Сергей Елисеенко - О.Д.И.Н. (сборник)

— Котик, я в душ. Распакуй пока сумки, — уже из-за двери ванной послышался голос Кариночки.

С тяжким вздохом я принялся разбирать наши баулы. По-другому их и не назовешь. Несмотря на элитную марку и настоящую кожу, забиты наши «чумоданы» были по самое не хочу. Извечное совковое стремление взять всего и побольше заграницей, пока есть возможность, выветриться еще не скоро из наших нетленных душ. Ну а пока я занимался «потрошением» наших вещей и размещением их в произвольном порядке по шкафам и прочим местам их обитания, из душа доносились мелодичные трели моей жены. Дело в том, что она очень искусный имитатор практически любых звуков. Не спорю довольно странное хобби, но лучше чем вышивание крестиком или просиживание вечера напролет перед зомбоящиком. И вот я, сопровождаемый необычным звуковым оформлением, приблизился к глубинам последней сумки, где обнаружил подарки и всяческие побрякушки, привезённые нами из Египта. Тут конечно были мини-версии пирамид и сфинксов, засушенные рыбы и кораллы, всякие мелкие брошки в виде скарабеев и прочей мифологической нечисти. И напоследок мне в руки попалась та странная статуэтка, купленная нами у хитрого торговца. Оглядев ее, я вновь удивился вкусу моей супруги, но решил поставить творение египетских скульпторов на полку рядом с вазой, привезенной нами из просветляющего путешествия в Китай. Критически оглядев мой первый опыт в дизайне внутренних помещений, я решил добавить небольшую стеклянную пирамидку, чем нанес завершающий штрих всей композиции. Тем временем Кариночка, закончила свои водные процедуры и, чмокнув меня в щеку, поспешила уничтожить, наведенный мной только что, порядок с вещами. Решив не смотреть на разрушение проделанной мной кропотливой работы, я отправился на кухню выпить пива и подышать свежим воздухом кондиционера. Сидя на мягком диванчике и наслаждаясь прохладой как внутренней от пива, так и внешней от кондера, я пялился в телевизор, где крутились местные новости. Внезапно к моей ноге прижался кусочек меха. Да это же наш Мавродий. Совсем о нашем кошаке с этими отдыхами забыли. Да и теща, небось, несильно ухаживала за нашим аристократом. Получив от меня порцию почесываний, Мавродий с чувством выполненного долга отправился по своим кошачьим делам. А тем временем в очередном выпуске новостей по телеку торжествовала деградация современной журналистики вкупе с обыдлячиванием общества. Поражало все это своими размерами и скоростью распространения. На экране очередной митинг недовольных чем-то, но праведно полагающих, что их манифест кто-то услышит, а уж тем более что-то изменится. Миром всегда правила сила и неважно сила слова, денег или оружия. Если ты ячейка, то твое место в общих сотах. Если ты пчела, то ты наполняешь ячейки смыслом. А вот стать королевой-маткой это нужно очень постараться. Тем временем митингующие разошлись не на шутку и вот первыми упали под напором толпы самые слабые, но людская масса продолжала переть вперед. Пока редкая цепь полицейских не ощетинилась дубинками. Самые ярые сторонники справедливости получили в лицо доказательство власти и послушно откатились назад. Но человеческий вал поднял их, словно щепки в бурю и вновь бросил на щиты полиции. Решив не смотреть на все увеличивающуюся жестокость безумного стада хомо сапиенсов, я щелкнул канал, тем самым, отгородившись от глупости российского электората. Попал я на канал где шел какой-то старый фильм, где два героя болтали что-то о вечных ценностях и силе духа. Еще одна жвачка для мозга, только уже потрепанная временем. Ну, как сказал один мой друг, скрытый революционер, пока ты не посмотришь на мир, он не увидит тебя. А уж если заметит, то держись! Вот я и следую нехитрому правилу, не забивать себе голову, как бы это цинично не звучало, но пока живу сладко и гладко.

— Манюсик! Я все убрала. Теперь можем с тобой поваляться и побездельничать. Дети будут только к вечеру, — услышал я игривый голос супруги.

Понять ее намек было несложно и я, сладко потянувшись, направился в спальню.

Утро встретило меня привычным гомоном детей, собирающихся на какой-то пикник и наставительными замечаниями Карины, о том чего нельзя делать и что нельзя пить. Снисходительно улыбнувшись, я вспомнил себя в их возрасте, 13–14 лет. Это же время экспериментов, все хочется попробовать, как и зачем. А если еще и запрещают, то хочется вдвойне. Главное не переборщить. Но это я себе сейчас говорю, а в светлой юности бывало, таких дел наворотил, что даже сейчас вспомнить стыдно. Но вроде характером Арсений и Милана не в меня пошли, а в мамку, так что можно им немножко доверять. Тем временем Карина закончила свои напутствия и, наконец, выпустила детей на свободу. Войдя в нашу спальню, моя милая женушка приняла вызывающую позу и томно произнесла: «Я требую продолжения банкета». Ну что ж утро начиналось очень неплохо…

Уже позже, отдыхая от любовных утех и, попивая ледяной гранатовый сок, я обратил внимание, что на полке, где всегда стояли всякие иконы и церковные штуки на кухне, приютилась статуэтка, привезенная нами из Египта. Это меня несказанно удивило, ведь Карина была очень религиозным человеком, и сколько я с ней не спорил, никогда не убирала предметы которые считала важными для себя, будь то те же самые иконы, напечатанные на обыкновенном картоне или склянки со святой водой. А тут просто богохульство какое-то, корявая статуэтка какого-то языческого бога или богини, по соседству со святыми для истинного христианина предметами.

— Карин, а что это ты всякую ересь распространяешь? — решив перевести все в шутку, прокричал я.

— Какую ересь? А ты о Селкет? Так она очень органично вписывается в православную веру. Что-то типа оберега от злых духов и неупокоенных. Так что все ок, не переживай пусик, — с улыбкой ответила моя любимая, входя на кухню.

— Давай лучше пойдем, сходим куда-нибудь сегодня, а то плоть моя пресыщена, а душа требует развлечений, — продолжила она, присаживаясь ко мне на колени и ластясь, как кошка.

— Ну ладно, как пожелаешь моя дорогая. Давай только не во всякие рестораны? А то наши финансы немного поисчерпались после нашего путешествия, — ответил я, нежно поглаживая ее плечо.

— Ну я тогда побежала собираться, — мигом вскочив с моих коленок, Карина, как ребенок которого ведут в кафе-мороженное вприпрыжку побежала в спальню.

Проводив ее взглядом, я заметил как Мавродий, странно себя ведет. Обычно спокойный и холенный, он прямо места себе не находил, наяривая круги возле полки, где стояли всякие религиозные штуки Кариночки. В какой-то момент он даже выгнул спину и угрожающе зашипел, словно испугался чего-то. Я решил успокоить нашего котофеича и протянул руку, чтобы погладить его, но резкий взмах лапы и заплывающие кровью царапины, заставили меня передумать.