Алексей Гравицкий - Отдать душу

И создал Бог твердь, и отделил воду, которая под твердью, от воды, которая над твердью. И стало так.

И назвал Бог твердь небом. И увидел Бог, что это хорошо.

И был вечер, и было утро: день второй.

Утро я начал с мысли о том, что неплохо бы найти себе помощников. Естественно, в Ничто подходящей кандидатуры не нашлось, но кто сказал, что я не могу сотворить их самостоятельно, тем паче, что Ничто потихонечку начало становиться чем-то. Памятуя о вчерашнем безобразии, я вложил в свое творение всего себя до капли и, конечно же, опять перестарался. Во-первых, их получилось дюже много, но это-то не беда, а вот во-вторых… Во-вторых, они получились омерзительно чистенькими: все в белом, с постными рожами, с крыльями, и даже бошки у них были с подсветкой — чистые ангелы. Тьфу, пропасть!

С досады я вдарился в меланхолию и ничего больше не творил в тот день, только атмосферу к шарику приляпал, и все.

И сказал Бог: да соберется вода, которая под небом, в одно место, и да явится суша. И стало так. И собралась вода под небом в свои места, и явилась суша.

И назвал Бог сушу землею, а собрание вод назвал морями. И увидел Бог, что это хорошо.

И сказал Бог: да произрастит земля зелень, траву, сеюшую семя породу и по подобию и дерево плодовитое, приносящее по роду своему плод, в котором семя его на земле. И стало так.

И произвела земля зелень, траву, сеющую семя породу и по подобию ее, и дерево плодовитое, приносящее плод, в котором семя его по роду его на земле. И у видел Бог, что это хорошо.

И был вечер, и было утро: день третий.

С самого утра я собрал своих помощничков, все-таки буду называть их ангелами, уж больно они беленькие, таких непогрешимых не бывает, и принялся за дело. Уничтожить то, что я создал, я не мог, а вот поправить… Пришлось, конечно, повозиться: залили шарик водичкой, посеяли травку газонную, а один из ангелочков (вот сволочь) сорняков накидал. После такой выходки верить в непогрешимость ангелов мне расхотелось — гады они, хоть и в белом.

В общем, с этими посадками и поливами провозился до самого вечера, умаялся и завалился спать прямо на травку.

И сказал Бог: да будут светила на тверди небесной для освещения земли и для отделения дня от ночи, и для знамений, и времен, и дней, и годов; и да будут они светильниками на тверди небесной, чтобы светить на землю. И стало так.

И создал Бог два светила великие: светило большее, для управления днем, и светило меньшее, для управления ночью, и звезды; и поставил их Бог на тверди небесной, чтобы светить на землю, и управлять днем и ночью, и отделять свет от тьмы. И увидел Бог, что это хорошо.

И был вечер, и было утро: день четвертый.

В тот день я занимался звездным небом. Красиво получилось, мне понравилось. Но большую часть времени я на Луну угрохал: спутники — это моя страсть. Еще в детстве любил модельки спутников клеить, но то — модельки, а то — Луна. Это действительно шедевр и моя скромность тут ни при чем.

Ангелы на сей раз мне не помогали, дурью маялись весь день. Хорошо хоть, не мешали. Только раз один подошел весь такой смущенный и говорит:

— Хозяин, может сорняки повыдергать? — А глазюки хитрющие, как пить дать, что-то затеял, зараза.

— Пусть будут, — отвечаю. — Кому они мешают? А если кому и помешают, так пусть сам их и выдергивает. Я вот на своем огороде всегда сам вкалываю.

И сказал Бог: да произведет вода пресмыкающихся, душу живую; и птицы да полетят над землею, по тверди небесной. И стало так.

И сотворил Бог рыб больших и всякую душу животных пресмыкающихся, которых произвела вода, по роду их, и всякую птицу пернатую по роду ее. И увидел Бог, что это хорошо.

И благословил их Бог, говоря: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте воды в морях, и птицы да размножаются на земле.

И был вечер, и было утро: день пятый.

С биологией я всегда был не в ладах, из всего многообразия знал только самых распространенных. Посему, как ни мурыжился, получилось слабовато. Ангелы, конечно, тоже постарались. Начали мастерить кто во что горазд. Ну и фантазия у этих гадов, только и слышно было:

— Хозяин, а можно птицу нелетающую сделать?

— Хозяин, а можно рыбу летающую сделать?

— Хозяин, а как к павлину перья цеплять?

И так до самого вечера. Такого понаворотили, а уж как я хохотал, когда они учили несчастных зверюшек «плодиться и размножаться».

И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над зверями, и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле.

И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину, сотворил их.

И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими и над зверями, и над птицами небесными, и над всяким скотом, и над всею землею, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле.

И сказал Бог: вот, Я дал вам всякую траву, сеющую семя, какая есть на всей земле, и всякое дерево, у которого плод древесный, сеющий семя, — вам сие будет в пищу; а всем зверям земным, и всем, птицам небесным, и всякому гаду, пресмыкающемуся по земле, в котором душа живая, дал Я всю зелень травную в пищу. И стало так.

И увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма. И был вечер, и было утро: день шестой.

Нет, все-таки тот чувак, что писал Библию, был идиотом. Правда, он уверял, что я ничего не понимаю в высоком искусстве и знать не знаю, что такое литература, но мне не нравится, как он все перекорежил. Кретин! Ну неужели же он думает, что я такой урод, как все вы? Разумеется, я никого не делал по своему образу и подобию. А так как кукольник из меня неважный, то и получилось… Ну то, что получилось.

Идея создать что-то выше зверюшек родилась с самого начала, но вот только представить себе никак не мог, как же это что-то должно выглядеть. Ангелам я решил сей процесс не доверять, отослал их к такой-то матери флору докрашивать и фауну доделывать, а сам сел на берегу на песочек и давай ваять. Ё-мое, что получилось! Да я в детстве куличики красивше ляпал. А еще эти крылатые ходят и ржут, на меня глядя.

Я разозлился, сломал все к… и пошел искать другой материал, и нашел — глину. Из глины лепить было легче, хотя все равно выходило хреново: палка, палка, огуречик, получился человечек. Долго мучался с головой, но лицо так и не получилось, вышло только схематически. Но больше всего времени ушло на другое. Ну как его себе представить? Какое оно должно быть? Ясно только одно — не как у Людей. Я бы, наверное, еще долго мучился, а может, и вообще сделал бы всех человечков бесполыми, да ангел помог. Подходит ко мне и спрашивает: