Иван Мак - Хмеры на Дентре

− Мой отец Джек Мейколи. − Сказала Лайма. − Он был первым физиком в колонии до того момента пока его не решили убить.

− Невероятно. − Произнес Джек.

− Родилась я в городе. Не в каком нибудь, а в Столице. Мне было семь лет, когда нам пришлось уйти в лес. Я, мои отец с матерью и Наер, друг отца. Наер учил меня жить в лесу. Отец учил меня физике и математике, а мать рассказывала историю, учила меня писать и читать, пересказывала самые разные повести и романы, которые детям полагалось читать в школе. − Джек слушал это раскрыв рот. − По моему, нам пора спать. − сказала она.

На утро поезд прибыл в Столицу. Городу так и не придумали название и называли Столицей как много лет назад.

Лайма ходила по улицам вместе с Джеком. Пару раз их останавливала полиция. Джек показывал свой документ и этого хватало. На третий раз их все же доставили в полицейский участок. Дрейд еле удержал Лайму от сопротивления полиции, а там все были словно взведенные и словно желали вынудить женщину сопротивляться.

Все прекратилось после того как Джеку удалось добраться до телефона. Он дозвонился до Менгора Слейда, помощника Президента, и тот лично приехал в участок, а затем устроил разгон полиции. Лайма некоторое время смотрела на это, а затем сама вылила на полицейских такой поток ругани, что те опешили.

Менгор Слейд так же заслушался ее речью и она оборвала ее почти на полуслове увидев его взгляд.

− Я что-то неправильно сказала? − спросила она его.

− Ты, случайно, не с Планеты прилетела? − спросил Слейд. Планетой все люди называли свой родной дом.

− Нет. Я случайно наслушалась бреда одного человека, который прилетел с Планеты.

− Это кого? − удивленно спросил Джек.

− Его. − ответила она, торкая в Джека пальцем.

− Когда это я такое говорил?

− Когда лежал в пещере и говорил во сне. Не знаю с кем ты там воевал, но ругался ты просто ужасно.

Слейд рассмеялся.

− Так и в чем же дело? − спросил он у Джека.

− Кое кто здесь считает, что документы растут в лесу на деревьях и каждый, кто приходит в город оттуда, обязан их представлять. − ответил Джек.

− Так она дикарка что ли?

− Она зверюга. − сказала Лайма. − Я Лайма-Тигрица.

− Ба-а! − воскликнул Слейд. − Ну, если так, тогда все в порядке. − Слейд сам написал для Лаймы бумагу, поставил собственную печать и передал ее Лайме. − Это твой документ. − сказал он. Лайма приняла его и стала разглядывать. Она повернула его одним боком, затем другим и взглянула на Слейда.

− Грамматика у вас явно хромает. − сказала она. − Две ошибки в одном документе, это многовато.

− Какие ошибки? − удивленно спросил Слейд. Лайма показала лист и ошибки, которые нашла.

− Вот черт. − произнес Менгор Слейд.

− Ладно. Для меня и такой сойдет. − сказала Лайма, сворачивая лист. Она спрятала его под свою шкуру и усмехнулась глядя на Слейда.

− Не понимаю. Ты из леса пришла или из университета?

− Из университета через лес. − ответила она и человек усмехнулся.

− Ладно. Полагаю, мы можем быть свободны? − спросил он с язвой у полицейских.

− Да. − ответили те.

Они вышли на улицу и Слейд предложил Джеку и Лайме подвезти их куда нибудь. Они согласились, а в машине решили заехать прямо к Президенту. Слейд позвонил ему и Орсен Марьеро назначил время для встречи. До него еще было время и Джек с Лаймой решили погулять, договорившись о месте и времени встречи со Слейдом.

Их встречали Орсен Марьеро, Менгор Слейд и еще несколько человек имевших высокие посты.

Кто-то прочитал речь, в которой вспоминались старые заслуги Джека Дрейда, а затем Президент поздравил его и вручил награду, которую, как оказалось Джек не получил раньше из-за того что прибыл не с первой группой. Теперь же его поздравляли как человека прибывшего в Колонию раньше остальных.

А затем слова коснулись и Лаймы-Тигрицы.

− Вашего отца звали Джек Мейколи? − спросил Ллойд Хорс.

− Да. − сказала Лайма.

− Значит, по отцу вы Лайма Мейколи?

− Да.

− Вы знаете как звали вашего деда?

− Одного Саар, другого Мейс.

− А прадеда по отцовской линии?

− Холлем.

− А пра-прадеда?

− Вы скажите сразу до какого поколения мне называть имена?

− С момента прибытия в Колонию.

Лайма рассказывала несколько минут, называя самые разные имена и говоря что с кем стало. Кто-то умер сам, кто-то был убит, кто-то пропал без вести… Она рассказала почти всю свою родословную и люди удивленно переглядывались.

− Я думаю, ни у кого больше нет сомнений? − спросил Ллойд Хорс, взглянув на людей.

− В чем дело? − спросила Лайма.

− Вы Лайма Мейколи из рода Тентаров. Судя по всему, вы единственная законная наследница престола Империи Сааткеров.

− Империи Сааткеров не существовало. − сказала Лайма. − Это была выдумка Бери Ксерронга.

Люди переглянулись.

− Господи, Лайма. − Проговорил Джек. − Империя Сааткеров, это единствнная страна на Планете, которая до сих пор еще не побеждена зверями.

Лайма усмехнулась.

− Что смешного? − Спросил Джек.

− Смешно то что вы все смотрите на меня так словно я одна виновна в том что зверям не удается завоевать Империю Сааткеров. Что бы вы ни хотели от меня по ее поводу, я не смогу вам ничем помочь.

− Ты сможешь помочь, если тебе известен Знак Ключа Сааткеров.

− Знак Ключа Сааткеров непердаваем никому. − ответила Лайма.

− Как это непередаваем? − спросил Ллойд Хорс.

− Это значит, что его невозможно никому передать. Никому, кроме прямого наследника престола Империи Сааткеров.

− Но вы сказали, что это выдумка.

− Разумеется. Империя это выдумка. И Знак Ключа тоже выдумка. Потому его и невозможно передать, что его нет.

− Но вы же говорите, что его можно передать прямому наследнику.

− Вы знаете физику несуществующих миров? − спросила Лайма.

− Как это несуществующих миров?

− Так. Физика несуществующего мира. Несуществующий мир, несуществующая Империя, несуществующий Знак Ключа. И так далее. Ничего нет. А то чего нет, невозможно передать, если только это не производится в несуществующем мире. А в нем вас нет, значит, я не могу ничего вам передать там. Не понятно?

− Но Империя Сааткеров это реальность, а не несуществующий мир.

− Какова бы она ни была, она не связана с несуществующим миром несуществующей Империи.

− От этого Ключа зависит судьба всех людей. − сказал Ллойд Хорс.