Сергей Радин - Заклинатель

Перед сказкой сегодня я показал детям сваленную в спортзале груду металла и провёл инструктаж по технике безопасности. Ключ от помещения только у Шерифа и у меня. Так что за внеучебное время можно не бояться. А потом вечер пошёл своим чередом: пока я вспоминал сказ Бажова про каменный цветок, остальные рисовали кто на чём и кто чем - брали и листы бумаги, благо их оставалось пока достаточно, и стояли у стен, разрисовывая их и бетонными "мелками", и странными штуками, похожими на фломастеры…

Итак, Лоренс дождался, пока я закрою спортзал, и только тогда подошёл.

- Привет, Лоренс.

- Привет. Брис, я хочу попросить тебя кое о чём. Только не говори, что я к тебе приходил. Лидия… Она сильно мучается головными болями, Полли приходила, но Лидия отказалась от лекарств. Уговори ты её. Может, хоть тебя послушает.

- Меня-то с чего вдруг… - пробормотал я и быстро пошёл впереди Лоренса, и тот специально отстал - видимо, чтобы Лидия не увидела его.

Медлить у её двери не стал. Постучал в косяк и вошёл. В прежнем помещении на койке спала Кэт. Если спала. Дышала тяжело и ворочалась, хотя на мой стук и появление никак не отреагировала. Дверной проём в новую комнату закрывала простыня. Я снова постучал - уже в стену.

- Лидия, это Брис. Можно к тебе?

- Можно…

Она, скорее, не сказала, а прошелестела это слово. И я сразу вспомнил, как не мог разговаривать от боли диспетчер, когда трудно шевелить губами и слышать звук своего голоса. Отодвинув простыню, я вошёл. Койка стояла стена к стене рядом с бывшим помещением - еле разглядишь в темноте. Свернувшись калачиком - спиной к стене - и не пошевельнувшись, Лидия лежала поверх покрывала, что меня очень удивило: обычно она очень аккуратная и не любит даже сидеть в обыденной одежде на постели.

- Только не разговаривай, ладно… - прошептала она сквозь ладони, которыми закрывала лицо. - Больно…

Я присел перед койкой. Не всегда могу понять, что творится с аурой. Не всегда могу понять, как прочитать её цвета и изменения. Но и гадать о причинах головной боли и слабости не надо, когда видишь, что энергополе разорвано, а его части жмутся друг к другу и соединиться не могут. Сделал попытку увидеть, что разорвало. Что-то трудно уловимое глазом - даже настроенным на другой уровень зрения. Но… Продолжает тянуть с неё остатки поля. Ладно, попробуем восстановить.

- Лидия… Ты не пугайся…

Она была слаба, чтобы активно возражать, когда я лёг рядом, у стены, и обнял её - одна рука под её рукой, на боку, другую просунул под шеей, чтобы она легла на неё. Дыхание Лидии зачастило, но сама она не шевельнулась. Я прижался грудью к её вздрогнувшей спине, сцепив ладони в замок - замкнул наши энергополя, и прислушался к дыханию. Уловил ритм и приноровился к нему. Старый способ поделиться энергией - и, как ни странно, усилить её для обеих сторон. Правда, сейчас это сделать сложно: в идеале надо бы, чтобы Лидия развернулась ко мне лицом и тоже обняла меня. Но, с другой стороны, она в границах моего полевого пространства - достаточно сильного, тренированного, а дыхание в унисон должно усилить передачу энергии и настроить поля на норму.

Мда, не таким видел я в мечтах наше первое объятие.

Насторожённая и напряжённая, она вскоре обмякла, и дыхание успокоилось. Если сначала я приноравливался к ней, то теперь начал диктовать ей свои условия. Моё дыхание становилось всё упорядоченней и глубже. "Засыпай, Лидия, засыпай…" Сама того не замечая, она следовала за мной - и скоро уже её дыхание стало почти бесшумным: она засыпала.

