Валерий Нечипоренко - Агент чужой планеты

-- Назад, Макс! Сядь! Успокойся!

Он повиновался, рыча как затравленный зверь.

-- А теперь ляг! -- продолжал я. -- Закрой глаза! Ты хочешь спать! Ты устал, Макс! Сейчас ты уснешь, и тебе приснится, как славно было бы прокутить те денежки, которых вашей шайке уж не видать.

Через несколько секунд он захрапел.

У меня возникло сильнейшее желание огреть его блокиратором по башке, но я сдержался и лишь облучил спящего негодяя. Основательно. Может, даже больше, чем следовало. Намного больше. Но мне так хотелось, чтобы он забыл все подчистую. Чтобы на тех самых полочках его дремучего подсознания, о которых толковал Мамалыгин, оказался огромный заржавленный замок, а ключ потерялся бы навсегда.

Харитоша исправно нес караульную службу.

-- Где девушка?

-- В подвале.

-- Ключ у тебя?

-- Там засов.

-- Открывай!

Мы подошли к бункеру.

Он отбросил тяжелую железку.

Из темноты пахнуло плесенью. Мерзавцы, в каких условиях они содержат ее! А ведь получили обещанный выкуп...

-- Приведи ее сюда. Только нежно.

Мое воображение нарисовало эффектную картину. Появляется Алина в сопровождении громилы. Я отсылаю его назад, облучив блокиратором, закладываю дверь засовом и объявляю Алине, что она свободна. Потом везу ее в Жердяевку, она приводит себя в порядок, и мы закатываем пир горой! Она моя!

Снизу послышался сдавленный крик, зазвенели и покатились какие-то банки. Ну и грубиян этот Харитоша!

Ну вот, кажется, поднимаются.

Я сосредоточил биополе на Харитоне, приказав ему остановиться на верхней ступеньке.

И в этот момент из затхлой темноты выскочила Алина. Растрепанные волосы, плотно сжатые губы и пылающие глаза делали ее похожей на фурию. В руках она держала здоровенное полено.

Не успел я опомниться, как она обрушила его на меня с диким воплем:

-- Получи и ты, постная рожа! Уклонился я недостаточно резво.

Тем временем Алина успела выбежать из ворот и броситься в лес.

-- Стой! -- приказал я ей, но было поздно. На таком расстоянии биополе не действовало.

Глубокое отчаяние охватило меня. Роль благородного избавителя оказалась бездарно проваленной. Я даже не понимал, как это случилось, в чем моя ошибка. Стопроцентный успех обернулся сокрушительным поражением. Очевидно, Алина вообразила, что именно я -- главарь шайки, которая похитила ее и заключила в этот зловонный подвал. Никакие объяснения уже не помогут. Все, что мне остается, это снова стереть память Алины обо мне и заново, уже в третий раз, добиваться ее благосклонности.

Раздосадованный нелепым поворотом событий, Я спустился в подвал, тот самый, где Китель одарил меня обручем. И здесь она провела две ночи?!

Харитоша сидел на полу, постанывая и держась за голову. Я приказал ему крепко спать, тем более что в его, положении сон -- лучшее лекарство. Он тут же захрапел, а я обработал его блокиратором.

Ладно, нет худа без добра. Алину я позорно упустил, зато банде, кажется, конец. Макс для меня уже не опасен. Остается загадочный Саныч. Что ж, дождусь... Мне есть о чем его расспросить, да и деньги не мешает вернуть. А уж после пущу в ход блокиратор.

Я поднялся наверх. Голубое небо, тишина, смолистые сосны, в высокой траве стрекочут кузнечики. Идиллия!

Нечитайло высунул голову в окошко:

-- Долго еще? Хозяин осерчает.

-- Не волнуйся, друг. Скоро поедем.

Заметив в глубине двора колодец, я решил напиться -- меня давно уже мучила жажда.

Вытянув наверх ведро с водой, я наклонился над ним. Вода была студеной и удивительно вкусной.

И тут что-то произошло.

Напротив ворот резко скрипнули тормоза.

Я увидел зеленый "Москвич", окутанный облачком пыли. Услышать его приближение помешало звяканье колодезной цепи. Роковая случайность.

Из окошка "Москвича" высунулась рука в перчатке, держащая пистолет. Щелкнул выстрел. Второй щелчок, и ведро в моих руках дернулось, из возникших дырок брызнули струйки.

Я ничком бросился на землю, хоронясь за бетонными кольцами колодца. Раздалось еще два выстрела, затем мотор взревел, и "Москвич" умчался.

Все произошло так стремительно, что я ничего не мог исправить. Да и расстояние от колодца до ворот превышало двадцать метров. Саныч -- а это мог быть только он -- благополучно улизнул. Ноль два. В пользу соперника. Я проклинал собственную беспечность. Упущен вернейший шанс нейтрализовать "железного" врага. Впрочем, еще не все потеряно. В погоню!

Нечитайло сидел, неестественно запрокинув голову. Кровь тоненькой струйкой стекала на актуальную передовицу. Пуля угодила ему в левый висок.

В горячке я совсем уж собрался вытащить беднягу Нечитайлу из машины и устремиться в погоню за Санычем, но тут увидел, что один из баллонов прострелен. Саныч все предусмотрел. Он и вправду -- голова.

Успокойся, приказал я себе. Поразмысли хорошенько и найди наилучшее решение.

Итак, что мы имеем? Один труп, служебную "Волгу" с пулевыми пробоинами и двух спящих бандитов, которые прежде были связаны с убитым...

Кто-нибудь видел меня рядом с Нечитайло? Новый завбазой... Нет, его негодующий взор был устремлен на водителя.

Алина!

План сложился быстро. Оставалось -- действовать.

Тело Нечитайло я затащил за колодец, рядом поставил пробитое пулями ведро. Затем заменил колесо, после чего смоченным платком тщательно протер все поверхности, где мог оставить отпечатки своих пальцев.

На "Волге" я доехал до первой телефонной будки и набрал ноль два.

-- Алло! Милиция? Записывайте. Убийство на Лесной Даче, бывшем тарном заводе. Если поторопитесь, можете взять подозреваемых горяченькими. Некие Макс и Харитон. Главарь по прозвищу Саныч, которого они хорошо знают, бежал. Кто говорит? Свидетель обвинения. Успехов вам!

Теперь Максу с Харитошей не выкрутиться. Через них обязательно выйдут на Саныча. Вот и пусть разбираются.

А все ниточки, ведущие ко мне, оборваны.

Остается Алина.

Второй вариант романа с ней не заладился. Что ж, начнем с чистого листа. Мне, литератору, не привыкать переписывать начало произведения. Надеюсь, на этот раз выйдет удачнее. А если что не так, воспользуюсь биополем. Она полюбит меня. Пылко и горячо. Да, начнем сначала. Но прежде -уничтожим старые черновики.

* * *

Вечером, как и ожидалось, я обнаружил Алину в "Волне". На сей раз она веселилась в компании азиатских торговцев. Хохотала, кокетничала, строила глазки. Как будто и не было заточения в мрачном подвале. Вот дрянь!

Ярость душила меня. Кого она предпочла мне!

Я осторожно приблизился к ее столику, стараясь держаться за колонной. Затем мысленно приказал ей выйти в холл. Она вспорхнула, поигрывая крутыми ягодицами.