Илья Одинец - Импланты

Дальше пошло-покатилось.

Банан отлично работал кулаками, а каждый удар… Алекс внутренне поежился, вспомнив, как задира легко послал в полет "Волгу", и, представив, каково приходится мужчине в синем.

— Получай, гад! Н-на тебе!

Банан изо всех сил колошматил противника, а тот, уклоняясь, пытался отбиться и действовал, как показалось Алексу, не в полную силу.

— Хорош, Банан, — выдохнул он. — Не хочу тебя калечить.

— Тогда я тебе покалечу, умник!

Удар кулаком в грудь. Синий охнул, попытался восстановить дыхание, подставил руку, защищая лицо, но второй удар пришелся по ключице. Раздался хруст. Силач издал странный звук, напоминающий смесь вскрика и всхлипа, покачнулся, едва не упал, но устоял. Замахнулся, но не успел — Банан, учуяв запах приближающейся победы, нанес еще два удара: кулаком в левую бровь противника, а потом сразу, без передышки и смены позиции, ногой в пах.

— Получи, с-сука!

Алекс ахнул и бросился на помощь, хотя и сознавал, что уже поздно. Незнакомец повалился на землю. Лицо его заливала кровь из рассеченной брови, а сам он корчился, согнувшись, держась руками за низ живота, стоная и матерясь. Тропинин, ни о чем не думая, бросился на Банана. Пусть тот сильнее него, но отомстить за незнакомца в синем трико стало делом чести.

Алекс влетел головой прямо в центр красной спортивной кофты. Задира ахнул от неожиданности и плюхнулся на землю, едва не придавив извивающегося силача. Поднял глаза, увидел Алекса и неожиданно рассмеялся.

— Ну, шпон, ты и дурак! Не обижайся только. Я по-доброму. Зеленый еще, правил не знаешь.

В груди Алекса кипела злость, но, припомнив собственное правило "не выходить из себя, дабы оставаться боеспособным", постарался спрятать ее подальше. Он подошел к силачу, присел и похлопал того по плечу, больше ничем помочь он не мог.

— Зато я знаю правила, — из-за завалов металлолома вышел вспотевший Илья. Видимо, он закончил строительство "тренажера" и даже успел немного позаниматься. — Я так и знал, что ты обо всем догадаешься. Вон, и костюмчик красный надел, специально для Заказчика. Тебя теперь издалека хорошо видно.

— Лучший способ привлечь внимание, а заодно от конкурентов избавиться, — драка. Жесткая, до крови. Настоящая. Чтоб противник не встал.

— Придурок, — сплюнул Илья. — Знаешь, что теперь с тобой будет?

— Ничего не будет.

— Это если тебя Заказчик возьмет. А нет — вылетишь из Школы и репутации лишишься. Тогда прямая дорога в вышибалы с зарплатой соответственно твоему уровню интеллекта.

— Да пошел ты!

Банан храбрился, но Алекс видел, как дрожат его губы.

— Меня возьмут. Того, который Ксандра пришил, взяли…

НЕНАВИЖУ СТАНДАРТНЫЙ НАБОР

Тропинин вздрогнул. Эти слова раздались не откуда-то сверху и не из динамиков, развешанных вдоль всей стены испытательного полигона, а в его собственной голове.

МУСКУЛЬНАЯ СИЛА, СЕРДЦЕ, ЛЕГКИЕ, КОНТРОЛЬ НАД ТЕЛОМ… НЕТ БЫ МОЗГИ НАУЧИЛИСЬ ВПРАВЛЯТЬ… А ТО ПОЛУЧАЕМ ТАКИХ ВОТ… УНИКУМОВ…

Алекс поднялся, отошел от мужчины в синем трико, повертел головой в поисках человека, которому принадлежат эти… мысли, но никого не обнаружил.

ЭЙ, ТЫ МЕНЯ СЛЫШИШЬ? ТЫ, С ГЛАЗАМИ В РАЗНЫЕ СТОРОНЫ.

"Слышу, — подумал Тропинин и сосредоточился. Так же, как учился сосредотачиваться в больнице. — Ты кто?"

