Николай Грязнов - За дверью в лето

Сама Таира лишь слегка улыбнулась словам нового воздыхателя и взглядом поторопила ученика, который от амурных потрясений почти перестал жевать. Рамзес поддержал свою подопечную словесно, напомнив, что им пора идти в зал и переходить к тренировке атакующих действий. Кузьма высказал пожелание отправиться с новичками, поскольку у бригады был выходной день, но получил четкий отказ от дядьки:

— Извини, Ромео, но потерпи с ухаживаниями до обеда, нам работать надо.

— Да я даже глядеть в ее сторону не буду, — поклялся балагур.

— Кто тебя знает. Может у тебя и взгляды такие же косые, как глаза, — Багир поддержал Рамзеса, и обиженный Кузьма остался в расположении бригады.

В зале оказалось пусто, Рамзес с Алисой укрылись за большими полупрозрачными щитами с очень слабым пропусканием в астральном пространстве. Защита была настолько глухой, что Роджер едва различал искорки наставников. Мишени находились внутри огромных аквариумов с каким-то голубоватым газом и представляли собой, по словам дядьки, коробочки с насекомыми. Совокупность их сознаний создавало слабенькое свечение в духовном пространстве. Газ был нужен для фиксации попаданий, он каким-то образом усиливал вспышки молний. Использование насекомых было вызвано тем, что они были менее всего чувствительны к возмущениям в астрале среди условно разумных существ.

Старый гард встал за пульт управления стендом, и мишени начали двигаться по весьма замысловатым траекториям. Наставница отдавала команды и анализировала ошибки в поведении воспитанника, пытавшегося научиться управлять импульсом ментальной энергии. Первые полчаса у него вообще ничего не получалось, скорее всего, оттого, что он попытался одновременно жонглировать эмосом. В результате пару раз его молнии даже полетели в сторону защитных щитов, подтвердив необходимость их присутствия в тренировочном зале. Кончилось тем, что Таира запретила ученику крутить маятник, и у него появились робкие успехи в прицельном молниеметании.

После первых попаданий они сделали перерыв на отдых и восстановление сил Роджера. Новобранец всячески пытался уверить учителей, что он готов продолжать тренировки, но дядька оказался неумолим:

— Я знаю, что ты молод и полон сил, но для успешного обучения нужна свежесть, поэтому после каждого часа тренировки будут двадцать минут перерыва. Да и нам с Алисой отдохнуть не помешает.

— Это точно, — согласилась наставница. — Возвращаясь к нашему утреннему разговору, ты всерьез считаешь, что договориться с кобортами по-хорошему не удастся?

Роджер понял, что он проспал кое-что из интересного, а Рамзес, блаженно растянувшись на матах в углу зала, ответил:

— Мое мнение большой роли не играет, но как ты себе представляешь такую картину? Некоторые наивные бранды, никогда не имевшие слуг, шаблонно считают четлан какими-то роботами, действующими строго по алгоритму. А ведь это живые разумные существа, и не надо пытаться подчеркивать собственное превосходство, употребляя термин "полуразумные". Наличие или отсутствие третьей сигнальной системы не свидетельствует об избранности расы. Среди четлан, помимо ручных кобортов, хватает и агрессивных диких. Впрочем, прирученные тоже к нам относятся хорошо, лишь пока им активно промывают мозги. Даже если мы сумеем договориться с властями, где гарантия, что их диссиденты не организуют свой Храм, своеобразный ку-клукс-клан для тайной борьбы с леомурами? И что мы им противопоставим?

— Ну, если мы договоримся с правительством, их могут объявить их вне закона.

— Могут, но никто не станет всерьез бороться против своих в пользу чужих, а мы при этом потеряем право копаться в мозгах четлан, иначе договориться вообще не удастся.

— Что же делать?

— Не знаю. Это ты спрашивай у Привратника, а я просто старый бывший гард, приставленный к вам в качестве дядьки. Меня учили не философствовать, а защищать.

— Для простого гарда ты очень неплохо излагаешь и аргументируешь.

— Думаю, что в этом нет ничего удивительного, — не выдержав, вмешался в диалог Роджер. — У Рамзеса было немало времени поразмышлять, пока он скрывался от гильдии и больше года молчал в Храме. Да и собеседники ему все время попадались интересные: Хесус, Учитель, Привратник.

— Ну, с вашим духовным наставником общаться приходилось не так уж и часто, ему ж никто не приказывал опекать меня.

— Извини, дядька, за прямой вопрос, — все-таки решился спросить ученик. — Мне только так кажется, или ты действительно относишься к идеологии Храма скептически?

— Если бы я был фанатиком, то меня давно бы перевели в боевые монахи. Но все прекрасно понимают, что гарды воспитываются в духе здорового скептицизма и практицизма, чтобы на них невозможно было воздействовать идеологически.

— Постой, — удивилась Алиса. — Но ведь никто не знал, что ты бывший гард.

— Не знали подробностей моей истории, но скрыть от Привратника службу в гильдии было невозможно.

— Получается, ты вообще не бранд. Но что тогда делаешь в Храме?

— Кого интересует идеология, если я обрел здесь свой дом?

Несколько минут новички молча обдумывали слова дядьки, но вопрос, заданный в конце концов начинающим храмовником, оказался совсем из другой области:

— А почему ты говоришь, что нам нечего противопоставить диким четланам? Почему мы не можем использовать ментальные молнии против них, или они устроены по-другому?

— Все разумные существа устроены схожим образом, только размеры у всех разные и чувствительность к возмущениям в астрале неодинакова. Как правило, чем крупнее особи, тем прочнее связи. Чтобы просто оглушить среднего четланина, пять-шесть сильных лиатов должны сформировать строй. В одиночку никаких шансов.

— А шорги?

— Что шорги?

— С ними можно справиться?

— Они все разные, те породы, которые выводились специально для борьбы с брандами, практически неуязвимы для ментальных ударов. У них связи, как канаты.

— Что, никаких шансов?

— В одиночку? Либо удирать, либо бить когтями по глазам, если бежать некуда.

— А можно действовать тоньше, обманом?

— В драке обманом? Ну, не знаю, попробовать можно, только что это даст, не понимаю.

— Есть приемы и против шоргов, только их отрабатывать долго, — вмешалась Алиса. — А тебе пока надо простейшие удары освоить. Перерыв закончен.

Следующий час Роджер отрабатывал точность поражения движущихся мишеней, при этом Рамзес постепенно наращивал скорость их перемещения и усложнял траекторию. Наставница очень едко комментировала промахи, но при этом давала дельные советы по исправлению просчетов, поэтому к концу часа ученик метал молнии, практически не задумываясь. После очередного философского перерыва началось обучение координации астральных движений, что заняло весь этот день и половину следующего.