Николай Волков - Фактор силы

Неожиданно, в центре зала возник сияющий внутренним пламенем шар.

Люди зааплодировали, однако немедленно раздался спокойный, но крайне серьезный, голос Оллета.

— Дорогие гости, я очень прошу вас сейчас подняться с мест, и покинуть наше заведение. Благодарю за понимание.

Роан бросил взгляд на Арианну, которая заметно побледнела.

— Что это?

— Сдерживаемый взрыв. Выводи всех. Я помогу Оллету.

Глава 14

— С вами канал "Трессон", и вечно ваша Лэйди Триш. Вчера вечером, праздник Дня Сердец был безнадежно испорчен серией взрывов, произошедших, как уже установлено, в одно и то же время. Лишь по счастливой случайности обошлось без жертв, хотя ущерб исчисляется сотнями тысяч далнов. Взрывы полностью уничтожили такие объекты, как три частных дома, офисное здание компании "Лебедь" и одно из самых известных заведений города — ресторан "Тройня Диггов". С нами согласился побеседовать один из владельцев ресторана, а заодно и герой вчерашнего дня, ценой неимоверных усилий спасший жизни всех посетителей — Оллет Дигг. Оллет, скажите, вам есть что посоветовать неизвестному террористу?

— Да, есть. Ты уничтожил не только мой дом, но и дело моей жизни. Так что теперь — беги, прячься, делай что хочешь, но знай, что и я, и мои братья присодинятся к охоте на тебя. Тебе не будет покоя, до конца твоих дней, который наступит весьма скоро, хладнокровный ублюдок. Мы знаем кто ты, и что ты такое, и поверь, мы будем готовы к встрече лучше, чем ты можешь даже предположить.

Ящер неторопливо выключил трансляцию и рассмеялся.

— Надо будет прислать им всем приглашение, чтобы не пришлось долго искать. Хотя я не ожидал от старика такой прыти.

Неожиданно заработал проекционник, и Ящер принял сигнал. Закутанная в плащ фигура произнесла:

— У тебя не было разрешения на все эти взрывы.

— Прошу прощения, но это мое личное дело, о котором я предупреждал.

— Ты мог заняться им только после того, как закончишь с нашим.

— Остался лишь один шаг, который в ближайшее время будет сделан. Весь криминальный мир уже признал ваше руководство, и готов следовать приказам, так что я решил…

— Ты ничего не решаешь. Решаю я. И ты поставил личные интересы выше интересов нашего дела.

— И что теперь? Вы убьете меня?

— Следовало бы, но из-за того, что ты был слишком полезен долгое время, я сделаю иначе. Отныне, ты сам по себе. Верхушка криминального мира уже получила инструкции не содействовать с тобой, но и не мешать тебе. Ты вне игры.

Изображение пропало, а Ящер, с досадой, сплюнул.

— Вот ведь дерьмо… Ладно, надеюсь, что для моего маленького сюрприза все успели подготовить. В конце концов, когда все произойдет, меня вновь сочтут полезным.

Гром приподнялся на больничной койке, приветствуя Арианну.

— Риа! Рад, что ты цела. Я так понимаю, что вчера вы были в заведении Диггов?

Она кивнула.

— Да. И я рада, что все обошлось. Гром, нам надо очень серьезно поговорить, но я не знаю насколько ты окреп для такого разговора.

Он вздохнул.

— Я достаточно окреп, чтобы поговорить о Ящере, но еще недостаточно, чтобы сойтись с ним. Кости еще не срослись. Это минимум неделю займет, даже при учете того, что меня сейчас подпитывают… подпитывает мой источник.

— Хорошо. Ты рассказал Шелти о его физической слабости в отношении холода, но есть ли еще что-то, что может нам помочь? Ты знаешь о нем больше, чем кто бы то ни было. Вполне возможно, что какая-нибудь мелочь…

Гром поднял руку.

— Риа, поверь, я уже не раз обдумывал это. У него есть лишь две слабости, и для того, чтобы их совместить — я должен быть боеспособен.

— Что ты имеешь в виду?

Он вздохнул.

— Одна из его слабостей — я. Впрочем, в последнее время я уже и в этом не уверен.

— Почему?

— В нашу последнюю встречу он не пошел меня добивать.

— Резонно, — заметила Арианна — а вторая?

Гром улыбнулся.

— Он считает себя самым умным и самым ловким. Считает, что просчитывает все варианты, и, если откровенно, просчитывает действительно многое, но не все. Одно нестандартное действие со стороны противника он сможет компенсировать. Два — еху будет сложно. Три… На трех, я ловил его дважды, но не довел дело до конца.

— А твой самоубийственный прыжок на его машину…

— Был вторым таким. Первым — выстрел в Тимура. Шанса сделать что-то еще не предоставилось.

Арианна задумалась.

— Поправляйся, — сказала она ему, наконец — а мы постараемся прижать его.

— Постарайтесь выжить, — серьезно ответил Гром — ты даже не представляешь, как за эти годы я устал терять друзей.

— Обещаю.

Лайта еще ни разу не видела, чтобы Ильта пребывала в таком бешенстве.

— Мало того, — говорила она голосом исполненным ледяного спокойствия — что этот хрен с горы отправил на больничную койку Грома. Мало того, что он взорвал наш дом. Мало того, что он взорвал мой офис, так еще он взорвал и мое любимое заведение. И я не я буду, если спущу ему все это. Две вещи я могла бы ему простить, но ему не стоило трогать Грома и Диггов.

Сидя в углу комнаты, Лайта ощущала как растет магическое напряжение, грозящее вылиться в крупные проблемы.

— Хорошо еще, что Авенаро согласились нас приютить на некоторое время — тихо сказала она, пытаясь хоть как-то отвлечь Крэйт, чтобы она случайно не снесла стены дома.

Бросив на нее взгляд, Ильта слегка расслабилась.

— У меня к тебе будет ряд поручений. Справишься?

— Что нужно сделать?

— Купить дом, найти новое место для офиса, оборудовать и то и другое.

— Справлюсь.

Наемница протянула ей печатку.

— Можешь не стесняться в деньгах.

— А ты? Что ты будешь делать?

Взгляд Ильты помрачнел.

— Отправлюсь на войну. И знаешь, даже демоны разбегаются в ужасе, когда хороший человек идет на войну.

Она поднялась с места.

— Шелти, где у вас основной склад оружия?

— В гостиной, на правой от входа стене. Подожди меня, я тебе сейчас притащу комбинезон твоего размера. Вместе пойдем.

— А Арсин?

— Посидит с отцом.

— Хоть какая-то польза от того, что нашего заведения больше нет, — проворчал Хорм — раз уж по страховке мы получили столько, что едва покроет постройку здания заново, и денег не будет даже на оборудование.

— Знаешь, лично мне это не кажется "какой-то пользой", — ответил Оллет — для меня она достаточно серьезная. Знал бы, что так все повернется, сам бы снес его еще лет пятьдесят назад.

Подошедший Илим, который был приставлен к тройняшкам, поинтересовался: