Роберт Шекли - «Если», 1992 № 04

— Вы просили дать вам знать, если поступит хорошо одетый пациент без документов.

Клиффорд отодвинул бумажки и вскочил на ноги.

— Откуда он?

— Его обнаружили на Пэддингтонском вокзале около часа назад. Мы пробуем поддержать его с помощью кислорода, но он в очень тяжелом состоянии. У него доктор Маккаферти.

Это значит, что предстоит спор, мрачно подумал Клиффорд. Впрочем, положение было таково, что любые средства оправдывали цель — разгадку тайны этой болезни.

Новый пациент лежал в помещении, которое недавно было переоборудовано из приемной в палату. Маккаферти склонился над больным с фонендоскопом. У пациента было характерное обескровленное лицо, и даже на расстоянии нескольких ярдов Клиффорд слышал хрипение в его груди.

— Клифф, я ничего не понимаю, — сказал Маккаферти. — Судя по состоянию, в котором он сейчас находится, его должны были госпитализировать неделю назад. Ума не приложу, как он добрался до поезда!

Клиффорд внимательно разглядывал пациента.

— Никаких документов не нашли? — спросил он у медсестры.

— Никаких. При себе он имел только пятифунтовую банкноту, немного мелочи и билет до Лондона. Ни бумажника, ни ключей, даже носового платка.

— Платок был ему необходим, чтобы содержать в порядке свой нос, так, по-вашему? — с мрачным юмором заметил Маккаферти.

Клиффорд глубоко вздохнул.

— Ладно. Позвоните в Скотланд-Ярд, позовите к телефону инспектора Теккерея из отдела по розыску пропавших без вести. Запомнили? Скажите ему, что к нам поступил один из загадочных пациентов, и попросите немедленно приехать сюда.

Сестра кивнула и поспешила к телефону.

— Что там насчет Скотланд-Ярда? — поинтересовался Маккаферти.

Клиффорд пропустил его вопрос мимо ушей.

— Как думаете, нам удастся разговорить этого пациента?

— Что?!

— Вы же слышали, что я сказал! — рявкнул Клиффорд.

— Да, но… — Маккаферти облизнул свои толстые губы. — Думаю, можно высушить его трахею, дать ему лошадиную дозу стимулятора, например, РП-икс… Но, черт побери, это же наполовину сократит его шансы остаться в живых!

Он взглянул Клиффорду прямо в глаза.

— Я бы сказал, что вы буквально подписываете ему смертный приговор.

— Знаю, — ответил Клиффорд. — Но этот инспектор Теккерей занимается выяснением личностей более чем ста подобных пациентов, прибывших в Лондон с запада и не имеющих при себе документов. Есть основания считать их переносчиками болезни. А еще мне кажется, что они знают об этом.

— Что? — голова Маккаферти дернулась назад, как у цыпленка с перерезанным горлом.

— У меня нет доказательств! — резко сказал Клиффорд. — Но вы, очевидно, слышали о том, что кто-то учинил погром в лаборатории фирмы «Кент Фармацевтикалз»? И о взорванном в Лондонском аэропорту самолете, в котором прибыли американские биохимики вместе со своей лабораторией? Разве это не наводит на мысль, что кто-то старается помешать нашей борьбе с Чумой?

Повисло напряженное молчание. Затем Маккаферти сказал:

— О'кей, Клифф. Вы боретесь с этим микробом уже не первый месяц, а я только что прибыл сюда. Но я достаточно наблюдал за вашей работой, чтобы не сомневаться: у вас имеются веские причины поступать так, а не иначе. Если это повлечет за собой осложнения… — он поколебался, — то я разделю их с вами. Это справедливо?

— Более чем, — ответил Клиффорд и пожал ему руку.

Они знали, что пациента непросто будет привести в сознание, и перенесли его в операционную, где имелось реанимационное оборудование. Когда приехал Теккерей, Клиффорд вывел его в коридор и объяснил всю рискованность шага, на который они идут.

Когда он кончил, Теккерей сказал:

— Что ж, я готов взять на себя половину ответственности. После инцидента с самолетом у нас практически не осталось сомнений в том, что имеет место целенаправленное распространение заразы. Министр внутренних дел уже собирал по этому поводу начальников полиции, а министр здравоохранения разослал циркуляр во все медицинские учреждения. Нас, конечно, это тоже коснулось, поскольку мы регистрируем все случаи подобного рода, — он указал большим пальцем на дверь операционной. — А что именно вы собираетесь предпринять?

— Пренеприятные вещи, — ответил Клиффорд. — Начать с того, что он едва может дышать, и нам придется высушить его трахею. Далее, микроб атаковал его нервную систему, и… Короче, можно до вечера объяснять, что инфекция делает с человеческими нервами. В общем, это самый короткий путь, которым она убивает. Так что нам придется ввести в его спинной и головной мозг стимулятор РП-икс, после чего между микробом и стимулятором начнется битва не на жизнь, а на смерть за власть над его синапсисами. Если повезет, у нас будет пятнадцать минут, чтобы допросить его, прежде чем он полностью отключится и вернется в то состояние, в котором находится сейчас.

Из операционной послышался голос Маккаферти:

— Клифф, вы готовы?

— Иду, — ответил Клиффорд. — Проходите дезинфекцию, надевайте халат и входите.

— Вы слышите меня? — спросил Клиффорд человека на операционном столе.

После того, как Маккаферти и медсестры десять минут напряженно работали над ним, пациент, наконец, шевельнулся и провел языком по губам. Его голову пришлось закрепить, потому что возле шейного позвонка через трубочку в спиномозговой канал поступил раствор РП-икс. На всякий случай Клиффорд предложил привязать его руки и ноги, прекрасно понимая, что едва ли желал бы себе самому такого пробуждения. Но он вспомнил о Лейле и Роне и о том, что человек, распластанный на столе, может быть убийцей.

На мгновение глаза пациента приоткрылись, но, увидев перевернутые лица врачей в белых масках, он с хрипом схватил ртом воздух и снова сомкнул веки.

— Доктор, взгляните! — резко сказала медсестра, наблюдавшая за энцефалограммой.

Клиффорд и Маккаферти одновременно обернулись к дисплею. Маккаферти присвистнул:

— Черт возьми, я слышал о таком, но собственными глазами видеть не доводилось.

Клиффорд подавленно кивнул. Линия на экране выравнивалась буквально на глазах.

— Подобному может быть только одно объяснение. Он приказывает себе умереть. И мы должны остановить его! Сестра! Неоскон — десять кубиков!

— Десять? Но, доктор…

— Я сказал десять, значит — десять! Быстрее!

Сестра все еще колебалась, и Клиффорд с проклятьями бросился к препаратам и схватил шприц. До сих пор он не слышал, чтобы кто-нибудь вводил неоскон одновременно с РП-икс, но предполагал, что результат будет радикальным, возможно, даже трагическим.