(Алексрома) Ромаданов - Плоть, прах и ветер

Да, я был идеальной кандидатурой на роль убийцы Игора, ведь мы были когда-то влюблены в одну и ту же девушку (что было отражено в отчетах воспитателей), а теперь эта девушка принадлежала Игору. Главный считает себя тонким психологом. Он прекрасно понимает: я не стану убивать своего старого друга только потому, что он оказался "преступным Мортом". Но он рассчитывал, что я убью Игора, чтобы завладеть Линой, используя приказ ликвидировать Морта для успокоения своей совести. Однако он плохо меня знает! В сущности, он самоуверенный идиот, если считает, что может проникнуть в мою душу через досье... в котором, кстати, не все отражено.

Как бы то ни было, технически Главный все оформил на лучшем уровне. Особенно коварный ход - подключение контрразведки, которая должна была, по идее, вставлять ему палки в колеса. Впрочем, когда речь заходит о серьезных делах, межведомственная конкуренция забывается. Тем более, местная контрразведка, судя по всему, ходит на поводу у Директора, а Директор, как известно, дружит с Главным.

Какой же я все-таки осел, что так дешево купился на подброшенную мне дискету с игрой! Контрразведка внушила мне, что из Чуза можно выбить информацию, что я и сделал. Нет, все-таки, Чуз - прекрасный артист! Хотя... должно быть, не трудно играть роль труса под дулом пистолета. И потом, когда меня арестовали, я был так доволен собой, что вожу контрразведку за нос, а они держали меня взаперти только для того, чтобы потянуть время, поставить меня в цейтнот и заставить действовать сгоряча, ни во что не вникая.

И все-таки они просчитались... Но просчитались ли? Нет, Главный никогда не проигрывает: попадая в проигрышную ситуацию, он меняет правила игры или попросту переворачивает доску и забирает себе выигрышные фигуры. Теперь он может приказать любому тайно убрать Игора, а свалят все на меня, ведь и на фото-, видео-, аудиоаппаратуре, и в доносах осведомителей, и в протоколах допроса зафиксировано, что я охочусь за Мортом. Так вот почему мне внушали, что я псих! Они ведь не могут признать существование Морта, значит, они скажут, что инспектора Вальта Стипа, прибывшего на Фабрику с рядовой проверкой, преследовала навязчивая идея, будто мифический доктор Морт похитил его дядю, а дядя-то вот он, полюбуйтесь, господин судья, жив и здоров, и никто его не похищал, он спокойно себе отдыхал в пансионате! Безумный Вальт Стип вбил себе в голову, что Морт - это Бойд. А почему он вбил себе это в голову? Извольте заключение психотерапевта: "устойчивая связка "Морт-Бойд" возникла в больном сознании подсудимого как оправдательный мотив для овладения любовницей Бойда, к которой он с юношеских лет испытывал маниакальное влечение сексуального характера".

Построив в своем мозгу более-менее ясную картину происходящего, я посвятил в курс дела Игора. Он выслушал меня внимательно и как всегда спокойно.

- Не казни себя, - сказал он, уловив в моем голосе ноты отчаяния.

- Получается, что я вырыл тебе могилу... Но они не смогут просто так взять у тебя жизнь - я буду теперь охранять тебя!

- Нет, - покачал он головой. - Меня они все равно достанут. Один ты с ними не справишься, а спрятаться мне негде: на сотни километров вокруг - голая тундра. Лучше подумай, что ты можешь сделать для Лины. Пристрой ее в какой-нибудь монастырь или попроси надежных людей оформить служанкой, у тебя ведь большие связи, как у инспектора, и постарайся побыстрее освободиться из тюрьмы. Высшую меру тебе не дадут как психически больному. К какому сроку тебя могут приговорить?

- Лет пятнадцать, с учетом "болезни".

- Не так уж и плохо. Выйдешь совсем еще молодым.

- А ты?! Ты не боишься умирать?

- Нет, - ответил он. - Тело смертно, а душа вечна. Смерти боятся те, кто ассоциирует "себя" с телом, но она не страшна тем, кто отождествляет свое "я" с духом.

- Но я не могу так просто отдать тебя им!

- Понимаешь, все более сложно, - доверительно сказал Игор, беря меня за плечо. - За всей этой историей с вечностью, в которую я дерзнул вмешаться, стоят более темные и могущественные силы, чем контрразведка, Главный или даже сам Президент вместе с правительством.

- Иностранное вмешательство?

- Нет. И даже не инопланетное, - задумчиво сказал Игор.

- Тогда чье? И почему ты вообще думаешь, что за этой историей стоят какие-то темные силы?

- Постарайся взглянуть на нашу жизнь со стороны. Каждый здравомыслящий человек в глубине души уверен, что общество устроено иррационально, что уничтожать миллионы людей преступно и антигуманно, что все могло бы быть по-другому и что при хорошо продуманном подходе проблему перенаселения можно решить без жестокого кровопролития, но на уровне коллективного сознания наш мысленный протест подменяется фактическим конформизмом: мы исправно платим налоги, которые идут на строительство газовых камер и крематориев, голосуем за консервативное правительство, то есть против перемен, и добровольно доносим на тех, кто выражает вслух недовольство. На деле борются с системой единицы. В антиправительственном подполье от силы триста человек, а добропорядочных граждан сотни миллионов. Получается, что наше коллективное сознание не равно сумме индивидуальных представлений о добре и зле. Значит, на глобальном уровне присутствует искажающий фактор, некая темная сила, обращающая благие намерения каждого человека в коллективные преступления.

- Эта сила называется правительственной пропагандой, заметил я.

- Нет, - возразил Игор. - Пропаганда - это не сила, а инструмент, при помощи которого людей убеждают в правильности их поведения в обществе. Считается, что при помощи пропаганды людям "вправляют мозги", но я не видел еще ни одного человека, который изменил бы свои взгляды под ее действием: она слишком примитивна для этого. Пропаганда лишь успокаивает нашу совесть, но что стоит за ней? Какие силы приводят в действие пропагандистскую машину?

- Это вопрос из ряда почему светит солнце или зачем дует ветер, - сказал я с иронией.

- Да, действительно, почему ветер раздувает огонь не в любящих сердцах, а в печах крематориев? Попробую подойти к ответу с другой стороны. Когда я стал изучать феномен "вечной жизни", то сделал открытие, что имею дело с заболеванием.

- С заболеванием?! - озадаченно переспросил я.

- Представь себе, да. Эту болезнь вызывает вирус, который я назвал "вирусом бессмертия" или сокращенно - вирусом "Б". Болезнь в общепринятом понимании есть нечто пагубное, и в данном случае с самого начала никому не пришла в голову мысль о заболевании, ведь вирус "Б" отодвинул сроки прихода смерти, которая тогда считалась абсолютным злом...

- "Тогда"? Разве сейчас по-другому? - перебил его я.