Карл-Юхан Хольцхаусен - Джерри хочет морскую свинку

Однажды утром, по дороге на станцию, Сильвестр, проходя мимо сада Мейссенов, заметил, что кто-то пообрывал все листья с кустарников, изрыл землю и повредил выложенные камнем дорожки. Он позвонил в полицию.

– Садовые кражи, к сожалению, не редкость, – усышал он в ответ. – Я отмечу ваш сигнал. Но таких злодеев можно, как правило, поймать, лишь застав их на месте преступления.

На следующее утро Сильвестр обнаружил, что и в его саду побывали. При холодном свете зари он увидел изрытую грядку с морковью, опустошенные салатные и клубничные грядки. Когда он осторожно открыл окно, ему показалось, что он слышит внизу какие-то звуки.

– Кто там, черт подери? – закричал он, забыв про опасность.

Но не вылез из-за кустов садовый вор, не бросились наутек мальчишки – лишь какое-то землистого цвета существо с удивительной быстротой преодолело восемь-десять метров, отделяющих сад от опушки леса, и скрылось за деревьями.

– Нет, так легко злодею не отделаться. Сильвестр был по натуре человеком кротким, но сейчас им овладело бешенство. В холле он нашел здоровенную трость, распахнул дверь и уже собирался выбежать на улицу, как вдруг взгляд его упал на поводок Фиделио. Сильвестр позвал собаку и надел на нее ошейник. Защищать свои владения лучше вдвоем, чем в одиночку.

Держа собаку на поводке, Сильвестр с грустью и гневом обозревал разоренные салатные грядки. А Фиделио пришел в необычайное возбуждение. Он припал носом к земле, залаял и, вырвав поводок из рук Сильвестра, припустился в сторону леса.

– Подожди, Фиделио! К ноге! На место! Но терьеру было не до команд. Он вновь ощутил себя молодым, когда, почуяв что-нибудь увлекательное – приятеля, игру или драку, – распластывался лентой над землей. Старое его тело налилось силой, ноги окрепли, шерсть на спине вздыбилась, и заливаясь громким, торжествующим лаем, пес, буксуя на месте от возбуждения, скрылся в лесу.

Сильвестр побежал следом. Он слышал лай Фиделио, видел, куда тот помчался, но лай становился все слабее и слабее, пока наконец не затих совсем. Пробежав еще несколько минут, Сильвестр замедлил шаги и остановился. Он не знал, в какую сторону идти – собаку уже совсем не было слышно. Как-то он читал рассказ о следопыте, который по нескольким примятым травинкам, сорванному листку и нескольким красным каплям на склоне горы смог определить, в какую сторону убежал раненый кабан. Но Сильвестр не был следопытом. Он не видел примятых травинок, сорванных листков, словом, ничего, что указывало бы, куда делись охотник и жертва. В какой-то момент ему показалось, что он слышит вой, но Сильвестр не был в этом уверен, может, просто почудилось.

Гнев, овладевший им столь внезапно, теперь прошел. В лесу все-таки небезопасно.

Он медленно направился к дому, то и дело оглядываясь направо, налево, назад. С Фиделио ничего не случится. У старого пса прекрасное чутье. Уже не раз бывало, что во время прогулки Фиделио убегал от него, а домой возвращался первым.

Субботнее утро, ясное и чистое, вступало в свои права. Элена встала первой, спустилась в кухню и приготовила кофе, потом позвала Фиделио, чтобы угостить его традиционным пряником. Но старый верный терьер не откликнулся на зов. Вместо него пришел Сильвестр.

– Где Фиделио? – спросила жена.

– Я думал, ты или Джерри впустят его, когда он явится и начнет скулить, – ответил Сильвестр и рассказал о ночном приключении.

– Я по крайней мере не слышала, чтобы он скулил, – сказала Элена. – Надо пойти поискать его. Вдруг он зацепился поводком за корень или свалился в расселину.

Вскоре встал и Джерри, и они втроем отправились в лес. Время близилось к полудню, но по-прежнему никаких следов Фиделио. Они решили разделиться и продолжать поиски поодиночке.

Через несколько минут послышался голос Элены, тонкий и дрожащий.

– Идите сюда! Мне кажется, он здесь.

Джерри прибежал первым и стоял, склонившись над ложбиной, когда подошел Сильвестр.

– Это Фиделио, – сказал Джерри. – Мы уж его звали, звали, а он не шевелится.

– Ты сможешь спрыгнуть туда?

Ложбина, вернее, канава была около метра глубиной, один край ее шел наклонно вверх, другой порос колючим кустарником. Джерри спрыгнул вниз. Собака лежала на боку, тело и лапы вытянуты словно в прыжке.

– Папа, его загрызли.

Теперь спустился и Сильвестр. Пес был мертв. Брюхо разорвано, внутренности выедены почти до горла. Сильвестр никогда не видел ничего подобного.

Он стоял, оглушенный, чувствуя, как к горлу подступает дурнота.

– Сбегай домой и принеси мешок, – обратился он к сыну. – Мы похороним его дома.

– Ты уверен, что он мертв? – спросила Элена. – Совершенно. И, пожалуйста, не спускайся сюда, – прибавил он быстро. – Такое зрелище не для женщин.

Они похоронили Фиделио на маленькой зеленой лужайке в конце сада. Сердца их наполняла печаль, потому что они были по-настоящему привязаны к этому маленькому веселому существу, которое не только составляло им хорошую компанию, но и давало чувство безопасности, когда они читали в газетах о всевозможных случаях нападения на одиноко стоящие дома.

Сильвестр много размышлял над тем, что произошло. О морской свинке доцента он даже и не вспомнил. По телевизору говорили, что в последнее время увеличилось поголовье волков, но чтобы волки забрели в их края, в это Сильвестр не верил. Зато рысь может забрести куда угодно. Может, это и была рысь? Но рыси не едят морковь. А вдруг Фиделио преследовал одного зверя, а на него напал другой?

Гость явился в сад и на следующую ночь. На рассвете Сильвестр заметил, что кто-то шевелится под кустами смородины. Он быстро разбудил Элену и попросил ее не выпускать посетителя из виду, пока они с Джерри будут заходить неприятелю в тыл. В одну руку Сильвестр взял фонарик, в другую – сучковатую палку. Джерри вооружился кочергой.

Выйдя на цыпочках в сад, они уловили движение всего в метре-другом от себя. Сильвестр шагнул и зажег фонарь, который, как прожектор, высветил лежавший перед ним участок земли. И там они увидели круглое, сильное, темно-коричневое существо, увидели, как оно выпустило изо рта кочан капусты, повернуло голову в их сторону и ощерилось, сверкнув зубами.

– Но... но... ведь это же Трисмегистус! – закричал Джерри. – Папа, не трогай его.

Джерри сделал шаг к сидящему на земле зверьку.

– Он наверняка меня узнает. Иди сюда, Трисмегистус, иди сюда.

Джерри наклонился вперед и вдруг резко отпрянул. Зверек перешел в нападение. Глаза его загорелись, голова на толстой шее напряглась, он ощерил пасть с острыми зубами, короткими лапами оттолкнулся от земли и в мгновение ока оказался рядом с Джерри, пытаясь укусить его за ногу.