ТВОЙ БОСС.

— Алекс, ты чего? — спросил Илья.

Молодой человек крепко зажмурился, а когда открыл глаза, увидел, как напуган его товарищ.

— Все нормально. Кажется, у меня появился босс.

Илья и Банан уставились на Тропинина, словно он на их глазах превратился в Мерлин Монро.

— Ты… у тебя есть еще один имплантат, — догадался Илья. — Здорово. Какой?

— "Читатель", — признался Алекс. — Мысли могу читать. Но не все. Только первый слой.

— Что, и мои? — спросил с опаской Банан.

— Твои даже читать не надо, — парировал Илья. — И так ясно. Эй, а мои прочитай!

— Раз, два, три… он и правда… вот черт, — монотонно повторил Тропинин.

— Вот черт! — восхитился Илья. — Значит, ты действительно уникум.

— Не такая уж это и редкость.

— Среди охранников очень даже большая редкость. Подобный имплантат только самые богатые ставят. Ты чего, шейх Али?

— Нет, — Алекс прислушался, но больше ничьих мыслей не услышал. — Пошли к тебе, а с этим красавцем пусть директор разбирается.

— Точно. Тебя, Банан, записали. Сам знаешь.

Словно услышав слова молодого человека, из динамиков раздался голос:

— В секторе В3 требуется медицинская помощь. Белозерцев Владислав Сергеевич, по кличке "Банан", вас ждут в кабинете директора. Молодой человек с проблемными глазами, проводите Белозерцева.

Илья и Алекс переглянулись.

— Все ясно, — вздохнул рыжий. — Проводишь Банана до кабинета, там с ним разберутся, а тебя уведут. Недолго твое обучение длилось. Ты, практически, рекордсмен по недолговременности пребывания здесь.

— А кто рекордсмен?

— Не знаю. Я с ним только однажды разговаривал, а на следующий день он уже с Заказчиком уехал. Тоже, видимо, уникумом был. — Илья протянул Тропинину руку: — Бывай.

Алекс ответил на рукопожатие.

— Удачи тебе. Ты нормальный человек. Надеюсь, тебе повезет с киностудиями.

Алекс шел на встречу, которая изменит его жизнь. От того, кем окажется Заказчик, будет зависеть его работа, карьера, благосостояние и, что самое важное, исполнение мечты. Он страстно хотел попасть в армию, просто спал, и видел себя в военной форме, потому что армия — самый простой и короткий путь к цели, именно армия могла бы дать Тропинину возможность…

— Заснул что ли?

Банан, которому полагалось идти медленно, опустив голову в пол, дрожа всем телом и слабеть коленями, бодро шагал впереди своего провожатого.

— Иди, не оглядывайся, — буркнул Алекс.

— Чего задумался? Мысли мои читаешь?

— Больно мне нужны твои мысли. У меня и без тебя проблем навалом.

— Так я и поверил. Тебя Заказчик выбрал. Радуйся.

— Ты ведь не знаешь, зачем я пришел в Школу? Вот и молчи. Я сам решу, радоваться или огорчаться. Отказаться ведь нельзя…

— Ну, ты действительно, уникум. Да любой бы на твоем месте…

— Иди уже.

Алекс ускорил шаг и обогнал Белозерцева.

Они покинули территорию испытательного полигона, поднялись по небольшой лесенке и через переход попали в вестибюль.

Серо-зеленые стены кое-где были украшены картинами с изображением мускулистых парней и расплывчатыми пятнами вместо лиц. Схематическое изображение лишало нарисованных мужчин индивидуальности, и этот простой прием показывал, как в Школе, да и во всем мире, относятся к имплантам: не считают таких людей людьми, словно оттого, что в их тело вставлено несколько чипов, искусственно увеличена мускульная сила и некоторые другие характеристики организма, они превратились в полуроботов. Охранников-имплантов, если не вообще всех имплантов, считали киборгами, людьми-автоматами. Без эмоций, без жалости, с низким уровнем интеллекта и повышенной агрессивностью. Их боялись и ненавидели.