Лестер дель Рей - Псиматы

— Идиот! — крикнула Элен, влепила Бронсону еще одну пощечину и заплакала.

«Она, вероятно, решила, что вместо лица у меня боксерская груша, усмехнулся Бронсон. — В корне ложное умозаключение».

— Прекрати меня бить, — заявил Бронсон. — Сколько можно?

Элен разрыдалась пуще прежнего:

— Прости, Гарри, я не хотела. — Бронсону вновь захотелось ее поцеловать. — Пообещай, что больше не будешь меня пугать.

— Все, что я сказал, — правда, — заявил Аллигатор, — какой бы ужасной она ни казалась.

Элен пристально посмотрела на Аллигатора и заключила, что он не похож на сумасшедшего.

— Но это же невозможно, — проговорила девушка. — Ерунда какая-то.

— Знаешь, — сказал Бронсон, — думаю, для нас будет лучше, если ты не станешь забивать себе этим голову.

— Ты прав, милый. — Элен прижалась к Аллигатору. — Мне… нам так хорошо вместе!

Подкрепив перемирие долгим поцелуем, парочка проследовала на кухню. Элен приготовила кофе и тосты с сыром, а Бронсон перемыл гору грязной посуды, накопленную, наверное, за целый год.

— Спасибо, Гарри, — сказала Элен, разливая кофе по чашкам.

В ее голосе все еще слышалась обида, но истерика не предвиделась.

— Скажи, Элен, у тебя есть компьютер? — спросил Бронсон, хрустя поджаристым хлебом.

— Конечно, в соседней комнате.

Гарри с удивлением отметил, что квартира Элен состоит не из одной только спальни.

— М-м… а нейротранслятор?

— Ну, что ты как маленький? — засмеялась Элен. — Это же в порядке вещей, как еще, по-твоему, можно путешествовать по сети — щелкая по клавишам?!

— Некоторые предпочитают этот способ.

Девушка раздраженно пожала плечиками:

— А зачем тебе компьютер, Гарри?

— Ну, мне нужно кое-что выяснить, — замялся Бронсон. — Так, пустяки.

— Опять тайны, — Элен укоризненно покачала головой. — Не доведет тебя все это до добра. (Что именно не доведет Гарри до добра, Элен не знала, фраза сорвалась с язычка сама собой.)

— Позволь мне часок поработать, — попросил Аллигатор, — а потом мы что-нибудь придумаем.

Элен взяла Бронсона под руку и, прижимаясь к нему всем телом, повела на рабочее место.

— Ты не передумал? — томно сказала девушка. — Нет?! Ну, пока.

Бронсон включил компьютер и, надев нейротранслятор, откинулся на эргономическом кресле. Перед внутренним взором возникла картина мегаполиса. Бронсон несся над городом с огромной скоростью. При использовании нейротранслятора сеть визуализировалась в сознании и человек видел то, что было ему ближе по эстетическому восприятию. Кто-то оказывался в джунглях, кто-то — в открытом космосе, а Бронсон — мчался над Нью-Йорком.

Создавая сеть, ученые долго спорили, какой способ перемещения использовать. Открытие нейроволн решило вопрос в пользу пси-энергии. Человек посылал в сеть пакеты нейросигналов, закодированных при помощи специального устройства, и сеть «отвечала» тем же. Серьезной проблемой было приведение ответа сети к форме, распознаваемой человеческим сознанием. В путеводителе по сети было сказано: «Первые „путешественники“ нередко сходили с ума, но впоследствии трудности были устранены и виртуальные путешествия стали не более опасны, чем утренние пробежки…» На деле фраза была не что иное, как рекламный трюк — сеть все еще таила в себе существенную опасность, особенно для людей с тонкой психической конституцией — даже после того как разработчики установили всевозможные ловушки и блокираторы, бедняги умудрялись оставлять сознание в киберпространстве. Во избежание проблем кибервояджерам рекомендовалось принимать перед путешествием особый транквилизатор — стоперомон, притупляющий остроту психических реакций и усиливающий внутренний эго-контроль. Однако данный способ повышения безопасности не получил особого распространения — сетевики чувствовали себя, как вареные мухи, и нередко вместо того, чтобы продвигаться к реализации замыслов, засыпали прямо под кибершлемом.

Бронсон выбрал темную точку на карте города и стал стремительно снижаться. Нейротранслятор передавал сигналы от мозга Аллигатора в сеть, и нейрополе, генерирующее визуально-психический отклик, развернуло в сознании Бронсона красочные реалистичные картины. Скорость и отсутствие физических ограничений делали сеть идеальным местом для проверки психики на прочность.

Аллигатор чувствовал себя так, будто несется на горных лыжах по крутейшей трассе: неверное движение — и шея сломана. Здание стремительно приближалось. Аллигатор знал: если что, здоровья не прибавится. Виртуальный удар может разрушить сознание и даже вызвать остановку сердца, но тем не менее Бронсон шел на оправданный риск — иного выхода не было.

Постоянно повторяя себе, что в сети законов гравитации не существует, Бронсон с грохотом рухнул на крышу супернебоскреба. Сознавая, что нарушает все возможные правила перемещения по сети, Бронсон ждал с минуты на минуту появления киберополиции. Если бы его застукали, то вышвырнули бы ко всем чертям и заблокировали нейрокод до судебного разбирательства. Подобный финал Аллигатора не устраивал. Он огляделся и увидел вентиляционную шахту. «Вот черт!» — выругался Бронсон — воздухозаборник находился со стороны стены здания.

Внизу, на бесконечном удалении, мелькали тысячи и тысячи огней — мозг Бронсона воспринимал поток информации, как транспортный поток. Для того чтобы проникнуть в шахту, нужно было пройти по узкому карнизу.

Бронсон ступил ногой на бетонный выступ и зажмурился — пропасть затягивала, влекла, заставляла отказаться от собственного «я». «Ну, давай, — подбодрил себя Бронсон. — У тебя есть только два выхода. Первый дождаться киберполицейских и забыть о своем плане на веки вечные. И второй — преодолеть этот чертов карниз и проникнуть в секретное хранилище ЦРУ».

Аллигатор собрался с духом и очутился рядом с воздухозаборником. «Слава богу, что не закрыт решеткой», — подумал он, балансируя на одной ноге. Аллигатор изогнулся всем телом и нырнул в шахту.

Несясь головой вниз, Бронсон вспоминал все хорошие и дурные дела, что совершил за свою жизнь. Ускорение нарастало. «Интересно, мозги действительно серые? — Бронсон обдирал боками жестяную трубу. — Кто бы мне рассказал».

Долетев до самого низа, Аллигатор представил, как изо всех сил хватается руками за железные скобы. Почувствовав резкий удар, он обнаружил, что вцепился в какую-то арматуру, выпирающую из стены. «Лучше бы парашют затребовал», — проворчал Бронсон.

Аллигатор разжал пальцы и упал на бетонный пол.

Потирая ушибленный локоть, он подумал о том, что, вероятно, слабо себе представлял конструкцию вентиляционной шахты: «Не хватает только гремящего лифта».