Норман Сеймон - Голос Бездны

- Я не собираюсь позволять командовать собой и командой... Неполной, конечно... Не собираюсь позволять командовать всяким болтунам-кюре! - негодовал Триполи. - Вы, господин кюре, меня простите, но люди, которые позволили разграбить Дворец и перебить стражу - мне не командиры.

- Кстати, где твоя галера? - спросил Хью, потирая лоб.

- Галера... Не так уж важно, где моя галера, - деланно отмахнулся капитан. - Мне больше интересно, с какой целью ты сам явился в Бахам. Я-то, допустим, понятно зачем: убедиться в гибели короля, потому что только после этого буду считать себя свободным от присяги.

- Ну и я, может быть, затем же... - опустил голову Грамон, но тут же снова ее поднял и пристально уставился на Лоу. - Почему это ты все время молчишь? Вот я знаю, что ты был во Дворце во время штурма. Значит, ты должен знать точно, жив ли король.

- Не знаю, - почти откровенно ответил Лоу. - Я и сам хотел бы получить окончательный ответ. Капитан, а почему вы оставили галеру, вместо того, чтобы привести ее в гавань? Это довольно странно.

- Не ваше дело! - вскипел Триполи. - Я капитан, а это значит, что я несу всю ответственность за безопасность судна и экипажа!

Некоторое время все молчали. Чуть в отдалении матросы играли в карты, кажется, на остатки носа Але. Диджонец наблюдал за игрой печально, но не без интереса. Хью подумал, что наверняка через часок-другой он уговорит себя развязать и дать разочек сыграть. Потом моряки изобьют его, чтобы не отдавать каторжнику его выигрыш... Как все скучно и предсказуемо. Кюре встал и, извинившись, углубился в рощу.

- Вот что, друзья, - взял на себя инициативу Грамон. - Складывается такое впечатление, что все мы не доверяем друг другу. В таком случае мы так и останемся ничего не понимающими дураками, и, скорее всего, ими же помрем. Поэтому подам благой пример, сделаю три признания. Первое: диджонцы предлагали мне в расплату за долги стать королем Бахама.

- Они так много были тебе должны? - изумился Триполи.

- Нет, это я им был должен так мало, - скривился Хью. - Второе: я здесь, чтобы выяснить, кто управляет Бахамом и нет ли тут союзников заморских колдунов. Треть: сами колдуны уже здесь, по крайней мере так писал в письме один очень надежный человек. Твоя очередь, Лоу.

- Это письмо писалось на моих глазах. Старик Гео имеет знакомства в Бахамском Соборе, поэтому знает, о чем говорят на заседаниях Совета Кюре. Уже несколько дней назад там в открытую разгуливают два или три колдуна. Очень похожи на С'Коллу, только в зеленых хламидах. А еще... - лойнант задумался. Выложить всю правду у него не хватало духу. Если бы один только Хью, а то ведь еще и почти незнакомый капитан. - Еще я слышал, что здесь неподалеку видели кэпа Чвако. Если король жив, то Чвако не оставил бы его.

- Так, уже кое что... - Хью буравил старого друга глазами, но пока решил не мучать его расспросами. - Капитан, твоя очередь.

- Я все сказал, - нахмурился Триполи. - И вообще, я не какой-нибудь саргасс забортный, чтобы...

- Чтобы говорить всю правду лысой обезьяне? - прервал его тираду коротышка. - Я уточню вопрос, Триполи, и отвечай поскорее, а то скоро вернется кюре. Почему ты бросил галеру и помчался сюда лично, вместо того, чтобы послать пару проверенных матросов на разведку?

Триполи увлекся пережевыванием куска сыра.

-И еще уточню, специально для вонючих моллюсков, - не слезал с него Хью. - Кто тебя позвал? Если хочешь, сделаю вопрос совсем простым: кто тебя мог позвать, кроме короля и Королевского Адмирала? Даже отвечу за тебя: никто. Итак, Лоу, наш друг капитан явно стремится на встречу или с Его Величеством, или с Адмиралом. А Адмирал Шуайа был рядом с королем Томом во время штурма, не так ли?

- Так, - весело подтвердил Лоу. - Иначе и быть не могло. Таким образом, все что нам нужно - держаться капитана Триполи. Не прогонит же он нас?

- Не прогоню, - проглотил наконец сыр Триполи. - Но вы оба поступаете неблагородно. Причем от вас, Лоу, я этого никак не ожидал.

Хью фыркнул, но промолчал. Что взять с моряка, пьяного или трезвого? К тому же, сейчас не время для ссор.

- Тогда, может быть, не будем валять дурака? - предложил он. - Берите Лоу и отправляйтесь к Его Величеству. Кюре я заберу с собой в Бахам, с ним проще будет устроиться на постой в хороший дом.

- Там не осталось хороших домов, - грустно заметил лойнант. - Или испортились, или сгорели. Но разве ты не хочешь увидеть Его Величество?

- Позже... - замялся Грамон. Неизвестно, был ли в своем уме король, приговаривая Хью к Королевской каторге. И уж тем более неизвестно, в своем ли он уме теперь. - Давайте договоримся встретиться здесь же через... Два дня. Это подходит?

- Годится, - мотнул головой Триполи, все еще раздосадованный разоблачением. - Если не смогу сам, то пришлю кого-нибудь из матросов.

- Ну что ж, тогда, пожалуй, в путь, - Грамон решительно поднялся и закричал приближающемуся кюре: - Господин Ноэль, брат по рому, нас с вами предали! Эти два негодяя не собираются идти дальше, в Бахам теперь направляемся только мы с вами!

- Да простит их Мать-Дева, - кюре, кажется, не так уж и расстроился. - Но капитан может еще на несколько минут одолжить мне одного матроса? Я вижу носилки, и, кажется, пустые!

Действительно, носилки явно были пустыми, иначе с чего бы носильщикам вздумалось нести их вверх тормашками? Когда-то, в мирные и спокойные времена, это служило сигналом для потенциальных клиентов. Вот и теперь не один, а целых два матроса были высланы наперерез представителям исчезающей профессии. Те, изрядно напуганные, приблизились.

- Золотой до Бахама, - тут же полез в носилки Хью.

- Так... - обескураженно пошлепал губами не успевший поторговаться носильщик. - А ведь дорого-то как все сейчас!

- Половина золотого до Бахама, - уже из носилок изменил предложение коротышка. - Или бесплатно потащите пустую коробку.

- За двоих, и всего один золотой... - горестно сказал второй носильщик, будто и не услышав Грамона. - Тяжело опять же. Не разгонимся.

- Мы не торопимся, да хранит тебя Мать-Дева, - ответил кюре, тоже залезая на жесткие подушечки. - Лучше осторожно несите, да поменьше трясите, а время - не наша забота, не человеческая.

Через несколько минут они уже оказались по ту сторону реки. Носильщики, в глубине души несказанно радостные, что удалось отыскать состоятельного пассажира в обратный путь, действительно несли их осторожно, да еще и напевали что-то профессионально-заунывное. У Хью раскалывалась голова, поэтому вяло ответив на несколько ничего не значащих вопросов кюре, он подложил под голову руку и уснул.

Разбудили Грамона громкие крики. Он отодвинул шторку и обнаружил носилки уже на Рыбной площади, ввиду Бахамского Собора. Вот только шли они теперь едва-едва, вынужденные двигаться в плотном потоке людей. В толпе прослеживались два четких направления: к Собору и от него. Шли в основном крестьяне, вооруженные кто чем, и как это было принято у этого сословия, никуда не спешили.