Дин Кунц - Античеловек

Я споткнулся о диванную подушку, упал и откатился к стене. Резкая смена направления движения сбила псевдопода с толку. Он шлепнулся на пол и принялся шарить по сторонам, словно не веря, что я действительно удрал. Но я знал, что долго ускользать мне не удастся. Андроид был умнее меня, острее чувствовал окружающее и быстрее реагировал. Это была игра в одни ворота, и мы оба это понимали. Я скорчился под стенкой и выстрелил в новую матку. Пуля прошила желеобразную массу и вышла с другой стороны, вырвав изрядный кусок тканей. Атаковавший меня псевдопод задрожал, подернулся судорожной рябью и быстро пополз обратно к матке – лечиться.

Я поднялся и принялся осторожно красться к двери – она находилась в десяти футах справа от меня. Я понимал, что, если я буду шуметь, вибрация насторожит тело-матку, и Хайд схватит меня прежде, чем я одолею полпути. Но несмотря на все мои предосторожности, пол подо мной все-таки скрипнул, и тварь почувствовала движение. Амеба стрельнула толстым отростком. Он врезался в стену перед самым моим носом и перекрыл путь к отступлению.

Я выстрелил в матку, чтобы заставить ее убрать отросток. Желе задрожало, сжалось, но отросток остался на месте.

Я опять оказался в ловушке...

Отросток повернулся и принялся оттеснять меня обратно, загоняя в угол между тяжелым креслом и стеной. Оттуда мне уже будет некуда деться.

Возможно, я смогу перебраться через кресло, но куда более вероятно, что я буду схвачен, даже не успев вскарабкаться на него. На мгновение я поразился тому, как четко и быстро работает мой ум. Близость смерти и страх, равного которому я не испытывал за всю свою жизнь, до предела обострили все мои чувства. Потом я ощутил, что упираюсь ногами в кресло, и понял, что мне некуда больше отступать. Матка-Хайд тоже это поняла. Псевдопод стремительно бросился на меня.

То, что произошло дальше, можно считать небольшим чудом. Хотя на самом деле ничего волшебного в этом нет – это всего лишь результат действия естественных функций человеческого тела. Всем приходилось слышать о таких случаях или читать о них в газетах. Например, набитый пассажирами монорельс обрывается и падает на землю, женщину придавливает обломками, и ее муж, не задумываясь, расшвыривает полутонные куски обшивки, чтобы освободить жену.

Он никогда не совершил бы подобного подвига, если бы не демон, именуемый Страхом. Конечно, в этом нет ничего сверхъестественного – всего лишь результат воздействия на организм повышенной дозы адреналина. Примерно такой же подвиг, только несколько меньших размеров, совершил и я, когда псевдопод метнулся мне в лицо. Я развернулся, схватил кресло и вскинул его над головой. Кресло весило всего фунтов пятьдесят-шестьдесят – но зато оно было привинчено к полу всеми четырьмя ножками, и я одним рывком выдрал все эти болты напрочь. Итак, я вскинул кресло и обрушил его на псевдопода.

Амебоподобная плоть обвилась вокруг кресла и на какое-то мгновение потеряла возможность схватить меня. Пока она пыталась сориентироваться в происходящем, я подскочил к окну, высадил его прикладом, рыбкой вылетел наружу и кинулся к снегоходу.

Я с разгону вскарабкался на переднее сиденье, потом притормозил. Если я сейчас уйду, то получится, что мы так ничего и не добились. Матка-Хайд переберется в погреб или просто останется там, где он сейчас находится, раскинет охотничью сеть, сожрет нескольких оленей, волков или кроликов и примется производить новых андроидов. Матка-Джекил не сможет отыскать его, пока не произведет своих андроидов. После чего они встретятся на равных условиях, и мы потеряем даже то преимущество, которым располагали час назад.

Нет, мы сможем на что-то надеяться только в том случае, если я сейчас вернусь назад и убью матку-Хайда.

Не могу сказать, что эта идея привела меня в восторг.

Но все-таки я воздержался от бегства и повернул обратно к домику.

Матка-Хайд уже находилась в дверном проеме и пыталась выбраться наружу.

Я покопался в кармане и перезарядил ружье, поставив полную обойму.

Потом я подошел к крыльцу, прицелился в груду розовато-коричневой плоти и нажал на спусковой крючок. Выстрел. Второй. Третий.

Хайд-матка задергался и откатился назад. На крыльце остались валяться вырванные куски мертвой плоти, но основная масса затянула края ран и теперь пыталась залечить их.

Я всадил в андроида оставшиеся пять пуль, потом быстро перезарядил ружье.

Матка уже пробралась через дверь и футов на шесть отползла от порога. Я подошел к дверному проему и выстрелил еще четыре раза. Амеба растеклась по полу. Теперь уже она удирала от меня со всей доступной ей скоростью. Она попыталась добраться до лестницы, ведущей в погреб. Я успел обежать ее и всадил в нее еще четыре пули, вынудив растекшуюся тушу вернуться обратно в гостиную. Было ясно, что полученные повреждения серьезны даже для андроида.

Такие дыры быстро не залечишь. А некоторые, похоже, вообще не подлежали лечению. Несколько крупных кровеносных сосудов были разорваны, и из них текла кровь. Конечно, со временем Хайд ее остановит, но сейчас это его ослабило. Хорошо бы знать, как быстро он сможет исцелить эти раны.

Пока я перезаряжал ружье – руки у меня больше не дрожали, – тело-матка забралось подальше в гостиную. Оно искало убежища и не находило его. Когда я закончил возиться с перезарядкой, у меня оставалось восемь патронов в ружье и еще три в кармане. Значит, нужно покончить с этой дрянью одиннадцатью выстрелами. В принципе пришедшая мне в голову идея позволяла справиться с этой задачей. Наверное. Я дослал затвор и выстрелил четыре раза, целясь в самые крупные кровеносные сосуды. Дважды мне удалось попасть.

Ударило два фонтана крови, потом фонтаны превратились в ручьи. Я помчался на кухню, страстно надеясь, что она оборудована должным образом.

Я лихорадочно обшарил кухню, распахнул дверцы всех шкафчиков, повыдергивал все ящики и наконец в последнем нашел то, что искал: фонарь, канистру с керосином и коробку спичек. Даже в наш век высоких технологий генератору свойственно ломаться. На такой случай и стараются держать под рукой древний керосиновый фонарь. Кроме того, он помогает поддерживать иллюзию жизни на лоне природы, и им можно хвастаться перед приятелями, приезжающими в гости на выходные.

Я схватил спички и керосин и бросился назад в гостиную. Когда я уже проскакивал из одной комнаты в другую, мне пришло в голову, что тело-матка вполне может сейчас подкарауливать меня. К счастью, оно все еще было занято своими проблемами. Я обежал эту тушу, выпустил еще две пули, потом открыл канистру и облил Хайда-матку керосином. Матке не понравилась горючая жидкость, и туша принялась извиваться, пытаясь отползти подальше. Я отошел на десяток шагов, зажег спичку и бросил ее в матку.