Алекс Касман - Квантовые следствия Ньютоновской алхимии

- Значит, по-вашему, он открыл теорию квантовой гравитации? - заметил я между глотками кофе. - Как раз то, что пытаются сделать современные физики?

- Да, но у него было огромное преимущество, потому что он не потратил зря сотни лет, веря во всякую чепуху.

- И что же это за чепуха? - осведомился я, подумав, что Штейн впервые начинает выглядеть настоящим психом, каким и называли его все мои друзья.

- Частицы, мальчик мой! Мысль о том, что материя состоит из частиц, есть ужасная ошибка, которую физики допустили давным-давно и за которую мы до сих пор расплачиваемся!

- Разумеется, материя состоит из частиц, - снисходительно подтвердил я, хотя отлично понимал, что мои ограниченные знания по физике, полученные в колледже, ничто по сравнению с его многолетним практическим опытом на передовых рубежах математической физики. - Полагаю, в этом никто не сомневается. Молекулы, атомы, электроны и протоны. Об этом я узнал в школе, а потом слышал о других частицах, вроде кварков и му-онов. Частицы - это непоколебимый факт, а не чушь.

- Ты хотел сказать «мюоны». Да, конечно. Я изучал стандартную модель атома. Я даже доказал теорему о суперсимметрии, которой теперь пользуются физики-ядерщики, что, впрочем, не означает, будто это точное описание реального мира. Я также учил, что Колумб открыл Америку, но к тому времени, когда ты пошел в школу, все уже знали: это не вполне соответствует истине… Ладно, давай попробуем иначе. Ты прослушал курс квантовой механики, так? Что в ней сказано о скорости и координатах частицы?

- Нельзя измерить одновременно и то, и другое.

- Да, но это еще не все. Даже физики подтвердят, что не только координаты и скорость частицы неизвестны, но у нее даже нет координат или скорости: их не измеришь.

- Да, кажется, я об этом слышал, - согласился я, начиная гадать, все ли физики сумасшедшие. - Но никогда не мог понять.

- А я подскажу тебе простое решение этой дилеммы: избавься от частиц. В конце концов, никаких частиц не существует, только волны. Частицы - всего лишь домысел нашего воображения, и как раз поэтому они обладают только теми свойствами, которые мы им приписываем. Вот что понял Исаак Ньютон, когда объединил свои знания о гравитации с результатами экспериментов со светом: все, что нас окружает, есть одна большая волна, которая покрывается рябью и движется под воздействием силы гравитации. Из-за воздействия гравитации может создаться впечатление, будто частицы-существуют, но внешность бывает обманчива, верно?

Желая продемонстрировать свое последнее утверждение, он взял карандаш за кончик и принялся ловко покачивать его вверх и вниз.

Результат действительно выглядел так, словно он держит резиновую палочку, а не деревянный карандаш, и я невольно рассмеялся.

- Но если Ньютон об этом догадывался, - сказал я, почти начиная ему верить, - то почему никому не сказал?

- Он пытался! Именно в этом и заключается суть его флуксионов: это новое математическое обозначение волновой природы самой реальности. Если бы он владел твоим нестандартным анализом, то смог бы придать им четкую математическую форму, и коллеги поняли бы, о чем он хочет сказать. Но вышло так, что флуксионы приняли за жалкую попытку выкрутиться при определении производных, и ученые решили пойти по стопам Лейбница. Но ведь Ньютон говорил не просто о функциях и алгебре, речь шла об абсолютном и окончательном описании реальности. Вот в чем заключалась его алхимия.

- Ага, вот мы и до нее добрались! Какое это имеет отношение к алхимии?

- Да это же и есть алхимия! Сам посуди, современные ученые, верящие в частицы, даже не пытаются превратить свинец в золото. Как они смогут это сделать? Частицы - всегда частицы, неизменные по самой своей природе. Но предположим, что вместо свинца и золота имеются лишь различные структуры ряби на поверхности всемирной волны. Тогда, если оказать правильное воздействие, одну структуру можно превратить в другую. И я говорю не только о теоретической возможности. Я точно знаю, что для этого нужно сделать, и собираюсь это сделать!

- То есть вы действительно пытаетесь превратить свинец в золото? Да бросьте, даже если я и поверю, что вы это можете, разве нельзя найти более полезное применение для вашей новой науки?

- Конечно, конечно. Если сегодняшний эксперимент удастся, я займусь гораздо более масштабной задачей: созданием философского камня. Абсолютного, универсального вещества, не известного современной науке - квантовой суперпозиции резонансных структур всех элементов. Ньютон доказал его существование математически, но не смог придумать способ его получения. Все современные ему алхимики считали получение философского камня своей величайшей целью. Связанная с ним проблема Римана-Гильберта может оказаться настолько трудной, что даже тебе будет нелегко ее решить… но все это потом. Сегодня же нам надо превратить свинец в золото, потому что только так мы сможем привлечь внимание средств массовой информации.

- Что ж, тут я с вами, пожалуй, соглашусь, профессор Штейн. Если сегодняшний эксперимент окажется удачным и вы действительно превратите свинец в золото, то завтра вы сможете пригласить сюда команду с телевидения и…

- Но они уже здесь! И сегодняшний эксперимент пройдет успешно. Как ты можешь в этом сомневаться? Ты ведь решил проблему последнего прыжка? В таком случае мы готовы!

Только сейчас я заметил яркий свет в гостиной. Когда я вошел в комнату следом за профессором и мои глаза привыкли к свету, я увидел нескольких репортеров и телеоператоров. Доктор Штейн подошел к компьютеру и начал вводить результаты моих ночных вычислений.

Высокий мужчина с огромной копной светло-каштановых волос и невероятно белыми зубами заговорил сразу, едва мы вошли:

- Я Том Кэннон, и я веду репортаж из дома профессора Франклина Штейна, профессора математики Мичиганского университета, который или гений, или законченный псих - в зависимости от того, во что вам хочется верить. Мы собрались здесь сегодня, потому что профессор Штейн утверждает, будто способен превратить свинец в золото методом старинной науки под названием «алхимия»…

Тем временем женщина азиатской внешности в короткой юбке бормотала в свой микрофон:

- Математический факультет отказался от комментариев, однако Питер Уоткинс, автор прошлогоднего бестселлера «Как планировать диету при похищении инопланетянами», настаивает, что метод профессора Штейна хорошо обоснован и обязательно даст впечатляющие результаты…

Но окончательно добили меня молодые внештатные репортеры местного кабельного канала, обсуждавшие меня и мою роль в сегодняшней впечатляющей демонстрации: