Елизавета Манова - Рукопись Бэрсара

- Откуда?

- Могли бы и догадаться. Чертежи и основные расчеты вашей машины.

- Я все уничтожил!

- Конечно. А он заблаговременно снял копии.

- Зачем?

- А вы не догадываетесь? Ну, правильно, какой-то техник...

- Идите к черту! - сказал я злобно. - Это уже наше дело - мое и его. А оправдываться перед вами...

- В чем? - спросил он невинно.

- Имк - это мое второе "я", мы двадцать лет проработали вместе. Понимаете? Двадцать лет!

- Да, - сказал он задумчиво, - двадцать лет. И это были главные годы его жизни. Все, что вы сделали, принадлежало и ему, и в каждом вашем открытии была и его доля.

- Это знали все!

- Нет, конечно, но это неважно. Просто мне было обидно, что эта преданность и любовь... Короче, на этот раз вы не сказали дяде, _ч_т_о это за работа, и он понял, как вы поступите с записями. Вот он и решил спасти открытие... для человечества.

- И отдал вам?

- Вы бы предпочли Глара?

- Да нет, пожалуй. И вы смогли разобраться?

- Не я, - ответил он очень спокойно. - Один из наших. Бывший физик. Кстати, он так и не поверил, что это осуществимо.

- А вы?

- А я - дилетант, у меня не было альтернативы. Поймите, профессор, с нами почти покончили. Движение разгромлено, уцелевшие группы бессильны. В стране террор. Хватают по тени подозрения - целыми семьями. Ни суда, ни следствия - люди просто исчезают. Все запрещено, университеты под контролем. Начато производство новой сверхбомбы, - это не считая того, что уже есть в арсеналах. На Ольрике уже война, и она подползает к Олгону...

- Значит, еще хуже, чем было?

- А вы чего ожидали? Идут разговоры, что Глар при смерти, уже называют имя преемника: Сават Лабр, министр полиции.

Я поежился.

- Ваша машина дала нам последнюю возможность.

- А именно?

- Перенести борьбу в прошлое, - сказал он спокойно. - К сожалению, мы не знали радиус действия вашей машины. - Усовершенствовать ее? - он усмехнулся. - Среди нас не было ученых вашего класса. Нас хватило только на копию, да и та развалилась после перехода.

- А Имк?

- Дядя умер через два месяца после... прощания. Ему было 68 лет.

Умер. Имк умер? Да, я знаю, что все мы смертны. Да, я знаю, что он прожил целую жизнь и состарился... все равно. Все равно он умер вчера... нет, сейчас.

Я благодарен Охотнику за то, что он отвернулся. Не надо смотреть на меня. Сейчас я справлюсь с собой. Сейчас...

- Среди нас был историк, - сказал Охотник, - он немного подготовил меня. И машину мы строили в Дове - на территории нынешнего Бассота. После перехода я оказался в лесах. Только через неделю выбился к людям. Сами понимаете, после этого мой вид никого не удивлял. Местного наречия, конечно, не знал, но в Бассоте гостям вопросов не задают. Накормили и показали, куда идти. Когда добрался до Каса - это столица Бассота - уже мог кое-как объяснятся и имел представление об образе жизни. Знаете, профессор, это было самое слабое место в нашем плане, но Гаэф - наш историк - не ошибся. Бассота - презанятная страна. В Касе верят чужеземцам на слово и не придираются к неточностям, но за это надо платить. Этакий налог на вранье, который обогащает местного правителя. Я там прожил год, прежде чем отправился в Квайр...

- Это все очень мило, может, вы мне все-таки скажете, какой сейчас год?

Нет, я его не разозлил. Пожал плечами и ответил спокойно:

- Извините. Я думал, вы уже разобрались. 164 год до начала нового летоисчисления или 520 год по квайрскому счету. Вы махнули назад на 370 лет. - Помолчал и продолжил невозмутимо: - Вы сами понимаете, все зависело от того, куда я попаду. Гаэф выделил пять перспективных переходов, когда можно было повернуть историю Квайра. Я попал почти точно - в третий. Время окончательного формирования Кеватской империи, которой предстоит стать Олгоном.

- И что же вы намерены делать?

- Предотвратить ее образование.

- Всего-то? Извините, Имк, по-моему у вас мания величия!

- Не замечал, - ответил он равнодушно.

- Я бы орбиту планеты изменил. Ненамного труднее - зато наверняка!

- Не спешите с выводами, Бэрсар. Вы слишком мало знаете.

- Тогда поделитесь информацией.

- Какой? - он глядел мне прямо в глаза, и глаза его были как темные камни - непроницаемая гладкая твердь. Это была ловушка, и я чуть в нее не влетел. Пара запальчивых фраз и я узнаю так много, что о выборе уже не придется мечтать.

- Об эпохе, конечно. Пока меня _э_т_о_ интересует.

Он улыбнулся. Чуть-чуть.

- Год я назвал: 520 лет со дня принятия Квайром истинной веры или 1009 в кеватском летоисчислении. Лет через тридцать - Кеват, захватив Квайр и Лагар, станет зародышем Олгона.

- А пока?

- А пока Кеват самое большое из местных государств. Примерно от нынешнего Саура до Лгайа - это лучшие земли в Среднем Олгоне. Квайр и Лагар - мелкие царства, Квайр - побольше и побогаче, зато Лагар лежит у моря и имеет два отличных порта - Лагар и Сул.

И боль, как подлый удар в спину: последний мой отпуск мы с Миз провели в Суле.

Собрались на модный курорт в Лаор, но Миз взбунтовалась: ей надоели курорты, ей надоели люди, ей хочется тишины, - и мы оказались в Суле, в загадочном городке, как будто забытом в прошлом.

У Миз там была тетка. Сухонькая старушонка, похожая на мышь, но в хитром ее лице таилось семейное сходство, и я вдруг ясно увидел ту же мышиную хитрость на ясном личике Миз.

Мгновенное ощущение, оно ушло и забылось, но я вспомнил о нем через год. После первого ареста, когда я звонил Миз. Она даже не ответила: услыхала мой голос и бросила трубку, и я увидел, словно стоял рядом озабоченную мышиную хитрость на еще любимом лице.

Взгляд Охотника - и я ответил сквозь зубы:

- Я бывал в Суле.

- Пока Сул - просто рыбацкая деревушка. Его расцвет впереди - когда кеватцы через 26 лет дотла сожгут Лагар.

- А вам не скучно, Имк? Все знать наперед...

- Не скучно, а тошно. Для вас это только слова: Квайр, Лагар, Кас. А я жил в этих городах, там у меня остались друзья и просто люди, которых я знаю. Если у меня ничего не выйдет, эти города сожгут. Этих людей убьют, а их дети станут рабами. Через сорок лет начнется Великий Голод, который наполовину опустошит страну. А еще через сто лет во всей стране не останется и тысячи грамотных. Должен вам сказать, что сейчас в Квайре грамотны почти все горожане. Есть даже зародыш университета.

- Почти рай?

- Отнюдь. Все прелести средневековья плюс суровый климат и скудные почвы. Но Квайр никогда не знал рабства. Здесь процветают ремесла и соблюдаются законы. Не так уж мало, если сравнить с тем, что нас ждет. Мне не нужно такое будущее, Бэрсар!

- А если вы сделаете еще хуже?

- Все может быть, - спокойно ответил он, - но я думаю, что хуже не будет. Хуже просто не может быть. Если не родится Олгон...