось Раулю невозможным. Нет, не чудесная техника, не говорящая собака, не мгновенные переходы из мира в мир — Рауль даже предположить боялся, через какое количество парсеков они перешагнули недавно, при этом, похоже, даже не затратив никакой энергии. Самое невероятное было — люди. Такие, как... Ну да. Какими он мечтал бы видеть всех людей. Пусть Лин и Пятый — бестолковые и взбалмошные, но...