Владимир Цыбизов - Тайна Соленоида

Выждав, пока Галина продала несколько билетов, Томпсон подошел к кассе и подал десятку.

- Пожалуйста, один входной, - сказал он громко. А тихо добавил: Немедленно отпросись на сегодня и прочитай письмо. Предстоит работа.

И отошел от кассы, пересчитывая сдачу.

Галина посидела немного в кассе, потом закрыла окошечко и пошла к директору парка.

- У меня страшные головные боли, . страдальчески закатывая глаза, сказала она. - Я не могу работать. Уже просчиталась на пять рублей. Отпустите, пожалуйста, домой.

Директор сочувственно поохал, посоветовал принять пирамидон, фенацетин и кофеин и отпустил.

- Я подменю вас сам, когда будет особенно большой наплыв, - сказал он, как бы желая подчеркнуть этим свое особое расположение к Галине.

Отрогова поблагодарила директора, мило улыбнулась ему и поспешила домой. Через четверть часа она уже читала письмо Томпсона. В нем говорилось: "В семь часов вечера позвони из автомата Курганову в гостиницу. Пригласи его в театр на "Травиату". Скажешь ему, что раньше не звонила потому, что некогда было, или придумай другую причину. Задержи Курганова в городе часов до двенадцати. Обязательно вытащи его в город к половине восьмого, от этого зависит его жизнь".

Галина с тревогой посмотрела на часы: шесть минут седьмого. Неужели Томпсон заложил в гостинице мину? Но зачем? И почему вдруг ему захотелось сохранить жизнь Юрию? Но это очень хорошо, очень... Надо спешить. Нет, спешить нельзя: Томпсон приказывает позвонить ему ровно в семь. И через полчаса Юрий должен быть здесь. Ах, как мало времени ему оставил Томпсон. Юрий может замешкаться, задержаться в гостинице... Еще целых пятьдесят пять минут ждать...

Галина вышла на многолюдную улицу, медленно пошла вдоль рядов магазинов. Глаза смотрели на вещи, выставленные в витринах, но не видели их. В голове гвоздем засела тревога...

Без двух минут семь она вошла в телефонную будку, стоявшую на площади, где останавливался заводской автобус...

Юрий принадлежал к разряду тех людей, которые упорно добиваются признания своих трудов, но, добившись признания, начинают с необыкновенной придирчивостью пересматривать свои труды, выискивать слабые места и тщательно исправлять их. Ему не хватало дня, он сидел вечерами и ночами. Он упорно добивался, чтобы ему разрешили взять чертежи "Соленоида" на дом, суток на двое, трое.

- За это время я успею много сделать, - уверял Юрий Арбалетова и начальника отдела Никифора Тарасовича Житкова. Однако все усилия Курганова были напрасны: Житков и Арбалетов наотрез отказались выдать ему чертежи на дом. Но все же Юрий не успокоился, опять просил разрешения взять чертежи хотя бы на одну ночь, и все-таки добился своего: чертежи разрешили взять.

В пять часов Юрий забрал папку с чертежами "Соленоида" и, крепко зажимая ее в руке, заспешил домой. Войдя в комнату, он запер дверь на ключ и засел за работу.

Он так увлекся работой, что не сразу услыхал негромкий стук в дверь. Открыл - за дверью стояла тетя Глаша, коридорная.

- Вам звонят, - сказала она.

Юрий, заперев папку в стол и закрыв дверь на ключ, направился к телефону, стоявшему на столике дежурного по коридору. Трубка лежала на зеленом сукне стола.

- Я слушаю, - сказал Юрий, взяв трубку. - Да, Курганов... Кто, что? Галя? Здравствуй, Галочка! Откуда ты звонишь? Из Айлы? Неужели! Постой, постой. Как же ты очутилась здесь?.. Ну, конечно, хочу увидеть тебя. Сейчас?.. В театр?.. - Юрий озабоченно потер ладонью лоб, бросил взгляд на дверь своей комнаты. Потом решительно тряхнул головой и торопливо сказал: - Хорошо, еду! Немедленно!.. Да, да, сейчас же. Хорошо, хорошо, через пять минут уже буду выходить из гостиницы... Ладно, сойду на площади, жди.

Юрий положил трубку на рычаг аппарата и побежал к себе. Он был и рад предстоящей встрече с Галиной, и в то же время недоволен тем обстоятельством, что пришлось прервать работу.

- Ну, ничего, - бормотал он, быстро надевая новый костюм, - ночью посижу побольше, наверстаю.

Посмотрел на часы - было десять минут восьмого. Вполне можно успеть к началу спектакля...

Глава 7

Первая попытка

Гарри, согласно инструкции Томпсона, ходил купаться на море два раза в день: в шесть часов утра и в пять часов дня. Последнее время он редко видел шефа купающимся, но сегодня, придя на берег в. пять часов дня, сразу же приметил его: он стоял в море по пояс и плескал воду на грудь.

Заметив Гарри, Томпсон окунулся и поплыл. Гарри не спускал с него глаз, делая это незаметно для окружающей публики. А шеф сигналил: "Сегодня в восемь часов вечера. Чертежи в гостинице у Кур. Доставить в пещеру".

Искупавшись, Гарри побродил по городу, потом зашел в читальный зал санатория, а оттуда отправился в свою комнату. Шел нарочно медленно, чтобы больше людей видело, что он идет к себе. Запер за собой дверь, прислушался все спокойно. Выждав минут пятнадцать, открыл дверь на балкон и по ветке дуба спустился на землю. Спустя некоторое время он уже шагал по улицам к шоссе. Доехав на попутной машине до остановки "Гостиница", он проводил грузовик глазами, делая вид, что закуривает, и, скрываясь за кустарником и камнями, стал подкрадываться к зданию гостиницы. За неделю он успел хорошо изучить все подступы к ней, рассмотрел в бинокль с бухты балкон, дверь, ведущую в комнату Курганова; узнал, в какой комнате живет Курганов и на какой балкон выходит его дверь. Придумал он и способ проникнуть в комнату инженера: подняться на балкон с помощью шеста, отпереть дверь отмычкой - и дело в шляпе. Шест он приметил во время одной из своих прогулок к гостинице: на стене сарая, стоявшего возле дома, висели на крючьях багры, лопаты, топоры и другой противопожарный инструмент. Рукоять одного из багров и должна была послужить шестом...

Тем временем Томпсон наблюдал за автобусной остановкой на театральной площади. Галина прогуливалась по тротуару и с волнением поглядывала на часы. Голове было больно от овладевших ею мыслей. Они как бы сплелись в тугой комок и давили на виски. Ум говорил ей одно, сердце подсказывало совсем противоположное. Уже в который раз она боролась сама с собой, желая и не решаясь открыться Юрию, как отвратительно, как подло она поступает, предавая Юрия, любимого человека! Надо кончать с этим. Но как? Томпсон следит за ней и наверняка прикончит ее, стоит лишь ей попытаться связаться с органами безопасности. Правда, можно написать письмо... Пожалуй, это идея, надо иметь ее в запасе... Как долго тянется время... Да, она так и поступит, только бы Юрий не разлюбил ее, только бы не стал презирать. Это было бы хуже смерти... Может, молчать и как-нибудь самой отделаться от Томпсона? Ах, что же делать? Где же автобус?

Когда подошел очередной автобус, она подбежала к нему и с надеждой заглянула в окна, стала жадно всматриваться в людей, выходивших из машины... Но Юрия нигде не было видно.