Николай Шагурин - Человек с тремя глазами

С помощью Дюваля я перевалился через борт и очутился в толпе. Кто-то крепко схватил меня под руку и шепнул: "За мной, друг! Высокий утес по-прежнему вздымается среди волн".

Это был пароль группы "Зодиак".

Через несколько шагов мой спутник втащил меня в подъезд какого-то дома. Мы поднялись на второй этаж, позвонили... Дверь тотчас отворилась. Я был спасен.

Моро вдруг остановился. Лицо его побледнело и стало похоже на гипсовую маску. Он глядел вслед прохожему, невзрачному господину, который, не торопясь, направлялся к выходу с кладбища.

Моро сжал руку Мулино:

- Подождите. Если через полчаса не вернусь - завтра на этом же месте.

И кинулся вслед невзрачному господину.

* * *

- Что же вы вчера так стремительно сорвались за этим прохожим? Кто он?

Моро был явно взволнован.

- Мой палач.

- Этот самый Фаго?

- Да.

- Вы уверены?

Совсем недавно один мой старый комбатант * сообщил, что как будто видел его в Лионе. Но утверждать не берется, говорит, что мало похож. Но как бы он не изменял свою наружность, я узнаю его среди тысяч людей. Как он оказался в Париже? Зная его поразительную наглость, это нетрудно понять.

- Вы догнали его?

- Почти. Но у ворот кладбища ожидало пассажиров такси. Он проворно вскочил в него и уехал. Садясь, он обернулся и поглядел на меня. Могу дать клятву, что это был он. Но я заметил номер машины и в тот же день разыскал ее и узнал, куда он его отвез. Теперь мне остается совсем немного досказать вам, и я займусь этим субъектом.

Третий рассказ Человека с тремя глазами

Меня под руки ввели в квартиру, где в воздухе носился легкий запах лекарств. Потом уложили на диван, покрытый простыней, и заботливые руки смочили засохшую повязку на моем лице и осторожно размотали бинт. Лицо у меня мучительно горело и саднило, но мазь, которую на место ожогов наложили те же руки, сразу принесла облегчение. И после укола я надолго погрузился в небытие.

Дня через два внимательного ухода я пришел в себя, нервный шок миновал. Человек, выхаживавший меня, - я дальше буду называть его "доктор" - присел на диван и спросил:

- Не согласились бы вы рискнуть перенести одну операцию?

- Я понимаю, что она необходима.

- Нет, нет, это совсем не то, что вы предполагаете. В первый же день я удалил безнадежно погибшее глазное яблоко, основательно обработал рану, которая уже начала гноиться, и теперь с этой стороны вам ничто не угрожает. Я имею в виду другое.

- Что именно?

- Я попробую вернуть вам возможность видеть...

Это было так неожиданно, что я привскочил и сел на диване.

- Вы меня мистифицируете, доктор! Разве это возможно?

- Будем надеяться. Вы первый человек, на котором я хочу произвести этот эксперимент. Тридцать лет я искал решения задачи и теперь уверен, что эти годы не пропали даром.

Я ощупью нашел руки доктора и стал целовать их с таким пылом, с каким, вероятно, целовал руки Христа воскрешенный Лазарь.

- Я даже не спрашиваю, опасна ли эта операция, я готов на все... Но как это возможно?

- Это, видите ли, сложная материя. Я не знаю, насколько вы сведущи в медицине, но постараюсь объяснить возможно проще.

- Я вас с нетерпением слушаю.

- Наш организм еще полон неразгаданных тайн. О многих из них говорили еще медики и философы древности. Одной из таких тайн до последнего времени была шишковидная железа в нашем мозгу или эпифиз. В последнее время технический и научный прогресс предоставил в распоряжение ученых электронный микроскоп, биохимический анализ, регистрацию биотоков клетки, ее ядра и даже содержащихся в ядре частиц. Это дало возможность проникнуть во многие тайны.

Что же представляет собой эпифиз? Железу, размером с большую горошину, удлиненную сзади, как маленькая груша. Она находится в середине массы мозга. От нее она четко отделена, поскольку эпифиз подвижен, заметить и отличить его нетрудно.

По представлениям древних индейцев мы якобы обладаем "третьим глазом", позволяющим восстанавливать образы и опыт прошедшей жизни. Это отчасти верно.

В последние годы "мозговая железа" заново была внесена в программу исследований.

Кстати сказать, у некоторых рыб и ящериц шишковидная железа, располагаясь посредине "лба", как раз под кожей, которая на этом уровне прозрачна, в точности повторяет структуру глаза. Это маленький пузырек, наполненный стекловидной жидкостью, и перегородка, расположенная под кожей, как бы напоминает роговую оболочку глаза, в то время как структура противоположной перегородки служит подобием сетчатки. Это действительно "третий глаз"! От него начинается нерв, который, как и зрительные нервы, образует очень важное реле в мозгу.

В человеческом организме все происходит так, будто этот "третий глаз" предназначен для того, чтобы видеть, образно выражаясь, "происходящее" внутри организма, а не вне его. Иначе говоря, эпифиз как бы стимулирует сообщения, поступающие из глаза, становится усовершенствованным органом системы зрения, анализатором..

Многое еще можно было бы рассказать об удивительных свойствах и функциях эпифиза. Однако, не буду утомлять вас. Короче говоря, я вижу свою цель в том, чтобы заставить эту железу работать на наружное, внешнее зрение, используя для этого какой-то участок тела, скажем, кожу лба. В помощь эпифизу надо привлечь некоторые нервные узлы. Операция весьма тонкая и сложная. Согласны ли вы на нее?

- Безусловно, доктор, даже если эксперимент при неудаче может привести к смерти.

- Ну, ну, до этого дело вряд ли дойдет. В худшем случае все останется по-прежнему.

- Я всецело доверяю вам,- заверил я.

И через несколько дней операция была сделана. Сперва доктор выбрил на моей голове тонзуру, небольшое круглое гуменце, как то делается у католических попов. Затем меня положили на операционный стол и погрузили в наркоз. Сколько времени я находился в этом состоянии - сказать не могу.

Но когда я пришел в себя, уже в постели, то ощутил руку доктора на голове.

- Как чувствуете себя?

- Подташнивает.

- Ну это всегда после наркоза. Но вы молодцом: давление нормальное, пульс тоже. Теперь - неделя полного покоя.

...И однажды, проснувшись утром, я ощутил на лбу прикосновение чего-то теплого. И потом увидел... солнечный луч, пробившийся сквозь щель портьер.

Тут я закричал, как человек умершийи родившийся вновь. Это был вопль Прометея, порвавшего свои цепи.

Доктор уже был тут как тут.

- Ну что? - спросил он дрогнувшим голосом.

- Доктор, я вижу... свет!

Я сделал попытку сползти с кровати и упасть к нему в ноги. Но мой исцелитель удержал меня.

- Не волнуйтесь. И помните - полный покой.

Он поднес к моим губам рюмку коньяка. Так постепенно я стал обретать способность видеть. Не сразу, конечно: сначала я видел все в двух тонах - черном и белом. Но вскоре зрение стало цветным, окружающий мир обрел цвета и краски.