Род Серлинг - Чудовища на Мэпл-стрит

Лицо Чарли Фарнсуорта было похоже на тесто, оно подергивалось в свете фонарей.

- Я же не знал, кто это, - пытался он объяснить. Слезы катились по его толстым щекам. - Кто-то вдруг появляется из темноты - я не мог знать! - Он лихорадочно огляделся и схватил Стива за руку. Стив умел растолковывать вещи людям. - Стив! - завизжал он. - Ты знаешь, почему я стрелял! Откуда мне было знать, что это не чудовище какое-нибудь?..

Стив отвернулся.

- Я знал, что наш страх убьет кого-нибудь из нас, - сквозь зубы пробормотал он.

Чарли повернулся к Дону:

- Мы все боимся одного и того же. Да. Я всего лишь пытался защитить свой дом, вот и все. Послушайте, соседи, ведь это единственное, что я пытался сделать!

В доме Чарли Фарнсуорта зажегся свет, и люди почувствовали себя обнаженными. Они смотрели друг на друга, усиленно моргая и приоткрыв рты.

- Чарли, - сказала миссис Шарп голосом судьи, выносящего приговор, почему это только в твоем доме горит свет?

Нед Роузин согласно кивнул.

- Я тоже хотел бы это знать, - что-то в душе пыталось удержать его от дальнейших слов, но гнев превозмог. - Почему, Чарли? И отчего это ты умолк? Нечего сказать? Нет, ты уж выкладывай! Мы хотим знать, почему только у тебя в доме есть электричество!

Послышался хор голосов в поддержку Роузина. А он продолжал:

- Ты не медлил, убивая человека, и ты поспешил сообщить нам, кого мы должны остерегаться. Ну, может быть, тебе необходимо было убить. Может быть, Пит Ван-Хорн, да упокоит господь его душу, пытался сказать нам что-то. Может, он-то и знал, кого нам следует остерегаться...

Чарли пятился, пока не натолкнулся на куст, росший рядом с его домом.

- Нет, - выдавил он из себя. - Нет, нет. - Пухленькие ручки пытались говорить за него умоляющими Жестами: - Это не я, не я!..

Камень ударил ему в лицо, потекла кровь. Чарли Фарнсуорт закричал, а люди стали смыкаться вокруг него. Напоминая сейчас гиппопотама в цирке, он полез через куст, разрывая одежду и царапая лицо и руки. Жена бросилась к нему, но кто-то подставил ей ногу, и она упала, ударившись головой о тротуар. Новый камень разбил лампу над крыльцом.

- Это не я! - кричал Чарли. - Это не я! Но я знаю, кто это, - сказал он вдруг не подумав. Но сразу же понял, что сказал единственно возможную вещь.

Люди остановились, замерев как статуи, и послышался чей-то голос:

- Ну, Чарли, кто это?

Чарли улыбался сквозь слезы и кровь, стекавшие по лицу:

- Да, я скажу. Потому что знаю. Я действительно знаю...

- Говори, Чарли, - скомандовал тот же голос. - Кто - чудовище?

Чарли лихорадочно думал. Нужно было назвать чье-то имя.

- Это мальчишка! - завопил он. - Вот кто это! Мальчишка!

Солли Бишоп вскрикнула и схватила Томми, прижала к себе.

- Вы с ума сошли, - сказала она людям, которые сейчас все смотрели на нее. - С ума сошли. Он же еще ребенок.

- Но он знал, - со значением отметила миссис Шарп, - он один знал... И рассказал нам. А как он мог знать, а?

Другие голоса поддержали ее:

- Вот именно, _как_? Кто ему сказал? Пусть мальчишка ответит. - Да, на Мэпл-стрит царило безумие...

Томми вырвался и побежал. Кто-то пытался остановить его, кто-то бросил камень... Потом все побежали за мальчиком - толпой, с воплями. Лишь один голос попробовал что-то возразить, единственный нормальный голос среди безумия - это был голос товарища Томми, такого же двенадцатилетнего мальчика. Но, конечно, никто не услышал его.

Вдруг свет вспыхнул в другом доме - это был двухэтажный оштукатуренный дом, принадлежавший Бобу Уиверу. Один из мужчин закричал:

- Это не мальчишка! Посмотрите на дом Боба Уивера!

Над крыльцом миссис Шарп зажглась лампа, и Солли Бишоп срывающимся голосом произнесла:

- Это не Боб Уивер! Вот, вот, у миссис Шарп горит свет!

- А я говорю, что это мальчишка! - не сдавался Чарли.

Вдруг по всей улице стали зажигаться и гаснуть огни. А газонокосилка завелась и поехала сама по себе, прорезая неровную тропу в траве, пока не ударилась о стену дома.

Люди бегали туда-сюда, от одного дома к другому. В воздухе просвистел камень, еще один. А огни зажигались и гасли. Чарли Фарнсуорт упал - ему пробил голову обломок кирпича. Миссис Шарп сбили с ног, и она уже не смогла подняться.

С расстояния в четверть мили, с вершины холма, Мэпл-стрит выглядела так: длинная, усаженная деревьями улица, где беспорядочно вспыхивали и гасли огни и бегали люди. Мэпл-стрит была настоящим сумасшедшим домом. Повсюду били окна и уличные фонари, осколки стекла сыпались на головы женщинам и детям. Ни с того ни с сего заводились газонокосилки и автомобили.

На вершине холма, скрытые тьмой, два человека стояли у космического корабля и смотрели вниз на Мэпл-стрит.

- Теперь понимаешь наш метод? - сказал один из них. - Нужно остановить их автомобили, обесточить газонокосилки и телефоны. Погрузить в темноту на несколько часов - все остальное они сделают сами.

- И всегда бывает одно и то же? - спросил второй.

- С небольшими вариациями, - последовал ответ. - Они выбирают самого опасного врага, которого могут найти. А это они сами. Нам остается просто сидеть и ждать.

- Значит, судя по всему, - сказал второй, - это место, эта Мэпл-стрит не одна такая?

Первый тряхнул головой и рассмеялся:

- Ну конечно! Этот мир полон таких вот Мэпл-стрит. Мы будем перелетать от одной к другой, и жители сами себя уничтожат...

Когда солнце поднялось на следующее утро, Мэпл-стрит была погружена в тишину. Почти все дома сгорели. На земле лежало множество тел. В живых не осталось никого.

А примерно через неделю на Мэпл-стрит появились новые жители. Они были очень красивы, и особенно изящными, скульптурными были у них головы. По две на каждого жителя.