Уильям Кейт - Бригада «Боло»

Он посмотрел на свою руку. По всему предплечью набухли крупные волдыри, ладонь и вся рука были свекольно-красными.

– Не страшно, – солгал он. – Меня слега задело реактивной струей флаера Малах.

– Вам повезло, – сказал ему Фитцсиммонс. – Мы получили кучу сообщений о том, что многие просто сварились живьем, когда над ними пролетели эти штуки. Они используют воду в качестве реактивной массы, а ожоги от пара могут быть очень опасными.

– Вам срочно надо к врачу, – сказала Алекси.

– Нет, я в порядке, – объявил он.

На самом деле у него начались тошнота и головокружение, по мере того как проходил шок, но ему пока удавалось сдерживать самые неприятные симптомы. Он должен был сначала рассказать обо всем, что ему удалось выяснить.

– Не возражаете, если я присяду? – Он чувствовал, что сейчас упадет в обморок.

Фитцсиммонс сделал жест адъютанту, и тот освободил Доналу кресло: Лейтенант снял с плеча ружье и с облегчением рухнул в него.

– Благодарю. – Он тяжело взглянул на Фитцсиммонса. – Ну что же, Малах все-таки не проглядели ваши города.

– Но мы от них отбились.

– Ни от кого мы не отбились, – горько сказала Алекси. – Они прошли по нам и сделали все, что хотели.

– Пленные, – добавил Донал. – Они захватили двадцать или тридцать человек, насколько я видел, на площади перед залом собраний. Возможно, в других местах захвачено больше, но мне неизвестно, что там происходило. – Он погладил прислоненное к креслу массивное ружье. – Я был немного занят в это время.

– На данный момент у нас есть сообщения о захвате этими чертовыми тварями двухсот двадцати одного человека, – сказал Фитцсиммонс. – Мы предполагаем, что их заинтересовали люди в этих городах. – Он поднял голову. – Также есть сообщения, что кто-то подстрелил на площади нескольких Малах. Это были вы?

– Возможно. Однако это ничего не дало, только разозлило их.

– Докладывают о шести трупах на площади, – сообщила Кэти. – И одном раненом. Свидетели говорят, что его втащили на борт транспорта.

– Да. Я не знаю, скольких подстрелил, – сказал Донал. – Потерял счет. Но раненый – не мой. – Он рассказал о том, что видел в прицеле ружья, как Малах убил мальчика и сам оказался отравлен. – Я не знаю, что произошло, – добавил он затем. – Я вижу две возможные причины, по которым твари могло стать худо.

– Мы обсуждали возможность отравления тяжелыми металлами. – заметила Алекси. – Если их родная планета бедна металлами, то у них должна быть очень небольшая устойчивость к железу, которое содержится в человеческом организме.

– Интересное предположение. Но их амуниция, содержащая большое количество металлических застежек, и их металлическое оружие свидетельствуют о том, что они не настолько чувствительны. Иначе их кожа просто полопалась бы от соприкосновения с оружием.

– Ты говорил о двух причинах, – напомнила Кэти.

– Белковая несовместимость. Химия нашего тела основана на правосторонних сахарах и левосторонних аминокислотах. Если предположить, что они тоже состоят из сахаров и аминокислот, то существует только один шанс из четырех, что их химия такая же, как и наша.

Алекси покачала головой:

– Если у них другие белки, это значит лишь, что они не получат из наших тел питательных веществ. Это вроде как есть картон. Совсем не обязательно, что это их отравит.

– Но ведь что-то отравило того солдата, – сказал Донал. Он устал и слишком плохо себя чувствовал, чтобы завершить начатую мысль. – Если вскрыть их тела, то можно многое узнать об их химической организации и найти их уязвимое место.

– Наши специалисты уже провели химический анализ некоторых из найденных тел, – вставил Фитцсиммонс, – но я не думаю, что они ушли дальше обычных экспериментов с органикой. Я скажу биохимикам начать моделирование белковой структуры Малах. Это должно рассказать нам что-нибудь об этих существах.

– Почему-то мне не кажется, что мы сможем одолеть этих чудищ, позволив им нас кусать, – заметила Кэти. Она взглянула на Алекси. – Я не думаю также, что стоит тянуть с эвакуацией. Скорее всего Малах узнали о вас и о ваших плавучих городах намного больше, чем мы знаем о них на данный момент. Они побывали здесь однажды и появятся здесь опять. Скоро.

– Вы правы. Но все же нам удалось выяснить одну важную вещь. – Она улыбнулась Доналу. – Малах не суперсущества. Их можно убивать.

– Да, – согласился Донал. – Но это не так просто. Я видел, как ваши «Светлячки» дрались с их истребителями. Они смогли повредить, всего лишь повредить, один из них. И при этом погибло двенадцать ховертанков. Вы не можете позволить себе такой размен – иначе вам не удастся выжить.

– А что насчет Боло? – спросил Фитцсиммонс. – Я имею в виду тех, что на Мюире, более современных. Наш Марк XVIII недолго продержался, и всего лишь против шестнадцати машин Малах. Что смогут сделать Марк XXIV?

Донал покачал головой:

– На этот вопрос невозможно ответить однозначно.

– Да нет, это не так уж трудно. Если шестнадцать ходунов – хотя, кажется, мы больше не можем их так называть, ведь сегодня мы повидали их и в воздухе, – шестнадцать боевых машин захватчиков справились с Марк XVIII, то насколько Марк XXIV эффективнее? Вдвое? Втрое?

– Все дело в том, что Марк XXIV обладает сознанием и интеллектом, а Марк XVIII – нет, – объяснил Донал. – Он, конечно, самоуправляется, но это чертовски большая разница, хотя люди часто этого не понимают. Понимаете, Марк XVIII работает по стандартной программе нападения/защиты. Его программное обеспечение, безусловно, достаточно гибкое, чтобы дать машине большую свободу действий, но скорее всего тот Боло просто не успел переписать свои коды реагирования, чтобы противостоять угрозе, которой нет аналогов в его исторических архивах или банках симуляций.

– Его уничтожили менее чем за тридцать секунд, – с горечью в голосе сказал Фитцсиммонс. Донал кивнул:

– Я знаю. И это поразительно. Эти машины Малах много прочнее и опаснее, чем выглядят на первый взгляд. Знаете, если у вас есть видеозапись того боя, то мне понадобятся ее копии, чтобы взять их с собой на Мюир. Я покажу их Ферди и Фредди и посмотрю, что они смогут из них извлечь.

– Ферди и Фредди? – выгнув бровь, спросила Алекси.

– Боло Марк XXIV, обозначение модели ФРД. – Он улыбнулся. – Вам они понравятся. Ее брови поднялись еще выше.

– Что это должно значить?

– То, что вы летите с нами на Мюир.

– Я на это не соглашалась, – покачала головой она. – Я нужна здесь. Больше, чем когда-либо.

– Позвольте мне, заместитель директора, – сказал Фитцсиммонс, – указать, что вы сможете гораздо больше сделать на Мюире, чем здесь.