Станислав Гимадеев - Чужое утро

"Условное обозначение, даже так... Хорошенькое дело,- подумал Вазин, это же черт знает что такое..." Он почувствовал зарождающийся страх. Нет, это был не страх слабого перед сильным, когда сделать ничего не можешь, хотя и хочешь. Это был страх перед неизвестным, страх перед таинственным, страх перед ситуацией, когда совершенно ничего не понимаешь и не знаешь, как себя вести. Вазин попытался внушением задавить этот страх, но у него не получилось.

Лицо Грэга по-прежнему было невозмутимым. Он слегка повернул голову в сторону Вазина и произнес:

- Прежде всего тебе не следует бояться. Ты, надеюсь, хочешь сохранить способность здраво мыслить?

- Предположим, - настороженно сказал Вазин. - Что дальше?

- Я тоже этого хочу, - сказал Грэг. - Но думаю, это будет сложно.

- Что сложно? - спросил Вазин, чувствуя неладное и еще больше настораживаясь.

- Сохранить здравый смысл, - ответил Грэг. Он помолчал и продолжил: Например, если я скажу тебе: мы не принадлежим к миру людей, то как ты это воспримешь?

В первый момент Вазин не понял и даже удивился.

- А к какому же миру вы принадлежите? - сказал он непонимающе. - К миру крокодилов, что ли?..

Грэг ничего не ответил. Он только покачал головой, не сводя с дороги взгляда.

"Что он этим хотел сказать? - растерянно подумал Вазин. - При чем здесь крокодилы, черт возьми' К чему это я?.. Мир людей, мир людей...

Что, существует еще другой мир? Мир нелюдей?.. Ага, иные миры. Инопланетяне, значит... Звездолеты... и так далее. Чушь собачья! - подумал он злясь. - При чем здесь это?" - Ты правильно подумал, - произнес Грэг как ни в чем не бывало. - И это далеко не чушь.

- Перестань! - закричал Вазин, криком пытаясь задушить разрастающийся страх - Слышишь?! Кто бы там ни был... По какому праву ты копаешься у меня внутри?!

- Успокойся, Вазин, - сказал Грэг. - Я делаю это совсем не из любопытства!

Вазин со стоном откинулся на спинку и закусил губу.

"Мать честная!.. Вот ведь влип... Даже мысли не скроешь! Ничего не понимаю..." Город давно остался позади. За окнами справа и слева изредка мелькали кустарники и деревья, растущие вдоль дороги. Приближалась лесная зона.

"Ничего не понимаю, - опять подумал Вазин и стиснул зубы. - Ничего... Проклятье, как хочется проснуться!.." "Ты не спишь!" - внезапно бухнуло у него в голове. Это было так неожиданно, что Вазин даже подпрыгнул и ошарашенно уставился на Грэга. Но тот остался безучастным. Вазин готов был поклясться, что голос прозвучал у него в мозгу. Он боязливо ощупал голову. Может, показалось? И вдруг вновь раздался голос.

"Не пугайся, - отчетливо произнес он. - Тебе не показалось".

Вазин в ужасе схватился за голову обеими руками. Страх полностью парализовал его.

- Что это... - панически прохрипел он.

Грэг молча смотрел вперед, а голос продолжил: "Это я. Я с тобой говорю. Пойми, Вазин, мне хочется только, чтобы ты поверил. Больше пока ничего".

- Не надо... - обессиленно застонал Вазин, скорчившись на сиденье и сжав голову ладонями. Ему казалось, что голос заполнил собой все кругом, и каждое его слово молотом отдавалось в затылке и висках - Прошу... не надо...

- Ладно, ладно... - сказал Грэг поспешно. - Больше этого не будет. Обещаю.

Вазин испуганно глядел на него и не мог произнести ни звука.

Грэг покосился на Вазина и сказал: - Я же пообещал! Не бойся ты! Будем общаться по-нормальному.

