Марти Бурнов - Достигая Прозрения

Все это перемежалось с кучами мусора, кое-где отсвечивали маслянисто блестящие пруды или огромные лужи. Окна некоторых домов зияли пустыми провалами выбитых стекол (или что там у них, вместо стекла).

В красноватом свете ильских фонарей, все происходящее и проплывающее мимо могло показаться сценами, вырванными из ада, но Аркаша взирал на это почти равнодушно. После Ареоса, удивить его было сложно, словно все чувства притупились. А может, дело просто в усталости. Но сейчас ему казалось, что жизнь налаживается. В них никто не стрелял, им было тепло, Нэйб сказал, что они наведаются к его приятелю, где смогут передохнуть. Скорее бы… Аркаша почувствовал, как у него заурчал желудок. Да и поесть бы неплохо уже…

Обогнав их, мимо промчался легкий флаер. Его преследовали еще два. Резкие красно-зеленые всполохи заставили Аркашу прикрыть глаза, но, глядя, как кого-то настигает полиция, ему вдруг стало почти уютно, словно из загнанного зверя он превратился в стороннего наблюдателя, а впрочем, пока что так и было…

Осталось лишь сесть у камина в кресло-качалку, да прихлебнуть горячего ароматного чаю с крендельком, затянуться трубочкой, коей он имел привычку изредка баловаться.

Желудок вновь недовольно заворчал, напоминая о насущном. Аркаша печально вздохнул – а вернутся ли они когда-нибудь к камину, домой, на Землю?..

– Этим людям негде жить? – внезапно ожил Люм, с чуть слышным шелестом потягивая конечности и с интересом поворачивая голову к окну.

– Этим людям – незачем жить! – отрезал Рафхат. – Будь они талраками, королева-мать, давно бы приказала избавиться от этого позора.

– Это не честно! Вам лишь бы всех под себя поравнять. Однажды, к нам прилетал префект округа Мурлюкаи, он выступал перед нами, рассказывал о вас…

– Заткнись! – от злости у Рафхата вылезли шипы. Упоминание убитого им префекта, вызвало слишком болезненные воспоминания.

– Почему это? Вот ты берешься судить о незнакомых людях, а я, чуть что, должен заткнуться!

Люм гневно тряс жвалами. Он вполне освоился с новым телом, и хотя по-прежнему испытывал к нему отвращение, больше не чувствовал его чужим. Во флаере остро запахло муравьиной кислотой.

– А ну, заткнулись оба! – Нэйб на мгновение отвлекся от управления. – Можете, хоть убить друг друга, но потом! И хватит здесь вонять. Мне его достаточно! – он кивнул на Аркашу.

Аркадий Петрович смутился. Он-то давно не чувствовал запаха, исходящего от испачканной одежды и надеялся, что дождь все смыл.

– Но ведь это важно! – Люм возбужденно размахивал четырьмя руками, едва не задевая сидящего рядом Ивана Никифоровича. – Талраки вечно всех считают ниже себя!

Назревал конфликт. Нэйб видел, что еще немного и Рафхат вцепится в Люма. Только этого им сейчас и не хватало. Он прикидывал, а что, собственно, мешает выкинуть этих придурков вон? Ящики с хаашем тащить больше не понадобится, тогда зачем нужны два клоуна? Разве что земляне не поймут… но им можно что-нибудь и наврать. Не впервой.

Нэйб бросил взгляд на Ивана Никифоровича, и увидел, что тот пристально смотрит на него. Старик вообще порой удивлял свой проницательностью. Вот и сейчас, возможно, он что-то заподозрил…

– А знаете что, любезные, – внезапно профессор уперся руками в грудь спорщикам, разнимая. – Вы вот все спорите да ругаетесь… давайте я вас рассужу!

– Да что ты можешь понимать?! – Рафхат едва держал себя в руках.

– Пока – ничего, – профессор поправил очки, – но ведь и в предвзятости меня не заподозрить. Насколько я понял – у ваших народов давние распри. Вот и расскажите мне, в чем дело. Только спокойно, да обстоятельно. Это всяко лучше, чем глотки драть, да кулаками махать. У нас теперь общее дело, чтобы там кто ни думал, – тут он искоса взглянул на Нэйба, – так что, помогать да понимать друг друга – учиться надо.

14. В гостях у Эри.

Аркаша брел вслед на Нэйбом. В сыром, промозглом и тускло освещенном красноватым светом ангаре сильно пахло химикатами и краской, даже в горле запершило. Оно и понятно, повсюду были флаеры. Местами побитые, а то и покореженные до неузнаваемости, они громоздились друг на друге в несколько рядов, подпирая довольно высокий потолок. В одном углу вообще валялась груда отдельных частей. В другом – стояла парочка новеньких, блистающих красотой и изяществом форм. Даже непонятно, как они оказались в этой клоаке, среди маслянистых луж, грязи да плесени с пылью. Правда, они стояли там, где было более-менее сухо.

– Эри, старый приятель, поможет кое-что организовать. А вы отсидитесь здесь, пока я не разберусь с проблемами, – Нэйб высматривал кого-то между машинами.

– Капитан… – тут Иван Никифорович запнулся, ведь вообще-то, виллирианец уже не был капитаном, раз у него не осталось корабля. – Нэйб, а что именно вы… то есть мы собираемся делать на этой планете? Признаться, все эти события… хотелось бы разобраться, что же происходит?!

– Если вкратце, – Нэйб остановился, и Аркаша едва не наткнулся на него, – у нас на хвосте Имперская Служба Безопасности. Понятия не имею, кто их натравил, но дела плохи, – Нэйб сплюнул в лужу и обогнул побитый флаер, на котором остались лишь следы синей краски.

– Не очень понимаем, что за Имперская служба… полагаю, что-то вроде нашей тайной полиции… – замедлил шаг Иван Никифорович. – Но я мел в виду не только это…

– Ну, что еще? – Нэйб остановился и повернулся к ним лицом.

– Видите ли… – профессор немного смутился, -…я понимаю, сейчас не самый подходящий момент, но все так стремительно происходит… а сейчас мы по крайней мере одни… зачем мы вам, Нэйб?

Виллирианец задумчиво вытащил из кармана коробочку, покрутил ее в руках, открыл крышечку и еще более задумчиво уставился на голубой порошок.

– Прозрение… я ищу прозрение.

– Не понимаю…

– Есть нечто, способное провести человеческий разум, а за ним и материю сквозь бесконечность Вселенной… Тех, кто владеет этим искусством – единицы. И вы среди них, – Нэйб взял щепотку порошка и перетирал его меж пальцев.

Земляне переглянулись. Профессор как всегда принялся протирать очки, а Аркаша покраснел. Он понятия не имел, о каком искусстве идет речь, и чувствовал себя обманщиком, но и признаваться в этом не спешил. Нэйб был непредсказуем и очень опасен, а от него зависели их жизни.

– Я не спрашиваю у вас сейчас ответа, – Нэйб с резким щелчком захлопнул коробочку и стряхнул порошок с пальцев на пол. – Думаю, вы и сами еще не осознали, что же с вами произошло, и как вы здесь оказались. Но вы здесь, и это единственное доказательство, которое мне нужно. Нам понадобится время, но вместе, мы разберемся, как вам это удалось.