Р. Эйнбоу - Экипаж Большого Друга

Лимузин — понятие, конечно, условное. Просто большая самодвижущаяся платформа с прозрачным верхом. Никаким особенным дизайном она не выделялась среди таких же. В основном на них ездила военная элита. Вообще в столице мало транспорта, в основном общественный, а большинство народа и вовсе ходит пешком.

Экипаж мы дождались, стоя за воротами. Он остановился в метре от нас, прозрачные створки разошлись, Садиш сделал приглашающий жест.

Храм бога без имени расположился глубоко под землёй. Как Чарли оценил, метрах в трёхстах. Помещение, куда мы пришли самостоятельно, Садиш остался наверху, выглядело по здешним меркам весьма необычно. Мне оно напомнило одну из лабораторий базы номер один. Светлая, с хорошо подобранным освещением комната, кондиционированный воздух, проекции на стенах, стеллажи с приборами. У одной из стен, сидя к нам спиной, в кресле на колёсиках расположился человек в белом халате. Жрец.

Что интересно, у жреца имелась прическа, похожая на полубокс. На планете, живущей по уставу, мне удалось обнаружить всего одно проявление моды — люди тщательно избавлялись от растительности на теле, считая ее недостойным разумного рудиментом. А может, то было суеверие, одно из немногих, что могли себе позволить религиозные фанатики.

И прическа, и кресло, и халат, и обстановка едва не довели меня до приступа ностальгии. Но голос Чарли в наушнике предупредил: «Вас сканируют и видят насквозь, не расслабляйтесь. А то знаю я вас русских, сейчас сопли начнете развешивать от умиления. Наконец-то мы вас нашли, братья!». Обретение личности не пошло ему на пользу в плане разговорчивости — не к месту так подумалось. На невысказанные рекомендации тут же пришел ответ: «Помню, я, помню, ищу канал, починяю примус». Ну, вот что с ним сделаешь? Подросток с интеллектом, который может только сниться любому академику или, скорее, всей академии разом.

Человек развернул кресло в нашу сторону, поднялся, заговорил. Тут же зазвучал перевод:

— Рад вас видеть. Готов выслушать вопросы и ответить, если смогу. Называйте меня просто жрец. Я привык. Ваш помощник на орбите слышит нас? Тогда я и его приглашаю к беседе.

— Очень приятно, зовите меня просто Чарли, это моё имя, я сам придумал, — голос исходил из того же маленького приборчика на столе жреца, что и перевод.

— У вас необычная машина. Итак, я понимаю, что вас в первую очередь интересует природа того, кого мы называем богом.

Сердце ёкнуло. Я рассматривал жреца и ждал продолжения. Лет человеку немало, лицо морщинистое, глаза выцвели, но держится хорошо — прямая спина, уверенные движения. Жрец не предложил нам сесть, да и некуда было б. Он в задумчивости прошелся по лаборатории и продолжил спустя минуту:

— Видите ли, основой договора между нами и богом является условие, по которому мы не пытаемся выяснить его сущность. Более того, мы обязаны уничтожить любого, кто посягнёт на эту тайну. Боюсь, я вас разочаровал? В виде компенсации могу объяснить, почему нам с вами нельзя совершенствовать технику выше определённого предела… Что? — жрец имел при себе коммуникатор, характерным жестом он прижал указательный палец к уху и укоризненно посмотрел на нас. — Как же так? Зачем?

Тут же в наушнике раздалась скороговорка Чарли:

— Всё, братцы, уходим. Меня засекли, но пеленг есть. Бегите! Чего встали!?

Бежать поздно — стеклянные створки на выходе из лаборатории сошлись у меня перед носом. Ногой попробовав их крепость, я понял — без стрельбы не обойдётся. Димка тоже понял и выхватил «тюльпан». Его крик резанул по ушам:

— Отойди! Стреляю.

Едва успел отскочить, стена зазвенела стеклянными брызгами.

— Вам не уйти, лифт блокирован, сдайтесь, и вам сохранят жизнь. Ведь главное для вас — жить, не так ли? — жрец был спокоен и голоса не повысил.

Вместо ответа Круглый схватил старика за ворот халата и приставил пистолет к спине.

— Возьмём заложника, авось, поможет. Они, небось, не в курсе, как действовать в случае захвата. Надеюсь, вы, дражайший, таки важная птица? — вежливо поинтересовался он и крикнул: — Эй, вы, там! Отпирайте ворота, не то вашему хана! Чарли переведи им, если не поняли.

Наш человек на орбите еще больше увеличил темп речи:

— По-моему, всё проще, они не идут на переговоры с террористами. Отпустите его и полезайте в лифт, покуда я перехватил управление. Они могут врубить ручное. Быстро!!!

— Ты у кого так орать научился? — подивился Димка и сквозь закрывающиеся двери лифта крикнул: — Пока, дедуля!

— У полковника Стратова перенял интонации и тембр.

— Лучше бы ты что-нибудь полезное у него перенял. Как там наверху? И гони сюда «Слона», он нам пригодится, драп предвидится весёлый, — возбужденно произнес Димка.

Я присмотрелся к нему. Круглый излучал силу, в глазах азарт, только что не пританцовывает от нетерпенья.

— Наверху, на поверхности, пока тихо. Я на всякий случай грохнул им всю связь, а перед этим вирусов напустил. Для них будет большой сюрприз, — похвалился Чарли. — А вот на орбите хреново. Меня оттирают от планеты, может пора в бой?… А вот и полковник на связи.

Иван бросил коротко:

— Пока шашкой махать рано. Мы можем нырнуть прямо к вам и вытащить.

— Запрещаю, — так же, не тратя слов, ответил я. — Тут вас точно сцапают. Сколько кораблей на орбите?

— Немеряно. Больше тысячи. Последние три дня у них тут прямо фестиваль какой-то.

— Чарли, они ещё сферу не построили? — спросил Димка.

— В смысле, ту самую? Нет, но могут в любой момент. «Слон» на подходе.

— Уходите, маневрируйте. Сделайте всё, чтобы вас не захватили. Мы уйдём сами. На планету — ни ногой. Всё…

Я хотел еще добавить фразу о том, что надо держать себя в руках, но Иван перебил:

— Слушай, капитан, не дури. Мы вас вытащим и свалим вместе…

— Не понимаю, Ваня, давно ты перестал выполнять приказы? — сдерживая раздражение, поинтересовался я.

В этот момент лифт остановился, Димка схватил двумя руками «тюльпан» и вывалился в открывающиеся створки. Раздался грохот, автоматная пальба смешалась глухими ударами «тюльпана», нас ждали. Я успел выстрелить один раз наугад, как всё закончилось, в тесном помещении тамбура пахло порохом и свежим мясом, чудовищная сила импульсов рвала и кромсала тела, как налетевший локомотив. В наступившей тишине стало слышно, как искрит поврежденная проводка и осыпается мелкими камешками штукатурка.

— Что у вас там?! — закричал Чарли, а может, и полковник, не разобрать.

— Всё нормально, — хмуро ответил Димка, поднимаясь с пола. — Где «Слон»?

— У подъезда, но народу вас встречает уж больно много. Вы отойдите чуть правее. Ага, ещё. Нормально.