Джон Ринго - Когда дьявол пляшет

С самого первого контакта с послинами О’Нил занимал командные должности. В первые дни они зачастую сваливались на него неожиданно. И в отличие от Хорнера, перед войной у него не было времени освоиться с грузом ответственности или научиться маленьким хитростям командиров, помогающим справляться с нагрузкой. В результате его методы управления психологическим настроем шли в неожиданных и, предположительно, не слишком здравых направлениях.

Без вопросов, ему пора отдохнуть.

— Доброе утро, Майк, — сказал генерал.

— Обратите внимание, сегодня вторник, — сказал майор, поднимаясь. — И хотя мы не в Сиракузах, это не наша вина; меня проинформировали, что дальнейшее продвижение невозможно «с точки зрения тылового обеспечения». Спасибо за поддержку танками, кстати.

— Все нормально, — сказал Хорнер. — Мы взяли Саванну. И хочешь верь, хочешь нет, проблем нет по всем Восточным Соединенным Штатам. Худшее, о чем мне приходится беспокоиться, — это сфера в Джорджии, которая ведет себя не так, как полагается.

Командир ББС повернулся и посмотрел вверх на значительно более рослого генерала.

— Так вы говорите, что мы отправляемся на запад?

— Нет, — сказал Командующий Континентальной Армии. — Вы никуда не отправляетесь. Только назад в Буффало минимум на неделю ОиВ [18].

Майк нахмурился.

— Харрисберг?

— Атака отбита. И мы ухитрились доставить защитникам необходимое снабжение, так что теперь они снова в отличной форме.

— Роанок?

— Двадцать второй бронекавалерийский снова захватил передовые позиции. И послины, похоже, зализывают раны. На самом-то деле им ничего другого и не осталось, так как генерал Абрахамсон порвал их в клочья. Как следует подсчитать у него не получилось, но все выглядит так, что они потеряли там свыше двух миллионов. Лучше, чем Ричмонд.

— Чаттануга?

— Никаких поползновений за пару месяцев.

О’Нил подергал броню за ворот и нервно покрутил шеей.

— Калифорния?

— Много недель никакой активности, — вздохнул Хорнер. — Майк, тебе нужно отдохнуть. Ты сидишь, положив ноги на труп послина, и орешь «отсоси» командирам корпусов.

— Вы слышали об этом? — спросил майор без тени раскаяния. — Он это заслужил. Мы были готовы выступить уже два часа, когда показались его первые подразделения.

— Наверное, — признал Хорнер. — Но тебе все же нужен отдых. Хотя времени поехать повидаться с Кэлли у тебя не будет. Это ничего?

— Да, — сказал командир ББС, оглядываясь кругом, словно пробудившись ото сна. — Я просто… Я просто не знаю, что делать, Джек!

Хорнер фыркнул.

— Держи батальон наготове, суточной готовности вполне достаточно. Я скажу Дункану; он разберется с деталями. Поезжай в Буффало. Раздобудь зеленую выходную форму, побряцай медалями, прочисти трубы. Ты вдовец, а не аскет.

— Это бессердечно, Джек, — сказал О’Нил с ноткой гнева.

— А это как раз то, что до тебя еще не дошло, — ответил генерал. — Война бессердечна. А ты должен быть еще бессердечнее.

— Да уж, — сказал Майк, проводя по лицу бронированной перчаткой и с отвращением глядя на голову бого-короля. — Может быть, пара пива и вправду не повредит.

— Две недели, — сказал Хорнер. — А потом та сфера в Джорджии. Я хочу, чтобы ты ее пощупал. Я приказал командиру местного корпуса послать туда команду ПДР Флота, но они, похоже, не движутся. Поэтому возьми пару недель. Кроме того, мы одерживаем верх в партии с «ШеДо», и я послал «ШеДо» Девять на помощь Четырнадцатому. Если две «ШеДо» не смогут управиться, какой смысл посылать ББС, верно?

— О’кей, — сказал О’Нил. — Обстановку я понял.

Он бросил последний взгляд на болота и холмы на востоке.

— Хотя в целом, думаю, я предпочел бы оказаться в Джорджии.

— Ты нужен мне дееспособным, Майк. Эта война уже стоила нам многих хороших солдат.

Майк кивнул и поскреб одну из новых царапин на своем скафандре. Нанниты в конце концов ее заделают, но ремонт оставлял заметные глазом следы вроде шрамов, немного отличающихся цветом. Признак того, что скафандр побывал в деле.

— Вы вправду сказали тому полковнику с «ШеДо» меня переехать? — спросил он.

— Кто? — нахмурился Хорнер. — Я? Как ты мог подумать?

— Это было чертовски жестоко, — проворчал Майк. — У меня засорилась половина портов.

— Да ладно тебе, Мощный Мышь, — сказал Хорнер, хлопнув скафандр по плечу. — Ты нуждался в хорошей драке. Работенка была нелегкой, но кто-то должен был ее сделать.

Мюллер распластался на склоне над дорогой Крик-роуд и с кислым видом разглядывал мост.

Остальная команда находилась рядом, лежа на обнажении аспидного сланца, откуда одновременно были видны дамба и мост. Весной или летом дамбу было бы не видно с покрытого смешанным сосново-лиственным лесом склона, а с дамбы не видно было бы, кто на склоне. Но осенью от постороннего взора команду скрывали только камуфляж и неподвижность. Отсюда следовало, что переход по мосту окажется делом непростым.

Вытекающая из-под дамбы река огибала склон, на котором они находились, отклоняясь немного на восток, затем снова выпрямлялась, образуя букву «S». Мост перечеркивал середину этого «S» и с дамбы был почти не виден. На северной стороне дороги стелилась низкая поросль белой сосны, начинавшаяся в двадцати метрах от обочины и простиравшаяся до самой кромки воды. Полосу отчуждения дороги, судя по ее виду, не расчищали еще со времен, предшествовавших нашествию, и она густо заросла бурьяном и кустами ежевики. Укрытие в низине было гораздо лучше, чем где-либо на склоне.

На «ближней» стороне реки стояла небольшая электростанция, которая, судя по всему, еще работала. По крайней мере ведущую к ней дорогу недавно выровняли грейдерами, металлическая ограда выглядела отремонтированной. Если бы ею не пользовались, послины, вероятно, давно бы ее размонтировали.

После долгих лет опыта Мюллер не сомневался, в каком направлении двинется Мосович, но ему хотелось удостовериться.

— Ну? — шепнул он.

Разрисованное камуфляжной краской лицо Мосовича некоторое время оставалось неподвижным, затем он сморщился. Переправа ставила две проблемы. Первую представлял собой склон, который был не только открытым, но и чертовски крутым. Большинство гражданских назвало бы его отвесным, но на самом деле он являлся просто очень крутым и лесистым склоном, вполне стандартным для Аппалачей. Деревья сами по себе уменьшат трудность спуска, к тому же склон пересекали оленьи тропы и пара просек, напоминавших старые трелевочные дороги. За исключением Николса, команда потратила достаточно времени на карабканье вверх-вниз по подобным склонам, так что они стали ничем не хуже солдат любых горных частей в мире, за исключением, возможно, гурков. Поэтому они сумеют с ним справиться. Но он все же оставался чертовски крутым, а это означало возможность получить травму по пути вниз.