- Останови машину... - еле выдохнул Вазин. Его трясло. - Ты во власти эмоций, - сказал Грэг, поворачиваясь к Вазину. - Я же призывал к твоему разуму. Я предупреждал: тебе это будет трудно! Но это необходимо, Вазин!

- Останови...- опять проговорил Вазин, хотя уже понял, что это бесполезно.

- Тебе надо успокоиться, - сказал Грэг, отворачиваясь.

"Проклятье, - подумал Вазин в отчаянии. Он готов был взвыть. - Что делать?.. Что?" - Он попытался взять себя в руки, но это ему удалось плохо. Дотронувшись до лба рукой, Вазин ощутил под пальцами холодный пот. Во рту было сухо. Он бессильно уронил руку и сглотнул.

- Кто ты такой?.. - произнес Вазин слабым голосом.. - И от меня... от меня-то что тебе надо?

- Ну, я же тебе уже сказал, кто мы, - ответил Грэг. - Даже убедить попробовал... Понимаю твое недоверие, но другой версии не будет!

- Да ты... что, серьезно?! - выпалил Вазин. - Но ведь... - Он издал стон и затряс руками. - Ведь... не может же быть!

- Интересно, - сказал Грэг. - А почему не может?

Вазин растерянно молчал. Он не знал, почему. Сердце колотило в груди и отдавало в голову. "Нет, - думал он. - Это не бред... Это гораздо хуже! Это тебе не челюсти из засады воротить... Господи! - взмолился он. - За что же ты меня так? Чем я перед тобой провинился?.."

Он откинул голову и закрыл глаза. "Не раскисать, - сказал он себе. Прежде всего - взять себя в руки, а там видно будет... Черт, - спохватился он, - ведь мои мысли у этого Грэга как на ладони! А чего стоит его обещание - это еще неизвестно..."

Вазин покосился на высокого. Его лицо по-прежнему было непроницаемо. "Ладно...- подумал Вазин.- Главное- спокойствие! Только спокойствие". Он глубоко вздохнул. Дрожь в пальцах постепенно утихала, сердце замедлило свой ритм.

- Ну что, отошел немного? - осведомился Грэг. - А я ведь не сказал тебе главного.

"Спокойно, - твердил про себя Вазин. - Спокойно!"

- Ну, скажи... - сказал он нерешительно и опять насторожился.

- Самое страшное для тебя, Вазин, - произнес Грэг, - заключается не в том, что мы не люди. Для тебя мы никто. Как появились, так и исчезнем. Самое страшное для тебя то, что Дорин не человек.

Несколько секунд Вазин молчал, потом открыл рот, но ничего не вымолвил, а только недоуменно посмотрел на Грэга.

- А... Что?.. - медленно проговорил он наконец. - Что ты сказал?

Грэг покачал головой.

- Меня всегда поражала в вас, людях, эта черта, - сказал он. - Ведь ты прекрасно слышал, что я сказал.

Вазин сидел, открыв рот и хлопая глазами. Страх понемногу улетучивался, исчезал, перерастая в удивление.

- Ты хочешь сказать: Дорин не человек? - сказал он изумленно.

- Поразительно, Вазин, - сказал Грэг. - Я это уже сказал.

- Дорин - инопланетянин?!

- Если тебе хочется, то называй так. Важно, что Дорин, как и мы, не имеет отношения к Земле.

Будь в данный момент другая ситуация, не произойди до этого всего того, что произошло, Вазин непременно бы рассмеялся. Даже не рассмеялся бы, а скорее выразил сочувствие по поводу плоскости шутки.

Но сейчас... Сейчас он даже не улыбнулся и сидел, словно в оцепенении.

Вазин отчетливо понимал, что почва обыденности неумолимо уходит у него из-под ног. Уходит со все нарастающей скоростью, а он бессилен что-либо сделать. И от этого своего бессилия, от полнейшего непонимания удивление Вазина сначала переросло в растерянность, а затем в злость. В злость тупую и ненаправленную. Эта возникшая злость придала ему силы и решимость, и в нее, как в отдушину, окончательно вылетел страх.