Михаил Пухов - Монополия на разум

– Он закричал, чтобы вы немедленно разворачивали корабль и возвращались? – спокойно сказал Эо.

– Да, – удивленно сказал Дузл. – Но откуда вы… Впрочем, вы читали наш отчет. Он прокричал именно эти слова. И вдобавок предположил, что я сошел с ума. Он сделал так.

Командир звездолета «Гамма-Марка» капитан Дузл громко постучал пальцем по своей сверкающей лысине.

– Неужели вы действительно не читали этот отчет? – спросил министр внешней безопасности, когда они с Эо остались одни. – Если бы он не лежал под замком в моем сейфе, я бы никогда этому не поверил. Вы ведете себя так, будто присутствовали на месте происшествия и хорошо знакомы с этими чужими звездолетчиками. Но посмотрим, сможете ли вы определить, какое оружие они применили, и выработать план борьбы с ними.

– Посмотрим, – усмехнувшись, сказал Эо. – Пока мне и правда удается угадывать. Но будущее покажет.

Дверь в кабинет Эо рывком распахнулась, и в помещении появился высокий человек, уже немолодой, но спортивного вида. Не дожидаясь приглашения, он опустился в приготовленное для него кресло и посмотрел на Эо.

– Я Марио, десантник с «Гамма-Марки», – представился он. – Вы меня вызывали.

– Вероятно, о причинах вы догадались, – сказал Эо. – Расскажите все, что вы знаете.

– Началось с того, что командир ФПЗ Дузл позвонил нам в десантный отсек и сказал, чтобы мы приготовились. Он объяснил, что наблюдатель заметил астероид. Еще он сказал, что ожидает от этого астероида какого-нибудь подвоха. У него необычайно развита интуиция, у Дузла. Потом, через два часа, он вызвал нас с Эльдаром в рубку и рассказал, что астероид оказался звездолетом, принадлежащим другой цивилизации. Дузл объяснил, что, поскольку мы не знаем намерений чужих и поскольку они не отвечают ни на радио-, ни на световые сигналы, дальнейшую работу будем проводить мы с Эльдаром.

– Погодите, – вмешался министр. – Капитан Дузл, по-моему, не упоминал об этих попытках связи. Они кажутся мне весьма важным обстоятельством.

– Они ведь были безрезультатными, – сказал Эо.

– Да, – согласился министр. – Но вспомните, что говорил нам Гран. О видах излучения, вредных для этих существ. Вдруг капитан Дузл пытался сигнализировать одним из этих вредных излучений? По-моему, это вполне объясняет их дальнейшее агрессивное поведение.

– Возможно, – сказал Эо. – Надо будет над этим подумать. Продолжайте, – кивнул он Марио. – Рассказал ли вам капитан Дузл, каков объект, к которому вы должны приблизиться?

– Да, – кивнул Марио. – Он даже показал нам его.

– И какое впечатление он на вас произвел? Не возникло ли у вас хотя бы минутного подозрения, что это не чужой звездолет, а что-то другое?

Некоторое время Марио размышлял.

– Нет, – сказал он наконец. – У нас не возникло и тени сомнения. Это был, бесспорно, искусственный объект. Идеальный шар, абсолютно круглый, без выступа. Природа бессильна создать такое. Если вы встречаете в пространстве шар, значит, это что-то искусственное. Потом, он покоился относительно туманности, как и наш звездолет. Естественные тела всегда куда-нибудь движутся. Вдобавок он довольно необычно светился.

– Так, – сказал Эо. – Насколько я знаю, это все.

– Нет, – произнес Марио. – Аргументы, которые я привел, важны, но они для ума, не для чувства. В действительности размышлять было не нужно. Этот предмет…

Марио замолчал.

– Ну? – сказал Эо.

– В нем чувствовалось что-то разумное. Не знаю, как это объяснить, но это так.

– Можете не объяснять, – сказал Эо, – это понятно. Что было потом?

– Потом мы согласовали стартовую программу и расписание радиосвязи. Мы с Эльдаром, оставив рубку, вернулись в десантное отделение. Все было спокойно. Мы надели скафандры, заняли места в машинах и стартовали. Но сразу после отрыва начались неожиданности.

Марио замолчал.

– Вы стартовали перпендикулярно оси звездолета? – спросил Эо.

– Да, строго перпендикулярно. Если бы все шло как следует, ФПЗ оставался бы строго сзади, и мы видели бы, как он уменьшается за кормой. Но вместо этого мы…

– Вы увидели, как корабль уходит от вас перпендикулярно вашему курсу.

– Точно, – подтвердил Марио. – Не успели мы стартовать, как ФПЗ пошел из-под нас вбок, как перрон космического вокзала. Поравнявшись с рефлектором, мы увидели, что двигатель действительно включен. Корабль уходил, бросив нас на произвол судьбы.

– «Гамма-Марка» была сориентирована кормой к сферическому объекту? – спросил Эо.

– Да. А теперь она уходила, бежала от этого чужого. Мы решили, что в момент старта произошло нечто, заставившее Дузла повести корабль прочь.

– Вы попытались связаться с «Гамма-Маркой», но никто не откликнулся, – сказал Эо.

– Да. Радист наверняка был вне рубки, потому что первый сеанс должен был состояться только через час. Установление связи требовало времени, а время было для нас самым ценным. Нужно было что-то срочно предпринимать. Мы с Эльдаром посовещались и пришли, как нам показалось, к единственному решению.

– Вы решили, что один продолжит работу, а другой вернется и выяснит, что происходит.

– Да.

– Вы бросили жребий, и вам выпало вернуться.

– Точно. Мы с Эльдаром попрощались, я развернул машину и лег на обратный курс. Звездолет не успел далеко уйти. Догнать его было просто. Я вогнал машину в причальную трубу и, не снимая скафандра, бросился в рубку.

– И выразили капитану Дузлу кое-какие сомнения.

– Да, – смущенно признался Марио. – Ни он, ни штурман ничего не подозревали. Кораблю приказали остановиться, и он повиновался. «Гамма-Марка» покоилась относительно звезд. Но ее двигатели работали. Это было нетрудно выяснить. Они работали, чтобы…

– Чтобы скомпенсировать силу, направленную к сферическому объекту, – закончил Эо.

Министр внешней безопасности издал удивленное восклицание, полное ужаса и экспрессии.

– Точно, – сказал Марио. – Чужой звездолет не подавал ни признаков жизни, ни сигналов. Так казалось нам раньше, но это не соответствовало действительности. На самом деле он прилагал большие усилия, чтобы подтащить нас к себе. «Гамма-Марке» было приказано остановиться, и она покоилась, создавая компенсацию двигателями. Напряженность поля была колоссальна. До чужого звездолета был миллион километров, но двигатели «Гамма-Марки» работали так, словно нужно было зависнуть неподвижно над планетой средней величины.

– Размером со спутник Мариона, Рону, – сказал Эо.

– Верно, – подтвердил Марио. – Это все объясняло. Когда машины оторвались от ФПЗ, поле чужого подхватило нас и понесло прочь от «Гамма-Марки», упирающейся двигателями. Но движение относительно, и нам казалось, что это ФПЗ уходит, бросив нас на произвол судьбы.