Конни Уиллис - Вихри Мраморной арки

Отлично. Залитые солнцем картины: коровьи черепа, огромные тропические цветы, пустынные холмы. «Музей открыт ежедневно с 10.00 до 18.00. Наш адрес: д. 217, Джонстон-стрит».

Бев отыскала адрес на карте. Всего три квартала от главной площади — можно и пешком пройтись, даже в такую погоду. Отлично. Кармелита принесла энчиладас, и Бев с жадностью набросилась на угощение.

— Подыскали что-нибудь в городе? — полюбопытствовала официантка.

— Да. Музей Джорджии О'Кифф.

— Ясно… — Кармелита отошла и тут же вернулась. — Сеньора, простите, но музей закрыт.

— Как закрыт? В путеводителе сказано, что он работает каждый день!

— Все из-за снега.

— Из-за снега? — переспросила Бев, выглядывая в патио через плечо официантки.

За стеклянными дверями шел густой тяжелый снег.

В час двадцать Джим перезвонил из аэропорта сказать, что рейсы Дэвида и Киндры задержали. Тут из кондитерской привезли торт.

— Нет же! — запротестовала Стэйси. — Торт надо отвезти в загородный клуб, прием будет там.

— Мы пытались, — оправдывался водитель. — Но по дороге не проехать. Либо оставляем торт здесь, либо мы его обратно в кондитерскую везем, сами решайте. Если вообще куда-то доедем. В чем я сомневаюсь.

— Оставляйте тут, — решила Стэйси. — Джим сам отвезет, как вернется.

— Ты же слышала, что сказал водитель, — напомнила Пола. — Если грузовик не проехал, Джим уж тем более…

В этот момент зазвонил телефон: флорист объяснила, что доставить цветы никак не выйдет.

— Вы обязаны их привезти! Церемония в пять!!! — возмутилась Стэйси, передавая трубку подруге. — Пола, скажи им!

— Неужели никак не добраться? — спросила Пола.

— Разве что чудом, — вздохнула флорист. — Наш грузовик увяз в яме, а тягач неизвестно когда доберется. На дорогах просто каток.

— Значит, Джим привезет Киндру и Дэвида и поедет за цветами, — небрежно бросила невеста. — По дороге в загородный клуб. Струнный квартет уже здесь?

— Нет. Музыканты вряд ли доберутся. Флорист сказала, что дороги обледенели.

Как раз в это время в церковь вошел альтист.

— Я же говорила! — обрадовалась Стэйси. — Все будет отлично! Кстати, играть будут «Менуэт. № 8» Боккерини. — И она ушла за свечами, которые должны были обрамлять алтарь.

Пола подошла к долговязому, довольно молодому альтисту. Парень стряхивал снег с футляра альта.

— А где остальные?

— Неужели еще не приехали? — удивился альтист. — У меня был урок в городе, я сказал, что догоню их. — Он присел и стащил с ног заснеженные ботинки. — Вот, въехал на машине в сугроб, и полмили топал пешком. — Альтист улыбнулся и глубоко вздохнул. — В такие моменты я мечтаю играть на скрипочке-пикколо. Хотя… — Он осмотрел Полу с ног до головы. — Есть и свои плюсы. Надеюсь, это не ты выходишь замуж?

— Не я, — подтвердила она. Ах, если бы невестой была она…

— Супер! — Альтист расплылся в улыбке. — А какие планы на после торжества?

— Вряд ли торжество вообще состоится. Остальные музыканты наверняка застряли по дороге.

Альтист покачал головой:

— Нет, я бы их заметил. — Он вытащил сотовый и принялся тыкать по клавишам. — Шеп? Привет, ты где? — Повисла пауза. — Этого-то я и боялся. А Лейф? — Снова пауза. — Ну, если отыщется, перезвоните. — Он захлопнул телефон. — Плохие новости. Скрипачи попали в переделку на дороге и ждут копов. Они понятия не имеют, где виолончелист. Как насчет свадебного соло на альте?

