Олег Пронин - Эхо далеких звезд (сборник)

Образуется как бы «сгусток» поля. И он очень стоек. Когда организм умирает, его мышечная и костная ткань разлагаются в первоначальные элементы таблицы Д. И. Менделеева, но поле жизни продолжает существовать еще длительное время и хранит в себе всю накопленную информацию. Пока не удалось окончательно выяснить, но я полагаю, что продолжительность существования «сгустков» поля жизни зависит от уровня интеллекта его носителя и может находиться в пределах долей секунды для простейших организмов, и тысячи лет, а возможно и более, для человека. — Профессор замолчал. Алешка тоже молчал, глядя на него широко раскрытыми глазами, сознавая, что перед ним сидит гений может быть как ребенок беспомощный физически, но обладающий тем самым могучим свойством, о котором сейчас ему говорит.

— Поле жизни, — продолжал Илья Максимович, — имеет еще рядом важных особенностей. Оно суммируется. То есть, все живые организмы образуют общий суммарный фон поля жизни и фон этот как бы «окутывает» планету. Иными словами, чем больше разумных существ живет на планете, и чем они умнее, тем выше концентрация поля вокруг нее. И еще, как оказалось, в структуре света, прошедшего через достаточно концентрированное поле жизни, появляется характерная спектральная составляющая. Таким образом, чтобы узнать существует ли разумная жизнь в той или иной звездной системе, достаточно определить наличие спектральной составляющей поля жизни в излучении этих звезд. Вот теперь, Алеша, мы подошли к более широкому исследованию звезд, не только с точки зрения физики и небесной механики, но и… — профессор не успел договорить, в кабинет вошла Оксана.

— Дедушка, ужин готов, прошу к столу.

— Спасибо, Ксюшенька! Алеша, сейчас ты убедишься в исключительных кулинарных способностях моей внучки.

— Ну, дедушка, скажешь тоже, — смущенно улыбнулась Оксана. — Да вы, Алеша, не обращайте внимания. Дедуля у меня всегда все преувеличивает.

Оксана назвала Алешку по имени и странно, у него исчезло чувство неловкости возникшее вначале встречи с этой красивой девушкой. Надо сказать, даже в классе он мало общался с девчонками, а красивых вообще считал недалекими. Избалованные вниманием поклонников, они кроме своей внешности ничем не интересуются. Оксана видимо исключение.

— Нет, нет, Алеша, — довольный скромностью внучки сказал профессор, -

Ксюшенька у меня умница. Вот и за всем этим, — он обвел руками свой кабинет, — она тоже следит. Разве я мог бы справиться один. Конечно, мне помогают мои бывшие ученики, но в основном только материально.

— Значит Оксана в курсе всех исследований Ильи Максимовича, — подумал Алешка, когда они выходили из кабинета. Тут он заметил, что Оксана в течение нескольких секунд задержала свой взгляд на человеческом мозге в стеклянном цилиндре. Сколько тепла и нежности было в этом взгляде. Юноша готов был поклясться, что выражение глазных яблок, соединенных с мозгом множеством нервных окончаний, тоже изменилось. Что-то неуловимое, доброе промелькнуло в них, и где-то в глубине осталась большая, ни с чем не сравнимая боль.

За ужином, который действительно оказался отменным, Алешка решил спросить, — человеческий мозг в стеклянном цилиндре, он что, настоящий?

После этого вопроса, профессор, весело шутивший, вдруг замолчал, а у Оксаны на глазах выступили слезы.

— Да, Алеша, — после небольшой паузы сказал Илья Максимович, — настоящий, это мозг отца Оксаны. Был он летчиком испытателем. Во время полета на новой машине произошло несчастье. И хотя Иван посадил самолет, удар о землю был сильный. На Ване не оставалось живого места, но мозг был не поврежден.

— Извините, — тихо промолвил Алешка. Ему стало понятно поведение Оксаны в кабинете профессора, и он решил поскорее изменить тему разговора.

— Илья Максимович, вот вы проводите частные научные исследования, и во многом благодаря финансовой помощи ваших бывших учеников. Тема, над которой вы работаете, уникальная и очень важная. Тогда почему вы не хотите создать исследовательский центр в масштабе страны? Тогда… — Алешка не успел договорить, его на полуслове прервала Оксана.

— Все дело в том, Алеша, что мой дедушка очень гордый человек и не может простить обид нанесенных «мыльными пузырями». Так он называет людей с учеными степенями, но ничего не создавших и не сделавших в науке. Таких пузырей в стране много. Дедушку буквально травили, наверное, от зависти. — Оксана замолчала. — Да мы не одни, — сказала она после небольшой паузы, — к нам приезжает столько замечательных людей.

Постепенно разговор перешел в другое русло. О плохом решили больше не вспоминать. Илья Максимович опять шутил, рассказывал интересные случаи из своей жизни.

Когда Алешка уходил было уже довольно поздно. Прощаясь с профессором и Оксаной он обещал, навестить их в ближайшие дни.

Спустя три дня Алешка позвонил профессору Дорину. Трубку взяла Оксана.

По ее тревожному голосу юноша понял, что-то случилось? Как оказалось, на следующий день после его ухода, Илью Максимовича в тяжелом состоянии увезла машина скорой помощи, и он более суток находился в реанимации. И вот, только что, врачи сообщили состояние профессора Дорина, улучшилось и завтра его можно будет навестить.

— Я уже говорила с ним по телефону, — сказала Оксана. — Сообщила, что вызвала из командировки маму и отправила телеграммы всем близким друзьям.

Дедушка как всегда весело шутил и еще спрашивал, не звонили ли вы.

Алешке было приятно услышать, что профессор его помнит. — Оксана, — сказал он в конце их разговора, — можно я завтра вместе с вами навещу Илью Максимовича?

— Конечно, Алеша! Вы понравились дедушке, и он будет рад вас видеть.

Профессор Дорин действительно был доволен, когда к нему палату вместе с Оксаной вошел Алешка. Несмотря на заметное плохое самочувствие, Илья Максимович улыбался и шутил. Выбрав момент, когда Оксана разговаривала с медсестрой, он подозвал Алешку ближе и тихо, чтобы внучка не слышала, сказал.

— Алеша, в своей теории о природе сознания я сделал одну очень существенную ошибку. Убедился в этом совсем недавно. Только не говори Ксюше, но в реанимации в течение трех минут я находился в состоянии клинической смерти. Но, как говорится, нет, худа без добра. Я сделал потрясающий вывод. Выйду из больницы, мы это проверим. Так что, молодой человек, — профессор хитро улыбнулся, — впереди у нас большая работа.

Однако это была последняя встреча Алешки с профессором Дориным. Через два дня Ильи Максимовича не стало. Видимо раны на сердце, нанесенные бездарными коллегами оказались смертельными. Он вновь оказался в состоянии клинической смерти и, не приходя в сознание, скончался.