Джон Браннер - Поймай падающую звезду

И, не советуясь друг с другом, друзья одновременно пришли к одному и тому же заключению: вполне вероятно, что это и есть общество, которое за два века сможет предотвратить встречу со звездой.

И все же они не торопились открывать свои карты. Треть планеты лежала между ними и их домом — Креоан давно потерял счет, сколько раз они пересекали линии долготы. Путешествие многому их научило, и теперь они были чрезвычайно осмотрительны в словах и поступках, боясь случайно обидеть хозяев неосторожной фразой.

Как, к примеру, гордый изобретатель Роф отреагировал бы на правду о его воздушном корабле, который он считал первым в мире бороздящем небеса Земли, в то время как этот корабль был, по крайней мере, миллионным, поскольку одни только Миноговористо построили их не менее пятисот тысяч, чтобы подготовить и проконтролировать свои теневые спектакли на облаках!

Как повела бы себя сиделка Креоана, измерявшая не только у него, но и у его товарищей пульс, кровяное давление, эффективность дыхания и другие физиологические параметры, поскольку незнакомцы могли болеть и неизвестными в этом обществе болезнями? Что сказала бы она, узнав, что все эти методы использовались врачами каждого общества, которое мог встретить современный человек в Древе Истории.

И самый важный вопрос: как могла развиваться «механическая» культура при полном отсутствии знаний о своих предшественниках?

Друзья решили, что этот вопрос слишком деликатен, и выяснить его можно лишь обходными путями. Прежде всего они с радостью признали Рофа и Зейлу спасителями, чем те чрезвычайно гордились и чувствовали себя лично ответственными за благополучие подопечных. Путешественники с удовольствием отправились вместе с ними на экскурсию по городу. Каждый из них встречал в городе то, что его больше всею заинтересовало, когда он вместе с друзьями изучал прошлое.

Креоан, рана которого благополучно заживала, теперь тоже часто ходил вместе с товарищами в город и с удивлением обнаруживал в Паро-Мни, Кионг-Ла и даже в Ху качества, о существовании которых даже не предполагал, несмотря на долгое совместное путешествие.

— Это наш друг Шрап, — сказали Роф и Зейла, представляя друзьям мужчину с густой темной бородой, работающего вместе с подмастерьями в комнате с высокими сводами, где сильно пахло серой.

Шрап приветливо поздоровался с гостями и начал рассказывать о смысле и цели своих занятий.

Мы отрезаны от соседних территорий со всех сторон. Лес, как вы знаете, отделяет нас от восточных стран — лесные люди ловят каждого, кто входит в лес, и приносят его в жертву своему воображаемому богу, который, как они считают, спасает их от солнечных лучей. Север покрыт льдами, снег там никогда не тает. На юге от остального мира нас отделяет безводная пустыня, а на западе — цепь гор, где часто случаются землетрясения и откуда течет жидкая красная порода.

Вспомнив о своей недостигнутой цели — горе на западе, откуда, согласно легенде, совершались полеты к звездам, путешественники старались не пропустить ни слова.

— Шрап ищет способы, как нам, не подвергаясь опасности, преодолеть изоляцию, — с гордостью сказал Роф. — Он пытается помочь человеку пересекать непроходимые снега, изобретает устройства для мелиорации земли, чтобы человек мог пройти через пустыню, и многое другое. — Роф сделал паузу и, посмотрев на Зейлу, продолжал: — Когда Зейла придумала некоторые усовершенствования для моего корабля, мы пришли именно к Шрапу, чтобы наши замыслы он сделал реальностью.

Паро-Мни был глубоко потрясен тем, что услышал. Он засыпал Шрапа вопросами о том, как можно расчистить дорогу через лес, ведущую на восток, к его родному городу. Когда вся компания двинулась дальше, он не захотел идти вместе со всеми и остался со Шрапом в его лаборатории.

Путешественники поднялись на верх самой высокой башни в городе. Пожилая женщина с ясными глазами и удивленным выражением лица объяснила им, что эта башня называется Люджией и является центром, ответственным за воду, топливо, строительные материалы, пищу, — словом, за все, что нужно людям для приятной и удобной жизни.

Теперь не захотела идти дальше Кионг-Ла. Как выяснилось, она всегда хотела облегчать людям жизнь, удовлетворяя их потребности. В ее городе заниматься этим было невозможно, поскольку там все материальные вопросы решались без участия ученых, а ученым разрешалось заниматься лишь изучением прошлого.

Путешественники шли по городу, встречали все новых и новых его обитателей и не переставали удивляться. Они познакомились с людьми искусства. Один юноша, почти подросток, долго объяснял Чалит, почему форма его флейт, барабанов и колокольчиков именно такая, а не другая. Креоан вспомнил о Мэдал и подумал о том, что Чалит могла бы остаться с ней в ее прелестном домике и жить, наслаждаясь музыкой и покоем, однако нет, Чалит предпочла пойти вместе с ним через бескрайнюю равнину, чтобы совершить невозможное. Только сейчас он понял, как огромна ее любовь к Земле, и ему захотелось немедленно сказать, как он восхищен ее поступком.

Они встретили в городе и ученых, которые изучали природу во всех аспектах и могли спорить от рассвета до заката о происхождении древесных людей. Ху, который многое узнал, изучая с помощью Древа Истории различные биологически образованные культуры, с большой охотой стал помогать ученым и даже иногда высказывал свои идеи — Креоан считал, что они возникают у него на основе наблюдений за мясными существами, которых он собирал в стада и отправлял на смерть. Здесь же, в этом городе, не было ничего похожего на ежедневное прибытие мяса или кружение огоньков, что могло бы поведать людям о существовании иной жизни, и поэтому все, что рассказывал Ху, их восхищало.

И сам Креоан нашел здесь для себя друзей. Роф и Зейла представили его человеку по имени Йейд, который изучал небо с помощью пусть примитивного, но тем не менее действующего телескопа, причем линзы для него Йейд отшлифовал собственными руками. Он знал, что Земля круглая, но до сих пор не измерил ее величины: подозревал, что звезды — это солнца, но пока не сумел определить, на каком расстоянии от Земли они находятся. Креоан был восхищен самоотверженностью этого человека, но чувствовал, что Йейд пока еще не вполне ему доверяет и что преодолеть барьер, существующий между ними, будет непросто.

Но теперь было уже очевидно, что если эти люди не будут слишком настаивать на своем приоритете во всех технических изобретениях — начиная с воздушных шаров и кончая телескопами — то именно такое общество и обладает потенциальной возможностью предотвратить катастрофу.

На девятый день после их прибытия Роф и Зейла — у которых не было детей и поэтому они могли сколько угодно времени проводить с гостями — пришли, чтобы разделить с ними вечернюю трапезу. Все с аппетитом ели горячие пироги, только что вынутые из печи, и пирожные, пропитанные медом. Роф и Зейла были вежливы и спокойны и, казалось, не обращали внимания на то, что время от времени путешественники, желая что-то от них скрыть, говорят на языке Чалит и Креоана, который для них недоступен.