Александр Вороненко - Охотники за счастьем

Проклятие! Ведь я отвёз её домой и оставил там! Она не должна была без охраны выходить из дома. Почему её никто не сопровождает?..

— Я заехал за сестрёнкой, — произнёс Ганс, словно читая мои мысли. — И предложил ей немного покататься с её любимым братиком, то есть со мной. Затем я решил лично познакомиться с будущим папой её ребёнка и попросил Анюту дать мне двадцать минут, так сказать, для чисто мужского знакомства с ним, то есть с тобой… Хочу Предупредить тебя, Ворон, что двери машины заблокированы. Так что если я через десять… — посмотрел он на свои наручные часы, — пардон, уже через восемь минут не сяду в транспорт, или кто-то другой попытается его открыть, то нехорошие парни активируют заряд взрывчатки и моя машина с любимой сестрой, а также с твоим будущим ребёнком, взлетят на воздух… Получается, что именно тебе придётся решать их судьбу, Ворон. Думай… Время идёт…

— Сука! — процедил я сквозь зубы, со злостью сжав кулаки.

— Хм!.. — подло усмехнулся Ганс. — Это не я такой. Это жизнь такая… Кстати, уже осталось семь минут!..

Не буду описывать подробности, но спустя пять минут светловолосый ублюдок сел в свою машину и высадил Анюту, которую я встретил и снова отвёз домой, впоследствии оставив её там под охраной. А сам Ганс, сообщив сестре о том, что я отличный парень и что он очень рад нашему знакомству, а также сославшись на срочный важный звонок, уехал по своим грязным делам. Маршрут завтрашнего движения кортежа у него теперь имелся.

Выходит, что проклятый блондин был прав — его тайным помощником в покушении на Цезаря действительно был именно я…

На следующий день Цезарь попросил, чтобы Анюта заехала с утра к нему. Шефом было принято решение, что в ресторан отец и дочь поедут вместе, а не встретятся в нём, как это было запланировано ранее. А ведь моя любимая не должна была ехать в этом злосчастном кортеже. Я должен был привезти её в ресторан чуть позже.

К глубочайшему сожалению, изменить я ничего не мог, так как Ганс дал мне чётко понять, что ему хорошо известно место жительства моих родителей. Если вдруг выяснится, что маршрут, который я ему предоставил, не совпадёт с реальным, то мне в ближайшее время придётся взять короткий отпуск по личным обстоятельствам, для того чтобы съездить и похоронить своих близких.

Я был повязан по рукам и ногам проклятым блондином и ничего не мог с этим поделать. Вот почему в то утро я был весь на нервах.

В результате полностью загруженный тоннами мрачных мыслей, я проморгал атакующую фуру. Всю дорогу я сильно переживал за свою Анюту и корил себя за предательство Цезаря. В душе мне было мучительно больно и стыдно перед любимой и её отцом.

Я дико ненавидел себя за своё бессилие и за то, что не мог что-либо исправить.

Как же сильно мне хотелось в тот момент, чтобы ничего этого на самом деле не было. Чтобы всё происходящее оказалось лишь кошмарным сном, о котором со временем можно было бы просто навсегда забыть и…

И произошёл мощный автомобильный удар, после которого я снова провалился в пустую бессознательную черноту…

Через неопределённый промежуток времени сквозь непроглядную тьму до меня донеслись знакомые голоса: один из них детский, принадлежащий Чибе, и второй постарше, хозяином которого являлся сталкер.

— Спасибо тебе, конечно, Отрок, огромное за помощь! — произнёс мальчишка. — Но я не пойму, почему ты решил принять нашу сторону, а не Ганса, ведь преимущество было на их стороне. А на выходе из топей нас теперь поджидает целый отряд нанятых им синих орлов…

— Ну, во-первых, — начал отвечать сталкер, — договор у меня был заключён с Сотником, а не с Гансом. Во-вторых, этот нехороший человек решил всех кинуть. А я не люблю, когда кидают. У нас, военных, это как-то не приветствуется… Да и не исключено, что как только я вывел бы их из «Мёртвых топей», то от меня сразу же избавились бы. На хрена этому уроду нужны свидетели его гнусных деяний?..

— Тоже верно, — ответил ребёнок на риторический вопрос собеседника.

— Ну а в-третьих… — продолжил Отрок более печальным тоном, — я решил принять вашу сторону, потому что, спасая тебя и твоего друга погиб мой родной брат. Он предпочёл отдать свою жизнь вне очереди, чтобы вы могли жить дальше. И поэтому я не мог позволить, чтобы вас тут же убили и чтоб жертва Педиатра оказалась напрасной…

— Прими мои искренние соболезнования, Отрок, — сказал Чиба. — Педиатр действительно был классным мужиком! Правда, как и ты, он мне не сразу понравился. Но теперь я очень уважаю и безгранично благодарен ему…

— Да… — вздохнул сталкер. — Спасибо за сочувствие, парень. Педиатр действительно был хорошим человеком… Ты знаешь, а ведь у него была своя детская клиника. И он, сбывая хабар, периодически делал из Зоны на её счёт денежные переводы. Он объяснял это тем, что ему приятно помогать детям, даже отсюда. Я говорил ему: «Брат, не делай этого! Ведь все твои деньги себе присвоит нынешнее руководство клиники. Они разворуют твои денежки и положат их к себе в карман». А он только отвечал: «Всё украсть людям совесть человеческая не позволит! Так что, что-нибудь на лечение детишек обязательно да перепадёт!..» — Отрок шмыгнул носом и, похоже, пустил слезу…

Открыв глаза, я обнаружил, что нахожусь на полу, внутри вертолёта с покорёженными стенами. Довольно легко приподнявшись, я заметил, что у меня абсолютно отсутствует головная боль, которая постоянно меня мучила на протяжении всего времени с момента дорожной аварии, а точнее сказать, с больницы, в которой я пришёл в сознание. Теперь я вообще чувствовал себя замечательно. У меня нигде ничего не болело, и во всем теле ощущалась непривычная, но приятная лёгкость. Даже пулевые раны в боку меня абсолютно не беспокоили. Потрогав через окровавленный комбинезон место ранений, я почувствовал, что мой торс под защитным костюмом плотно перетянут: скорее всего мне наложили бинтовые повязки.

Встав на ноги, я подошёл к дверному проёму и увидел двух сидящих рядом с «вертушкой» астронавтов в чёрных скафандрах, которые, по всей видимости, всё это время охраняли мой покой.

— О, Ворон! — радостно подпрыгнул Чиба, увидев меня. — Как себя чувствуешь, дружище?

— На удивление отлично! — довольно ответил я и принялся неумышленно визуально изучать ближайшее окружение.

Неподалёку лежало несколько трупов, как детских, так и взрослых. Среди мертвых я обнаружил и тело Бакса с окровавленным затылком. Командира «синих», по всей видимости, пристрелил Отрок, не дав в итоге наёмнику задушить моего малолетнего друга.

Затем мой взгляд упал на металлический кейс, который Сотник перед своей печальной кончиной так и не успел закрыть. Подойдя ближе, я обнаружил, что артефакта в чемодане нет.