В коридоре как обычно оставили тусклый свет. Я видел его смутно - он еле просачивался сквозь простыню из решетчатой двери бывшей камеры. Дверь ещё не закрыли полностью, как у других, бетоном или чем они там её замазывают. Я дышал в макушку Лидии, не мог заснуть, хотя чувствовал, что она-то уже спит крепко.

Шорох за простынёй. Кэт проснулась? Наверное, сейчас будет ходить по помещению. Туда-сюда. Безостановочно. Лидия сказала, она может ходить так часами…

Мягкий шаг. Быстрый и решительный. Я забеспокоился, стараясь сохранять дыхание максимально глубоким.

Отчётливо уходящий шаг куда-то из камеры.

Я осторожно перебрался через крепко спящую Лидию. В прежней камере девушки нет. Уже в коридоре огляделся. В самом конце, уже мимо моей конуры, промелькнула фигура в белом. Кэт была в одежде для сна. Тоже в белом. Куда это она?

В мягких тапках, кустарно приспособленных для занятий кёкусинкаем, я бесшумно помчался за Кэт. Белое пятно мелькнуло в коридоре-тоннеле. Пропало.

16.

Подбадривая себя: "Ничего, дверь на выход она открывать не умеет!", я догонял смутно белеющее пятно, когда вдруг понял - почти на пороге в тоннельный коридор, что впереди Кэт мельтешат, кажется, ещё два силуэта… Пока разбираюсь с одной, остальные могут сбежать. Если они - те, о ком я подумал…

Решение пришло мгновенно. Обернувшись к общему коридору, я гаркнул в тишину спящего "общежития":

- Вестар!

И - опрометью к выходу, сквозь полумрак. Кастет уже на пальцах.

Фигур оказалось не две, а три. Одна - во тьме не разберёшь кто, мужчина или женщина, в пестрой пижаме, - уже вовсю трудилась над замком, правда - странно как-то: бешено лупила ладонями по фотоэлементам запароленного цифрового щита. В полумраке к фигуре присоединилась Кэт: вцепилась в дверную ручку и с тонким воем принялась выдирать её.

"Они что - с ума сошли?!" Додумать не успел - только что бежавшие впереди две фигуры синхронно развернулись и бросились на меня. Коротко взрыкивая на выдохе, почти жёстко хекая, словно рубя топором поленья, двое широкоплечих мужчин прыгнули на меня с обеих сторон. Еле увернулся. Полное впечатление, что они превратились в зверей, которых кто-то потехи ради напоил… Или - что того хуже - вколол им наркоту: они кидались на меня, тряся головами, но двигаясь так, словно из тел вынули крупные кости, оставив лишь мелкие и - по-змеиному гибкие мышцы.

Некоторое время мне пришлось попрыгать, уклоняясь от их стремительных бросков и привыкая к внезапным атакам… Они обегали-обходили меня боком, по-звериному примериваясь прыгнуть со спины, застать врасплох. И не подпускали к двери. Хотя смысл… Две женщины (теперь разглядел пижамную фигуру) безуспешно пытались просто выбить и даже выцарапать её. Это металлическую-то, выводящую в обычных обстоятельствах в космос.

Растопыренные пальцы мелькнули перед глазами. Пригнувшись назад и в сторону, я, будто от невидимого удара, отлетел влево. Но второй уже падал под ноги с отчётливым намерением - вытянув вперёд жадно хапающие воздух руки. В последний момент еле выскочил из живого капкана.

Оба знакомы, только поскольку примелькались за месяц. Узнал даже во мраке. Посетителей секции всех знаю. А эти: один - широкой кости, мосластый, полуголый - в одних пижамных штанах, второй - коренастый, круглолицый, одетый так, словно собирался выйти прогуляться перед сном, - жили в камерах друг напротив друга, через коридор. Кажется, не слишком и дружили. Как все. Соседи - не более. Но сейчас они здорово скооперировались. Мосластый всё пытался меня завалить, налетев исподтишка и сбоку, в то время как коренастый охотился снизу.