Скотт Вестерфельд - Бегемот

На корме высилось нечто странное: ажурная башня из блестящего металла, словно несколько сплетенных меж собой антенн беспроволочного телеграфа.

— Что у него там, сзади? — спросил Алек.

Клопп повел биноклем. Старый механик много лет имел дело с германскими войсками и был весьма сведущ в разных военных новшествах. Однако на этот раз он насупился и сбивчиво произнес:

— Что-то я… Не вполне понятно. Напоминает одну игрушку, я ее когда-то видел… — И тут, стиснув бинокль, он воскликнул: — Они запускают гиротоптер!

Одна из катапульт швырнула в воздух что-то небольшое. Взвившись по дуге, компактный аппарат со стрекотом устремился навстречу черному рою.

— Что они затевают? — вполголоса пробормотал Клопп.

Алек нахмурился. Гиротоптеры — машины довольно хрупкие, несут одного пилота и предназначены для разведки, а не для боя. Тем не менее небольшой летательный аппарат, по-стрекозьи трепеща винтами, ринулся навстречу облаку летучих мышей.

Приблизившись к мельтешащей стае, гиротоптер внезапно исторг полыхнувший багряным огнем искристый сноп пламени.

Тут Алек вспомнил слова Дилана о том, что эти твари смертельно боятся красного света и в испуге сбрасывают стрелы куда попало. Багряный сполох пробил рой насквозь, рассеивая ставшую беспомощной нежить. Секунда-другая, и облако распалось. Между тем заложивший вираж гиротоптер врезался в шлейф разлетающейся нежити. В лучах прожекторов было отчетливо видно, как блестят в воздухе стальные стрелы, как, дергаясь, тщетно пытается удержать высоту хрупкий аппарат. Винты продолжали вращаться, пока их энергия не разорвала поврежденный каркас и машина, кувыркнувшись в воздухе, не канула в темную морскую бездну, взметнув белый султан брызг. Неизвестно, успел бедолага пилот почувствовать холод воды или его раньше пронзили стрелы.

Прожекторы «Левиафана» по-прежнему полосовали небо, но для повторения атаки рой был слишком напуган. Его разрозненные сгустки, мельтеша, тянулись обратно к воздушному кораблю.

— Германцы просто неистощимы на выдумки, — заметил Клопп, опуская бинокль.

— Да, они такие, — сказал Алек, все еще созерцая то место, где ушел под воду гиротоптер.

— Новые приказы, — привлек внимание Херст, указывая на сигналы. Цвет сигнального пятна сменился на синий: «Замедлить ход». Клопп, вопросительно глянув на Алека, заработал рычагами.

— Что, с атакой отбой? — спросил Алек на английском.

— Нет, конечно, — отозвался Херст. — Просто меняем курс. «Бреслау» мы на время оставляем в покое и переключаемся на более крупную добычу: хотим быть уверенными, что нам не доставит хлопот своими сверкалками еще один гиротоптер.

Алек прислушался. Двигатель правого борта все еще работал на высоких оборотах, плавно поворачивая «Левиафан» в сторону «Гебена». Выходит, сражение не закончено и кому-то еще нынче суждено погибнуть.

Он поглядел на крутящиеся шестерни и валы двигателя. У Клоппа есть десяток способов незаметно его приглушить. Одного слова Алека достаточно, чтобы прекратить бой. Но принц обещал Дилану, что будет сражаться честно. А теперь, когда он отказался и от укрытия, и от штурмового шагохода, и от отцовского золота ради того, чтобы обзавестись союзниками-дарвинистами, предавать их совершенно бессмысленно.

Граф Фольгер с этим согласится. Как наследник австро-венгерской короны, он, Алек, обязан уцелеть любой ценой. А выживание во вражеском стане не начинается с мятежа.

— И что дальше? — спросил он Херста.

Старший механик взял у Клоппа бинокль.

— Мы больше не будем терять время на уничтожение их сигнальных флажков, это факт. Возможно, сейчас мы перейдем напрямую к авиабомбам. Уж их-то гиротоптер не остановит.

— Мы их будем бомбить, — перевел Алек Клоппу. — Они беззащитны.

Тот лишь кивнул, работая рычагами. Вновь появился красный сигнал — «Левиафан» лег на нужный курс.

•ГЛАВА 3•

Медленно тянулись минуты; наконец «Левиафан» вышел с «Гебеном» на нужную дистанцию.

Внизу грянули корабельные орудия, однако мистер Херст был прав: снаряды пролетели гораздо ниже цели; видно было, как в нескольких километрах взметнулись белые фонтаны воды.

Алек наблюдал в полевой бинокль, как «Левиафан» плавно приближается к германскому броненосцу. По палубам там муравьями сновали люди, укрывая миниатюрные, как на игрушечных моделях, орудия чем-то вроде просторных черных кожухов, тускло поблескивающих в последних лучах уходящего солнца, будто пластмасса или кожа. Может, это какой-нибудь новый материал, способный выдерживать стрелы?

Хотя с бризантной взрывчаткой ему никак не совладать.

Паники среди корабельной команды не наблюдалось: спасательные шлюпки на воду не спускаются, второй гиротоптер стоит на своей катапульте с принайтовленными винтами. Его тоже вскоре задернули лоснящимся черным покрытием.

— Юный господин, — подал голос Клопп, — а что там происходит на кормовой палубе?

Алек повернул бинокль и различил странное мерцание огней на верху ажурной металлической башни. Он вгляделся пристальней. У ее основания работали люди, облаченные в ту же глянцевито-черную материю, что и покрытие палубных орудий. Двигались они на удивление медленно, будто обмазанные смолой или гудроном.

— Гляньте-ка, мастер Клопп, — озабоченно обратился к механику Алек. — Только прошу вас, быстро.

Пока старик прилаживался к биноклю, свечение усилилось; огни были уже заметны невооруженным глазом. По распоркам башни юркими извилистыми змейками скользили огненные зигзаги.

— Резина, — негромко произнес Алек. — Они все укрывают резиной. Видимо, башня заряжена электричеством.

Клопп чертыхнулся:

— Как же я, дуралей, не догадался! Но нам-то показывали лишь макеты и демонстрационные модели, а не эту штуковину в полный рост!

— Модели чего?

Старик опустил бинокль.

— Это пушка Теслы. Настоящая.

Алек недоуменно качнул головой.

— Тесла? Тот господин, который изобрел беспроводную связь? Это что, башня-передатчик?

— Господин тот самый, да только башня не передатчик, — заметно побледнев, сказал Клопп. — Это оружие. Генератор грозовых импульсов.

Алек с безмолвным ужасом воззрился на мерцающую конструкцию. Дилан не раз говорил, что молния — главный естественный враг воздушного корабля. Стоит на оболочке скопиться статическому электричеству, и тогда даже малейшая протечка водорода может привести к мгновенному и мощному возгоранию.

— А мы сейчас в радиусе ее действия?