Джон Браннер - Поймай падающую звезду

— Креоан! — услышал он голос Чалит; из-за волос, упавших на глаза и придавленных сетью, она не могла увидеть, что происходит. — Креоан! Я ничего не вижу! Что случилось?

— На нас напали человек пятнадцать, — откликнулся он. — Паро-Мни, ты знаешь много здешних языков, не так ли? Попробуй поговорить с ними!

Паро-Мни, забывший от страха все, что знал, все-таки собрался с духом и дрожащим голосом произнес несколько фраз, но дикие существа не обратили на него никакого внимания. В то время как один из них с копьем наготове сторожил путешественников, а другой держал конец сетей, трое, включая самого высокого, которого Креоан считал вожаком, с любопытством изучали лагерь, сворачивая палатки, прыгая на переносных кроватях, шаря в мешках. Однако все это делалось в полном молчании, и только Паро-Мни нарушал тишину, продолжая произносить приветствия на всех известных ему языках.

— По-моему, ты зря стараешься, — сказала Кионг-Ла усталым голосом. — Вряд ли они могут тебя услышать. Посмотри, кажется, у них нет ушей!

И действительно, уши на узколобых лохматых головах дикарей отсутствовали. Как бы компенсируя это, природа подарила им огромные глаза: белки в форме правильной окружности располагались вокруг черных центров, очевидно, зрачков.

— Как это может быть? — изумился Паро-Мни.

— Многие цивилизации в прошлом пытались изменять наследственность человека, — сказал Креоан. — Возможно, это результат наполовину удавшегося эксперимента.

— Но откуда они взялись? — воскликнула Чалит.

— Я думаю, из этого чертова леса, — откликнулся Ху. — Такие руки, как у них, просто необходимы, если они живут на верхушках деревьев.

— Похоже, что скоро мы удовлетворим свое любопытство, — грустно пошутила Кионг-Ла.

Закончив осмотр лагеря, тот, которого Креоан называл про себя вожаком, сделал странное движение рукой и ткнул указательным пальцем в сторону леса. Ху оказался прав. Ночные мародеры подхватили сети, которыми были стянуты путешественники, просунули сквозь ячейки копья и двинулись вниз с холма, причем часто они вместо руки использовали свободную ногу, и наоборот.

— Кажется, метеоритное предсказание сбывается, Креоан, — сказала Чалит.

— Какое предсказание? — заинтересовался Ху.

— Я так и не мог решить, в какую сторону нам идти, — ответил Креоан, — и стал ждать, куда покажет первый же метеор своим хвостом — на север или на юг. И представь, одновременно появилась дюжина, если не больше, метеоров, и все показали на лес!

— Глупости! — проворчал Паро-Мни. — Обычное суеверие!

— Суеверие или нет, — сказала Кионг-Ла, — но к лесу мы теперь действительно привязаны.

Лес, несомненно, был домом для этих людей, и, когда их окружили деревья, они расслабились, забыв об осторожности, которую соблюдали на открытом месте. Они по-прежнему не разговаривали, но весело раздвигали ветки со звуком, напоминающим щелканье кнута, тревожа и пугая остальных обитателей леса. Со всех сторон слышались звериные крики, пронзительный визг, низкое утробное урчание.

Дикари уверенно шли по знакомым местам, и Креоан даже не сразу заметил, что они оторвались от земли и теперь поднимались вверх, шагая по чему-то, напоминающему горную тропинку. Не замедляя хода, они шли по веткам — от одной к другой, от дерева к дереву, дергая и раскачивая сетки, в которых лежали связанные пленники. Вскоре они бесцеремонно свалили их на площадке квадратной формы длиной примерно в двадцать шагов. Звезды снова появились над головами друзей, а внизу, насупившись, стоял лес, темный, как подземный тоннель.

Креоан, сделав энергичный рывок, ухитрился сесть как раз в тот момент, когда последний из носильщиков, совершив фантастический прыжок через черный провал, ухватился за сук и исчез из поля зрения.

Они остались одни. Теперь можно было попытаться избавиться от сетей и обсудить ситуацию. Креоан первым высвободился из сети и поспешил на помощь Чалит, но ей уже тоже удалось распутаться. У нее все было в порядке, и только кожа в некоторых местах оказалась растертой сетью.

У Паро-Мни была вывихнута кисть руки, но остальные были целы и невредимы. Осторожно, не зная, чего ожидать, они поднялись на ноги.

— Из чего это… эта площадка? — спросила Кионг-Ла. — Какая она упругая и, по-моему, не слишком прочная.

Креоан потрогал площадку рукой.

— Это циновка из сплетенных ветвей, — сказал он. — Похоже, она нас выдерживает, но все-таки лучше стоять на середине.

— Конечно, лучше, — пробормотала Чалит. — Когда я смотрю вниз, у меня обрывается сердце.

— Эти деревья высотой футов в сто, — сказал Креоан. — И насколько я понимаю, в пределах досягаемости нет ни одной ветки достаточно крепкой, чтобы нас выдержать. Вы же видели, как эти древесные люди прыгали отсюда вниз?

— Что это? — вдруг закричала Кионг-Ла.

Что-то вылетело из темноты и с глухим стуком упало у ее ног. Она отпрянула назад, но в то же мгновение снова что-то мелькнуло в воздухе. Пять непонятных предметов, один за другим, упали на циновку. Ху громко втянул ноздрями воздух.

— По-моему, это еда! — воскликнул он и осторожно взял упавший предмет. — Да, кусок какой-то жирной еды, завернутый в листья.

— Значит… — Паро-Мни был испуган, но пытался взять себя в руки. — Значит они не собираются нас убивать?

— Неизвестно, — пожал плечами Ху. — Они могут откармливать нас, чтобы потом съесть.

Все разом замолчали — уж больно вероятной была версия Ху. Тем не менее они развернули свертки с пищей и обнаружили там маленькие ножки каких-то животных, густо смазанные горькой пастой непонятного происхождения. Ху попробовал кусочек и нашел, что это странно, но вкусно, и съел с аппетитом всю порцию, однако никто больше к пище не притронулся.

Вскоре еще один предмет упал на площадку — на этот раз с противоположной стороны. Новая «посылка» оказалась скорлупой ореха величиной с человеческую голову. С одного краю она была продырявлена и заткнута деревянной пробкой, на которой можно было различить следы зубов. Вероятно, пробку обкусывали до нужного размера.

В орехе была сладкая вода, и путешественники жадно выпили ее, не оставив ни капли.

Креоан все-таки попытался посмотреть вниз: там была черная бездна. Он вздохнул и отказался от мысли спуститься, даже если их противники ослабят бдительность. Однако прилетевшая к ним пища ясно показывала, что за ними наблюдают с еще более высоких деревьев.

По-видимому, древесные люди были ночными существами — Креоан догадался об этом по их огромным глазам и способности обходиться без света: им вполне хватало мерцания звезд. Надо было дождаться рассвета, прежде чем принимать какие-либо решения.