Пола пошла к Стэйси.

— Полицейские наверняка их подбросят. — Невеста беспечно вручила подруге свечи. — Отблески пламени на снегу — что может быть лучше?

В час сорок восемь дня по восточному времени снегопад зафиксировали в Сансет-Пойнт и над архипелагом Флорида-Кис.

— Ну что, пора сходить с ума? — поинтересовался Чин. — Черт, ведь правда — тот самый кризис, о котором ты говорил!

— Это пока точно неизвестно, — охладил пыл коллеги Нэйтан.

Карта с прогнозом погоды по стране почти целиком окрасилась в голубой цвет — за исключением небольшого пятна возле Фарго и еще одного, в северном Техасе (Нэйтан считал, что это Вако, а Чин был убежден, что перед снегопадом устояло ранчо президента в Кроуфорде.)

— Что значит, неизвестно? В Барселоне снег. В Москве снег!

— В Москве вообще-то и должен снег идти. Про Наполеона забыл? Что касается двух третей мест, затронутых снегопадом, там и так обычно идет снег: Осло, Катманду, Баффало…

— Еще скажи, что снег в Бейруте тоже в порядке вещей. — Чин ткнул пальцем в последние сообщения. — И в Гонолулу. Ты как знаешь, а я все-таки попляшу.

— Нет уж, — оборвал его Нэйтан, накладывая на карту изобарную сетку. — Сначала продиктуй мне температурные показания.

Чин пошел было к своему рабочему месту, но тут же вернулся.

— Ну а ты-то что думаешь? — серьезно спросил он. — Это все-таки кризис?

А что же еще? Сильные снегопады — не редкость: в феврале 1994 года буран накрыл всю Европу, в декабре 2002 года снег завалил две трети США, но еще ни разу он не выпадал на всей территории континентальной Америки — в Мексике, Манитобе, Белизе…

В довершение всего снег выпал в шести местах, где его раньше вообще никогда не было, и еще в двадцати восьми — вроде Юмы или Аризоны, — где за прошедшие сто лет он случался от силы раза два. Новый Орлеан занесло снегом на целый фут. В Гватемале наметало сугробы.

Снегопад не походил ни на один, известный Нэйтану. Согласно полученным данным, снег одновременно пошел в Спрингфилде, штат Иллинойс, в Худу, штат Теннеси, в Парк-сити, штат Юта, и в Брэнфорде, штат Коннектикут.

Буран избрал непредсказуемый маршрут. У него не было единого центра, края, фронта. Он не сдавал позиций. По радио ни разу не передали, чтобы снег прекратился или хотя бы ослабил напор. «Если так и дальше будет продолжаться, то примерно к пяти часам запуржит по всему миру», — прикинул Нэйтан.

— Ну так что? — не унимался не на шутку перепуганный Чин. — Кризис?

«Еще чуть-чуть, он и впрямь свихнется. Только этого мне и не хватало», — подумал Нэйтан.

— У нас недостаточно данных для окончательного вывода, — сказал он вслух.

— Но ведь это может быть кризис? — настаивал Чин. — Правда? Все признаки налицо, да?

«Да», — мысленно согласился Нэйтан.

— Нет, конечно. Посмотри-ка на экран телевизора.

— А что там?

— Не хватает одного признака. Девиза нет.

— Чего нет?

— Логотипа. Ни одно явление нельзя с полной уверенностью назвать кризисом, пока новостные каналы не придумают к нему девиз. Лучше всего с двоеточием посередине. Например, «О. Джей: расследование века» или «Снайпер на свободе» или «Вторжение: Ирак». — Нэйтан ткнул пальцем в Дэна Рэйзера, стоявшего под непрекращающимся снежным потоком у Белого дома. — Вот, написано «последние новости», но девиза-то нет. Так что вряд ли это кризис. Давай, диктуй температуру. Да, кстати, отыщи-ка еще пару телевизоров. Хочется понять, что в мире творится. Глядишь, может, и разберемся.