Грег ИГАН - Журнал «Если» 2008 № 07

– Привет, Гидеон, – произнес я с экрана. – Добро пожаловать в «Напоминание». Если ты смотришь эту запись, значит, вероятно, пытаешься восстановить долговременную память, которую преднамеренно удалили из коры твоего мозга. Поскольку я не могу предвидеть, какие именно воспоминания ты потерял, извини, если буду сообщать известные факты.

Изображение моего прежнего лица помолчало, словно я-прежний дожидался ответа.

—   Валяй дальше, – повторил я.

—   Тебя зовут Гидеон Джесмонд, – произнесло мое прежнее лицо. – Ты родился в земной колонии на Европе в 2089 году. Твои родители были офицерами…

—   Пропустить, – скомандовал я. На несколько секунд воспроизведение ускорилось, а затем звук и изображение на экране вернулись к норме.

—   …прибыл сюда, на Летею, в колонию землян, – сообщал я-прежний. – Однако ты построил собственное обиталище с управляемой атмосферой, чтобы защитить свою жизнь от чужих глаз и свести к минимуму контакт с другими колонистами. Летея – частично тер-раформированная планета, обращающаяся вокруг желто-оранжевой звезды 82 Эридана, спектральный тип G5, 19,8 световых лет от земного Солнца. Нашим кораблям даже на максимальной скорости требустся больше трех световых лет пути в подпространстве, чтобы добраться до Летеи от…

—    Пропустить, – перебил я себя, и снова моя мимика и голос на экране ускорились.

—    …еще до тебя на Летею прибыли другие колонисты – для сбора местной флоры. В частности, почки одного летейского растения на Земле ценятся за…

—    Пауза, – скомандовал я, сосредоточился и попытался проверить, способен ли вспомнить, что было дальше. Да. Способен.

«А если бы мы сами могли лепить свои воспоминания? Если бы можно было перемотать пережитое и решить, что сохранить и запомнить, а что удалить без сожаления? Каждый из нас помнит что-то такое, что хочется стереть, сделать несделанным… Воспоминания, которые нужно вырвать с корнем и сбросить в темнейше-глубочайшую пропасть забвения…»

Оставив запись на паузе, я закрыл глаза и попытался восстановить в памяти следующий кусок.

Экосистема Летеи схожа с земной. Черт возьми, природу Земли она напоминает гораздо больше, чем родной мир щелкунов… По крайней мере, если исходить из того, что мне удалось узнать об этом месте. Прилетев на Летею, я обустроил свое обиталище на травянистой равнине центрального континента, биом которой почти не отличается от прерий Северной Америки. В исконной пищевой цепочке этой планеты нет эволюционного лидера: когда сюда явились первые колонисты с Земли, они не нашли здесь гуманоидного или эквивалентного ему вида, который можно было бы поработить, как ацтеков, или перебить, как аборигенов Тасмании. Мы осторожно ввезли сюда земную флору и фауну, познакомив их с новой планетой на ограниченном пространстве. Кто-то из тех, кто попал сюда раньше меня, выяснил, какие из местных видов обедопригодны.

Есть на этой планете одно местное лиственное дерево: кто-то из колонистов-ботаников дал ему латинское название, но я его не помню, а люди на Земле называют его иначе.

Амнезийное дерево. Прежде чем планету официально назвали Ле-тея, один из первых колонистов обнаружил, что из листьев этого дерева, высушенных и заваренных кипятком, получается вкусный чай, который вызывает легкую эйфорию. А потом уже кто-то другой выяснил, почему, когда попиваешь этот чаёк, становится так хорошо… Заметьте: не каким образом, а почему.

Он стирает неприятные воспоминания. Облегчает депрессии. Смягчает разочарования. Не существует какого-то главенствующего принципа, который контролирует утрату отдельных воспоминаний (по крайней мере, его пока не обнаружили), но употребление амне-зийного чая приводит к постепенному освобождению от нежелательных воспоминаний. Ты сохраняешь то, что хочешь помнить – свое имя, жизненно важные факты, приятную ностальгию, – но понемногу обнаруживаешь, что эмоциональная память обо всем болезненном, о том, на чем все время зацикливаешься, сама тихонько отвязалась от твоего мозга и, сделав ручкой, выскользнула вон.

На Земле и в других колониях люди готовы платить мегакреды за сушеные листья амнезийного дерева, которое пока упорно отказывается расти где-либо, кроме Летеи. Перевезенные на Землю прутики и черенки не прижились. В колонии на Центавре коллектив целого лесопитомника самым тщательным образом воссоздал биомы Летеи… и только затем, чтобы понаблюдать, как посаженный ими амнезий-ный сад чахнет и погибает.

Я открыл глаза и явственно кивнул, чтобы датчики движения продолжили воспроизведение «Напоминания». Еще одна перемотка, а затем…

—    …риехал сюда, на Летею, чтобы произвести собственные эксперименты, – с полуслова продолжил мой более юный вариант. – Гидеон, в то время как другие колонисты изучают воздействие амнезийного дерева на человеческую память, ты совмещаешь результаты их исследований с собственными разработками в области нанотехники, чтобы выяснить, возможно ли направить процесс забвения на какие-то конкретные воспоминания, по требованию…

—    Пропустить! – перебил я, пролаяв команду резко и отрывисто, чтобы перемотанный кусок оказался короче. Я уже просмотрел базовые сведения «Напоминания»; дальше шли мои лабораторные и дневниковые записи.

—    …перименты дали гораздо более успешные результаты, – произнес я-прежний с экрана монитора. – В качестве объектов исследования выступили я сам и добровольцы из числа колонистов.

Человек на экране, я-прежний, протянул к монитору правую руку. С его пальцами все было в порядке, кисть целехонька. Как когда-то у меня… Он закатал рукав, чтобы продемонстрировать маленькое красное пятнышко – след от укола на локтевом сгибе, прямо над срединной веной.

– Я ввел в свой кровоток десять кубиков наноботов, – поведал мой голос с экрана. Эту часть я не помнил, так что слушал внимательно. – Эти наноботы не воспроизводятся и сами собой распадутся на триглицериды и другие безвредные составляющие.

Мой более юный двойник на экране поправил рукав, после чего сделал глоток из чашки. Интересно, зачем? Чтобы проиллюстрировать свои слова или просто захотел пить? Что-то не помню я такой записи…

—   Потягивая отвар амнезийного листа, я делаю сознательное усилие, вызывая в памяти конкретное воспоминание: некий неприятный опыт, который я хочу навсегда удалить из своего мозга. – Я-прежний поставил чашку и облизнул губы. Вместо лица на экране появилась какая-то схема. – Это активизирует синапсы в гиппокампальном отделе мозга, высвобождая матричную РНК: а именно, молекулы белка альфа-кальций кальмодулин-зависимой киназы, тип II. Это также провоцирует возбуждение синапсов в извилинах коры головного мозга, где хранится долговременная память. Наноботы определяют местонахождение РНК-переключателей в протеин-кодирующих генах моих дендритов… но только в постсинаптических дендритах заданных синапсов. Наноботы нейтрализуют РНК-переключатели 3'UTR в заданных генах, высвобождая протеиновые ингибиторы в корковых синапсах и предотвращая синтез а-СаКМП мРНК в…