Борис Долинго - Другое место (Понять вечность)

– Чего-чего? – оживился капитан.

Лейтенант щёлкнул пальцами и потянулся:

– Народу слишком много знает…

– О чём?

– Обо всём: и о тайне Опер Геймера, и про что-то там на Тухо-Бормо, и, самое главное – о нашей экспедиции.

– Ладно тебе каркать, – махнул рукой капитан, – вечно ты… Всё будет нормально!

– Хорошо бы так, – повёл плечом лейтенант. – Только мы многое не продумали в спешке.

– Нам же надо было спешить, – сказал капитан. – Я как-то читал высказывание одного из великих, причём, по-моему, с этой самой вашей Земли. Так вот он сказал: сегодня рано, а завтра будет поздно. Очень точно к нашему случаю подходило, между прочим. Видимо, головастый был мужик.

Д'Олонго скорчил гримасу:

– Ой, да проходил я это по истории! А знаешь, между прочим, что там потом было с этим, так называемым, «великим» и его учением? Нет?

– Да откуда ж я знаю? Я вашу земную историю вообще не знаю. Она-то, в принципе, есть?

– В принципе-то, она есть, – проворчал лейтенант, – и кое-что знать следовало бы – много есть поучительного. Хотя бы даже насчёт тех, кого цитируешь.

– Ну и что там насчёт этого великого? – насмешливо спросил Колот Винов. – Его как звали-то?

– Да я уж тоже, если честно, подзабыл, – признался д'Олонго, – это же древняя история: почти три тысячи лет. Звали его то ли Левин, то ли Лемин – не помню!

Капитан удивился:

– Левин? Еврей, что ли?!

– Н-не знаю, – потряс головой лейтенант. – Это вряд ли имеет значение. Хоть и еврей, дело-то не в этом.

Капитан немного скособочился и облокотился спиной на поручень:

– И что же произошло с этим Левиным?

– Я же говорю: мало чего известно. Всё легендами обросло, преданиями. История здесь, как говорится, блуждает впотьмах. Одним словом, если верить слухам, этот Левин устроил какую-то бучу в планетарном масштабе, потом из него мумию сделали…

– За что? – вскинул брови капитан.

– Ну за всё это, видимо. Вот, она почти сто лет пролежала в пирамиде Хеопса, и в конце концов её оттуда выкинули. Вот и всё, практически. Финита, бля, комедия, как говорится.

– А учение? – заинтересовался капитан.

– А что, учение? Ничего с учением. Дураками чуть все не сделались на этой почве.

– Правда, что ли?!

– Да откуда я знаю? – абсолютно искренне пожал плечами лейтенант. – Если судить по тому, сколько дураков на свете, то, пожалуй, что и правда.

Капитан захохотал и хлопнул д'Олонго по плечу:

– Ну, вот за что я тебя, чёрта, люблю! Скажешь какую-нибудь ерунду – хоть от дурных мыслей отвлекаешь!

– А что, есть? – покосился на него лейтенант.

– Что – «есть»?

– Ну, мысли эти самые, дурные?

Капитан вздохнул и махнул рукой:

– Да так, ничего, в общем-то, особенного.

Они замолчали. На нижней палубе раздались голоса – это поднялись гвардейцы и сейчас умывались и разминались после сна. На мостик поднялись девицы Ногорея и Пертри. На них были лёгкие халатики. Девицы позёвывали и ёжились от свежего ветерка.

– Как спалось, красавицы? – спросил капитан.

Девушки захихикали:

– На море разве уснёшь? Качает очень!

Все весело и непринуждённо засмеялись.

– Ничего, ничего, милые, – сказал, отдышавшись от смеха, капитан, – ничего! Отдыхайте.

– Со всеми ребятами познакомились? – спросил лейтенант, имея в виду гвардейцев.

– Да, кроме пилота вашего, – ответила Ногорея.

– А пилото-то – что, такой скромный? Отказался знакомиться? – усмехнулся капитан.

Девицы наморщили носики и замахали руками:

– Да ну его! Мы таких не любим. Во-первых, зовут его Пшек – ну что это за имя? – сказал Пертри.

– А, во-вторых, – поддержала её Ногорея, – он вообще в кабине управления заперся, сказал, что отвлекаться не может от системы управления, а сам с кем-то по связи среди ночи болтал.

Колот Винов и д'Олонго переглянулись.

– Болтал? – спросил капитан. – С кем и о чём?

– Да кто его знает? – махнула рукой Ногорея, – мы же не слушали специально. Может, он сексом по рации занимался…

– По телефону! – хихикнула Пертри.

Капитан строго посмотрел на неё, и Пертри осеклась

– Продолжай, милая, продолжай, – сказал капитан Ногорее. – Так что ты там, говоришь?

– Да он, ну, в общем, он так и не вышел.

Свежий бриз шевелил халатики девиц, шаловливо играя играл полами.

– Ладно, спускайтесь вниз, готовьте перекусить. – Капитан подтолкнул девушек к трапу. – Побыстрее, а то скоро высаживаться нужно.

– А что мы там делать будем? – спросила Ногорея, тыча пальчиком в сторону берега.

– Отдыхать будем, отдыхать, – ответил Колот Винов, выжимая девиц с мостика. – Давайте, пошустрее готовьте позавтракать.

Бывшие горничные, хихикая, убежали, а капитан и лейтенант остались наверху, всматриваясь в приближающийся берег.

Исходный план, который они в общих чертах разработали ещё во Дворце, был такой: разбить на берегу лагерь отдыха, между делом взять вездеходный модуль УПАа и на нём отправиться вглубь острова Тухо-Бормо на поиски следов секретной лаборатории Опер Геймера. Только совершенно неизвестно было, где искать эту лабораторию.

Возможно, что это знал сбежавший Профессор Хиггинс, но вот что было странно: как выяснили капитан и лейтенант, никто и никогда не видел на острове Тухо-Бормо не то что самой лаборатории, а даже намёка на следы таковой. Конечно, остров был очень большой, на многих планетах он бы и за материк сошёл, а Попой вообще населён был не очень густо, но, всё-таки…

Никто ничего не знал, никто ничего не видел, и самое странное, что, похоже, так оно и было. Единственной зацепкой сейчас оставался обрывок листа бумаги с чем-то вроде стихотворения, который Зелёный нашёл в камине, где Хиггинс перед спешным бегством сжигал какие-то документы.

Вот что там было написано:

«500 км шагай на восток от Залива,

К озеру выйди, что остров имеет по центру.

В 8 часов на закате включи голоскоп,

И гравитатор по кольцам рефракций укажет вам…»

Листок обгорел, и запись на этом обрывалась. Капитан и лейтенант долго рассматривали карту Тухо-Бормо, пытаясь понять смысл странных строчек. С заливом, написанным с большой буквы, вроде, было понятно. Остров имел форму огромного яблока, и там, где у данного плода находился черенок, как раз имелся огромный залив. От этого залива, двигаясь как раз на восток и, пройдя 500 километров, можно было оказаться почти в центре Тухо-Бормо. Однако, тут начинались неясности.

«…К озеру выйди, что остров имеет по центру». Означало ли это, что имелось в виду озеро в центре острова, или же подразумевался остров уже в центре некоего озера? Дело в том, что почти в центре самого Тухо-Бормо примерно в пятистах километрах от исходного залива, располагалось несколько озёр, и на двух из них примерно в центре имелись островки. История была запутанная, и капитан с лейтенантом сошлись на том, что следовало разбираться на месте в рабочем, так сказать, порядке.