Дж. Т. Макинтош - Время перемен

– Мы должны попытаться, – согласилась Миранда. – Вопрос только – как? У меня нет с собой этого прибора.

Грег не даст мне вернуться назад через рощу. И я не могу уйти отсюда до рассвета. Если же я попытаюсь, то совершенно очевидно, что…

– Ради Бога, Миранда, объясни мне, что происходит. С самого начала ты говорила слишком много, и в то же время недостаточно. Или вы должны были быть самой обычной туристической группой и вести себе соответственно, или вы не должны ничего скрывать.

– И я, и Грег действительно рассказали тебе слишком многое, Вэл, – тихо проговорила она. – Но только тебе. То, что знают другие, не имеет никакого значения.

– Джил? Джота? Шейла? Дина?

– Джил ушел вместе с нами, и ты никогда больше его не увидишь. Он должен был погибнуть в огне вместе с Барбарой и Гарри. Они все ушли с нами. Джота, в данный момент, выпал из всех вариантов. Шейла знает все из вторых рук – только то, что ей рассказал ты. А Дина – и того меньше. А то, что она знает, так не правдоподобно, что, скорее всего Дина ничего не расскажет никому, кроме тебя.

Пока она говорила, мне вдруг стало ясно, что единственным человеком, который еще оставался в Шатли, продолжал дышать и знал что-то существенное относительно Белоснежки и великанов, был я. Никто, кроме меня, не обращал на них особого внимания в «Коппер Бич». Джил заметил странности с монетами, но он рассказал об этом только мне, а теперь будет совершенно невозможно что-либо доказать. Платья из люксона привлекли к себе внимание, но все кроме меня – и Томми – решили, что им это только мерещится от жары.

Помимо этого, и Грег, и Миранда говорили только со мной. Если бы я вдруг попал в Скотлэнд Ярд, или парламент, или в головной офис нашей страховой компании, у меня не было бы никакой надежды убедить их в том, что великаны были совсем не обычной группой туристов.

Конечно, неизбежно должны были возникнуть некие несоответствия, которые вполне могли бы вызвать любопытство у многих, в том числе и у официальных органов. Им никогда не удастся найти ни одного из туристов, раскинувших свой лагерь на берегу Сьют. Другие свидетели подтвердят удивительный рост великанов. К тому же, наверняка кто-нибудь видел великанов в странных балахонах. Это лишь увеличит число загадок.

Доказать что бы то ни было будет невозможно.

– Да, теперь я понимаю, – после долгой паузы отозвался я. – Но почему именно я? Только по тому, что я должен был остаться в живых?

– Дело не в этом, – сказала Миранда, – хотя в данный момент я не совсем понимаю, как ты и Дина можете спастись. Один из вас, да. Есть только один костюм. А вот, как вам спастись вместе…

У нас оставалось еще много времени до рассвета. Что-нибудь придумаем.

– Так почему же, все-таки я? – продолжал я настаивать.

Мы стояли и разговаривали, Миранда по-прежнему была в костюме, она только опустила очки. Теперь она приняла решение, отвернулась и начала снимать костюм.

Потом ей что-то пришло в голову, и она снова повернулась ко мне.

– Вэл, – сказала она, – ты помнишь, как мы первый раз встретились? Я тебя узнала. По фотографии. И была настолько беспечна, что дала тебе это понять. После этого я поговорила с тобой. Потом к тебе в офис пришел Грег. Мы оба хотели познакомиться с тобой, чтобы составить о тебе определенное мнение.

– Я что, так знаменит? – удивился я. – Занимаю такое важное положение?

– Нет, Вэл, скорее наоборот. Тебя сделали главным виновником пожара в Шатли.

Ее спокойная, холодная констатация этого факта потрясла меня. Наверное, я даже побледнел.

– Я… я его устроил?

– Нет, нет конечно. Истории никогда не требуется настоящий виновник. Скорее козел отпущения. После этого даже возникло новое слово – матерс. Не Матерс с большой буквы – ведь никто же не пишет теперь Бойкот с большой буквы. Просто матерс – что означает неизбежность катастрофы, которая должна последовать за супер не компетентностью.

– Матерс? – глупо переспросил я.

– Ну, это, конечно, несправедливо. Я знаю. Но история часто бывает не справедливой. Бесчеловечный монстр становится национальным героем. Умный человек, совершивший одну ошибку, превращается в посмешище и болвана. Дурак, случайно поступивший правильно, становится образцом мудрости. Ты…

– Ну, что я сделал?

– Ничего, – мягко ответила она. – Я уже говорила, что это не справедливо. Тебя будут обвинять в том, что ты сделал и в том, чего не совершал, а в результате, посчитают, что все обвинения были истинными. Тебя будут даже путать со старым Амосом как-там-его, который умер за много лет до того, как ты родился, но в его грехах обвинят тебя. Ты же знаешь, он сам устроил несколько пожаров. Общее впечатление от Вэла Матерса будет примерно таким: абсолютно бессердечный, беспринципный и, вдобавок, глупый. Он давал взятки и лгал для того, чтобы подчинить себе все страховое дело в Шатли, а потом устроил в городе пожар…

– Но ведь этого просто не может быть! – воскликнул я. – История не может…

– Ну, тут я немного ввела тебя в заблуждение.

Настоящая история, история истинных историков, гораздо честнее. В ней все получают по заслугам. Историки знали, что ты и старый Амос разные люди, что ты не устраивал пожара в Шатли и множество других фактов. Кроме того, тебе, возглавляющему всю страховую службу города, было крайне невыгодно устраивать этот пожар. Но логика и факты оказывают лишь косвенное влияние на создание легенды.

Она слабо улыбнулась.

– Теперь, когда я предупредила тебя, ты, возможно, сумеешь каким-то образом защитить себя. Если, конечно, выберешься отсюда…

– Я обязательно выберусь, – сказал я. – Если то, что ты сказала правда, то тут должен обязательно быть злодей, а если это не я……

– О, тут ты опять ошибаешься, Вэл. Это ты.

– Мне кажется, ты только что говорила…

Миранда вздохнула и сказала:

– Теперь мы с тобой в одной лодке. Ты будешь козлом отпущения – и я тоже. Тут есть и твоя и моя вина. Ты виноват в пожаре, а я в том, что моя миссия не удалась…

Подожди пока я сниму костюм, и тогда я расскажу тебе всю историю до конца.

С очевидным облегчением она сняла прозрачный костюм.

В стасисе было прохладно, но костюм не пропускал тепла.

На ее обнаженной спине и груди собралась влага.

Большой разноцветный синяк под правой грудью показывал то месту, куда пришелся небрежный удар Грега – тут он проявил халатность – удар в любое другое место мог закончиться для Миранды гораздо хуже.

Я хотел спросить, что произошло с ней, и где она достала костюм, но не стал этого делать. Ведь она обещала рассказать мне все, с самого начала.

Про великанов и про себя, про Джоту и про пожар.