Уильям Моррисон - Пиршество демонов

Миллион долларов в год...

И это только начало.

Я очнулся.

- Что?

Грек смотрел на меня. Он повторил терпеливо:

- Меня разыскивает полиция.

- Тебя? - изумился я.

- Ты слышал, что было в Гранд-Рапидс?

Я прикинул.

- Постой, постой. Пожар. Большой пожар. Так это был ты?

- Не я. Мои демоны. Демоны Максвелла, или демоны Греко, как их следовало бы назвать. Максвелл говорил о них; я их использую - когда они не эксплуатируют меня. В тот раз они спалили полгорода.

- Теперь вспоминаю, - сказал я.

Газеты были полны этим.

- Они тогда вырвались на свободу, - мрачно сказал Грек. - Но это еще не худшее. Тебе придется отрабатывать свой миллион в год, Вирджи.

- Как так - вырвались!

Грек пожал плечами:

- Система контроля не совершенна. Иногда демоны ускользают. Я ничего не могу с этим поделать.

- Ну а как же ты их контролируешь?

Он вздохнул.

- Собственно говоря, это даже трудно назвать системой контроля, ответил он. - Только максимум того, что я могу сделать, чтобы помешать им вырваться.

- Но ведь ты сказал, что иногда разделяешь металлы, а иногда получаешь энергию. Если ты говоришь, что не можешь управлять ими, то откуда же демоны знают, чего ты от них хочешь?

- А как ты объяснишь яблоне, что на ней должны вырасти яблоки того, а не иного сорта?

Я уставился на него.

- Но чего тут объяснять, Грек? Я хочу сказать, что на каждой яблоне растут яблоки одного какого-то сорта.

- Точно так же и с демонами! Ты, кажется, действительно поумнел? Это как выведение собачьих пород: берешь потомство какой-то одной дворняжки, а через несколько поколений можешь получить эрделя, таксу или шпица. Как именно? С помощью отбора. Колонии моих демонов растут, они расщепляются; новые разновидности приспосабливаются к новым условиям. Эволюционный процесс. Я только помогаю ему - и все.

Задумавшись, он взял из моих рук золотой брусок.

Вдруг он с силой швырнул его в стену.

- Золото! - неистово выкрикнул он. - Но кому оно нужно? Помощь мне нужна - помощь! Вирджи, если я смогу купить твою помощь за золото, ты его получишь. Но я в полном отчаянии! И ты придешь в отчаянье, если впереди тебя будет ждать лишь гнусная, унизительная смерть от малолетства и...

Я перебил его:

- Что это?

Где-то поблизости хрипло и тоскливо заревела сирена.

Грек оборвал фразу на полуслове и замер, как затравленный зверь.

- Мой номер! - прошептал он. - Все мое оборудование... на следующем этаже!

Я попятился с некоторой тревогой. Он производил не слишком приятное впечатление: тощий, длинный, с дикими глазами. Его худоба меня вполне устраивала - будь он сложен пропорционально своему росту, вот тогда бы я действительно встревожился, увидев его вытаращенные испуганные глаза и услышав всю эту бессвязную нелепицу. Впрочем, у меня не было времени тревожиться. По коридорам загромыхали шаги. В отдалении перекликались голоса.

Снова взвыла сирена.

- Пожарный сигнал! - крикнул Грек. - Гостиница горит!

Он вылетел из моей комнаты в коридор.

Я бросился за ним. Пахло паленым - не горящими сухими листьями или бумагой, нет. Это был запах горящих химикалий, запах горящей кожи, запах пожара в курятнике. В нем было много разных оттенков - порохового дыма, жженых перьев, удушливого смрада горящего масла, бодрящего аромата пылающих поленьев. В первое мгновение я было подумал, что это типичный запах горящей гостиницы, но ошибся.

- Демоны! - завопил Грек, и спешивший мимо коридорный задержался, чтобы окинуть нас подозрительным взглядом. Грек кинулся к лестнице и затем вверх по ступенькам.

Я последовал за ним.

Да, горел номер Грека - в этом можно было не сомневаться, так как он упорно пытался проникнуть туда. Но не мог. Из двери вырывались клубы черного дыма и оранжевое пламя. От ведра воды, которое притащил дежурный администратор, толку не было никакого.

Я отошел подальше. Но Грек с бледным, искаженным лицом нырнул в дым.

Я остановился у лестницы. Пламя заставило Грека отступить, однако он предпринял еще одну попытку. Но огонь вновь отогнал его, и на этот раз окончательно.

Шатаясь, он заковылял ко мне.

- Идем! Ничего сделать нельзя!

Он повернулся и невидяще уставился на коридорных и горничных, которые передавали по цепочке ведра с водой.

- Эй, вы! Что вы, по-вашему, делаете? Это же...

Он умолк и облизнул губы.

- Это горит бензин, - соврал он. - А еще у меня в багаже - динамит. Скорее выводите всех из гостиницы, слышите?

Как я уже сказал, это было ложью. Но гостиница тут же опустела. А затем...

Что ж, это вполне мог бы быть и бензин, и динамит. Багрово полыхнуло, глухо и раскатисто ухнуло, и вся крыша четырехэтажного здания взлетела на воздух.

Я схватил Грека за локоть.

- Лучше уйдем отсюда, - сказал я.

Он тупо посмотрел на меня. Готов поклясться, что он меня не узнал. В глазах его было страдание.

- Поздно! - прохрипел он. - Поздно! Они опять на свободе!

3

Вот так я стал работать у Теобальда Греко, в его лаборатории в Южной Калифорнии, где мы кое-как восстановили погибшую аппаратуру.

В одно прекрасное утро я проснулся и обнаружил, что мои волосы побелели.

- Грек! - завопил я.

На мой крик бегом явилась Минни. Кажется, я еще не упоминал Минни. Она была воплощением представлений Грека об идеальном лаборанте - глупая старуха, никому в целом мире не нужная и, по-видимому, совсем одинокая. Она вошла, уставилась на меня и залилась кудахтающим смехом, от которого мертвые проснулись бы.

- Мистер Хэмпстед! - дребезжала она. - Ну и вид же у вас!

- Где Греко? - крикнул я и оттолкнул ее с дороги.

В пижаме и купальном халате я кинулся вниз по лестнице в комнату, которая когда-то была кухней, а теперь стала лабораторией Греко.

- Смотри! - завопил я. - Что ты на это скажешь?

Он повернулся и посмотрел на меня.

Несколько секунд спустя он покачал головой.

- Этого я и боялся, - пробормотал он. - Люди в детстве часто бывают белобрысыми, верно? Вот ты и стал опять белобрысым.

- О чем ты, Грек? У меня же волосы теперь совсем седые!

- Не седые, - уныло поправил он меня. - Они у тебя льняные. К ним возвратилась молодость. За одну ночь - так иногда бывает. Я предостерегал тебя, Вирджи. Я говорил тебе, что есть опасность. Теперь ты знаешь. Дело в том...

Он запнулся, взглянул на меня, потом отвел глаза.

- Дело в том, - продолжал он, - что ты молодеешь, как и я. Если мы не найдем какого-нибудь выхода, ты тоже умрешь от помолодения.

Я уставился на него.

- Ты говорил это и раньше - о себе. Я думал, ты просто оговорился. Но ты действительно хочешь сказать, что...

- Сядь, - приказал он. - Вирджи, я ведь сказал тебе тогда, что ты помолодел. Это не просто так казалось. Это все - демоны, и не только ты и я - но и многие другие. Сначала - Гранд-Рапидс. Затем - когда сгорела гостиница. В зоне воздействия оказалось множество людей, а у тебя шансов было больше, чем у остальных. Думаю, для тебя это началось еще в тот день, когда ты зашел ко мне на фабрику, а я ловил ускользнувших демонов. Пожалуй, я тогда изловил не всех.