Роберт Рид - Уроки творения

Тем временем квигглы (вторая команда уже именовала себя по названию своих инопланетян) изобрели несравненно более мирное существование. На их мониторах красовались цветочки и улыбчивые вегетарианцы. На своем искусственном, но достаточно мелодичном языке квигглы пели хвалу своей прекрасной планете. Кэтрин даже не поленилась и сшила себе из дешевого войлока и украденных в спальне общежития подушек индивидуального квиггла, которого повсюду таскала с собой.

Возможно, на моем лице отразились размышления о другой команде, потому что Тейлор спросил:

— А как дела у них?

— У них получилась... интересная планета, — пробурчал я.

— Такая же интересная, как у нас? — недоверчиво осведомилась Кэтрин.

Что тут скажешь? Впрочем, Кэтрин ответила на свой вопрос самостоятельно:

— Вообще-то нам нет до них никакого дела!

— До меня доходят любопытные слухи, — молвил Митч, сидевший напротив меня за столиком в кафетерии.

Я расслышал в его тоне удивление. Или я превращаюсь в параноика?

— Кое-кто из ваших студентов по-настоящему захвачен происходящим.

Я был захвачен поглощением пищи. Занятия я проводил утром и обычно обедал дома, после чего занимался своей работой. Но этот разговор происходил в пятницу — в тот день, который я, следуя тридцатилетней привычке, посвятил копанию в библиотеке. Потому и задержался после занятий и впервые за доброе десятилетие обедал в общежитии.

— Я рад, что ребятам нравится, — ответил я, разрезая ножом кисло-сладкое страусиное мясо.

— Нравится — не то слово. Они попросту в восторге!

Он замялся, не зная, как лучше выразить свою мысль. Возможно, боялся, что я обижусь на его откровенность.

— Я сформировал две команды, — объяснил я. — У них совершенно разные подходы.

— Наслышан, — отозвался Митч.

— Вот как?

— Воспитатели уведомляют меня обо всем, что происходит с учащимися. Я знаю, о чем говорят в больших компаниях и в маленьких группах. — Он поискал вдохновения на потолке. — Ну и сам кое-что вижу, конечно...

Я вдруг подумал, что не знаю, как Митч проводит день и в чем заключаются обязанности воспитателей. Для меня учащиеся существовали, только когда сидели в двух аудиториях; стоило им выйти за дверь — и они сливались с окрестностями.

— Что у вас произойдет в понедельник? — поинтересовался Митч.

— Первый контакт их миров.

Он прищелкнул языком.

— Звучит интригующе.

Что-то заставило меня сказать:

— Есть одна студентка по имени Кэтрин...

— Кэтрин Тейт? А как же! — Он ухмыльнулся. — Кажется, она обожает своих маленьких инопланетян.

Инопланетян — возможно, но никак не своего преподавателя, подумалось мне.

— С ней какие-то проблемы?

Я задумался, как бы подипломатичнее сформулировать, что она мне осточертела. Но Митч меня спас, заявив:

— Учтите, ваш курс для нее — огромная помощь.

— Тем лучше, — сказал я, не слишком уразумев, что он имеет в виду.

— Огромная, — повторил он, глядя куда-то в сторону.

Команды сгрудились в противоположных углах аудитории. Между ними сама по себе разверзлась пропасть.

— Сегодня, — предупредил я их, — ваши миры попытаются установить контакт. Подчеркиваю: попытаются.

Выродки стали возбужденно перешептываться.

— Вы будете придерживаться строгих правил, — напомнил я им. — Ваши миры говорят на разных языках и не располагают переводчиками. Слова «телепатия» не существует ни для вас, ни для меня. Все понятно?

Квигглы издали дружный стон. «Неисправимая ограниченность», — произнесла Кэтрин одними губами. Зараза вскинула руку.

— Мы хоть что-нибудь друг о друге знаем?

— Ваши солнца — ярчайшие звезды в их небесах, их солнце — самая яркая звезда у вас, — ответил я. — В космических масштабах вы ближайшие соседи.

— Как же нам общаться, если мы друг друга не понимаем? — спросил удрученно кто-то из квигглов.

Тейлор закатил глаза и пробормотал:

— С помощью изображений, как же еще?

Зараза помахала квигглам рукой и пообещала:

— Кто бы вы ни были, нас ждет классное развлечение!

Общение начали квигглы: они показали двух синеньких родителей, держащих на руках с парочку очаровательных, синих, как чернила, детишек.

На меня были возложены функции цензора, а также почтальона. Кэтрин попыталась присовокупить к посланию квигглов жест рукой, означающий пожелание долгой жизни и процветания, — знала, видать, как меня разозлить. Кроме того, она настояла — уж не знаю, зачем — на глупых улыбочках. Я передал все приветствия квигглов, включая улыбки, и Выродкам, как и подобает воинственным невеждам, никак не удавалось определить, что означают эти здоровенные зубы — дружелюбие или угрозу; им было непонятно даже, настоящие ли это зубы.

Но этим проблемы Выродков далеко не исчерпывались. Я застал их расколовшимися на две фракции.

— Семь наиболее могущественных семей разбились на две группы, — объяснила Зараза. В свою фракцию она завлекла двоих молодых людей, с которыми приготовила послание для квигглов. Послание гласило: «Моя семья самая сильная и злая».

Ее союзники согласно кивали. Другая фракция запускала бумажные ракеты и сыпала добродушными ругательствами.

Судя по информации на компьютере Заразы, второе солнце Выродков — монстр F-класса — внезапно обернулось новой звездой. На следующей картинке появилась их родная планета, стремительно превращающаяся в жалкий огарок.

— Мы хотим установить с ними контакт для того, чтобы они пригласили нас к себе на роль колонизаторов, — объяснила предводительница.

— А если не пригласят? — спросил я.

На лицах появилась одинаковая хитрая улыбка, а на главном экране аудитории — Выродок с жадно разинутой голодной пастью.

Кэтрин посмотрела на разваливающееся светило, тяжело вздохнула и произнесла:

— Они хотят нас уничтожить.

— Не обязательно, — возразил Тейлор, с надеждой глядя на меня.

— А если хотят? — упорствовала Кэтрин.

Они вообразили, что готовое взорваться светило — это ИХ солнце! Ни на чем не основанное, экстравагантное суждение, отдающее паранойей! Я, впрочем, не стал Намекать Кэтрин, что она заблуждается. Вместо этого я вызвал на экран приветственное послание второй фракции.

Оно мало отличалось от того, что придумала первая, разве что авторы подошли к делу основательнее и изобразили свою солнечную систему в динамике.

— Видишь? — торжествовал Тейлор. — Оказывается, они предупреждают о своих собственных неприятностях.

— Непонятно, зачем отправлять сразу два послания? — пробормотала Кэтрин и покосилась на меня. — Бессмыслица какая-то...

— У нас готов следующий сигнал, — уведомил меня Тейлор.