Виталий Забирко - Везде чужой

- Ве-есёлый разговор, - протянул Таксон Тей.

- Вот! - неожиданно рассмеялся Таксон-первый. - Сколько раз давал себе слово не воспринимать наше общество серьёзно, и столько же раз срывался. Кстати, вода-то вскипела.

Он извлёк из-за кресла две кружки и налил в них кипятку.

- Уж не обессудьте, угостить нечем.

Таксон Тей взял в руки кружку.

- Почему - не серьёзно? - спросил он.

- Потому, что театр абсурда нельзя воспринимать с этих позиций. Можно свихнуться. Когда я был таким же молодым, как вы, я чуть не перешагнул эту грань.

Он подул на воду и отхлебнул из кружки.

- Эх, какими мы были! - мечтательно протянул он. - Горластыми да самоуверенными. Запальчивыми. Какие речи говорили...

Он поставил кружку на пол, выудил из бумажного хлама позади себя замызганную, ветхую от частого употребления папку и раскрыл её. В папке находились такие же ветхие, чуть ли не распадающиеся, зачитанные до дыр газетные вырезки.

- Вот послушайте. "...Кто-то из классиков литературы сказал, что лучший способ избавиться от перхоти - гильотина. Но это вовсе не означает, что невозможность применения такого метода исключает другие способы. Наши же новодемократы исходят именно из этого принципа - если общество равных строилось гильотинным способом, то и идея его неверна. А между тем новодемократы столь же разительно не соответствуют основам демократии, как свергнутые и затоптанные республиканцы - идеям общества равных..." Или вот ещё: "...Я согласен с материалистами, что материя первична, а сознание вторично. Но в жизни человека первичной должна быть духовность, а материальное благосостояние лишь сопутствовать. Только тогда человек из животного становится разумным существом..." Нет, о каких высоких материях мы говорили с трибун, и сколь высокопарным слогом!

Таксон-первый швырнул папку на пол и снова взялся за кружку. Из папки выпал листок и спланировал к ногам Таксона Тея.

- А хорошо - горяченького! - воскликнул старик, прихлёбывая из кружки. - Между прочим, это всё я, - с наигранным кокетством заявил он. Детские игры в сорокалетнем возрасте... К счастью, я их скоро забросил и "ударился" в науку.

Таксон Тей поднял листок.

"До боли нежен яблоневый цвет в лучах заходящего солнца.

Завтра он опадет.

Так и мы умираем", - прочитал он.

Он протянул листок старику.

- А это уже дряхлый Таксон, - мельком глянув на строчки, сказал старик и небрежно швырнул листок на хлам позади себя.

- Как я вижу, - Таксон Тей обвёл глазами комнату, - ваше "ударение" в науку прошло с тем же успехом.

- Почему же, - безразлично пожал плечами Таксон-первый. - Как раз с большим. Вы слышали о теории прозрачности?

- Да.

- Вряд ли. Скорее всего, просто пользовались некоторыми бытовыми предметами, становящимися по вашему желанию прозрачными.

Таксон Тей сдержался. Действительно, откуда старик мог предположить, что боевику известна одна из канонических теорий оптики.

- Если бы вы знали нелинейную оптику, а, тем паче, теорию прозрачности, то вспомнили бы, что в основополагающей формуле есть установочный коэффициент между длиной волны излучения и размерами электронного облака молекулы. Так вот, этот коэффициент носит название коэффициента прозрачности Таксона.

"Вот это да!" - изумился Таксон Тей. Теорию прозрачности он знал, но не в местной интерпретации.

- А как же тогда объяснить всё это? - он снова обвёл глазами комнату.

- А! - небрежно махнул рукой Таксон-первый. - Обыкновенно. В нашем обществе плодами науки в первую очередь пользуются так называемые "оборотистые люди". Я к их числу не принадлежу.

И в этот момент Таксон Тей уловил какое-то движение в прихожей. Он настроился и "увидел" там статс-лейнанта Геннада с пистолетом в руке.

"Да, - восхитился он, - голова у статс-лейнанта работает неплохо! Знает, где меня искать..." Он проник в мысли Геннада и понял, как тот собирается его арестовывать. План статс-лейнанта был прост. Не надеясь ни на свой пистолет, ни на свою реакцию - слишком сильное впечатление в его памяти оставил побег Таксона Тея из тюремного вагона: ничего не помнящий начальник караула, впечатанные в металл решётки следы рук, - статс-лейнант уповал лишь на узы клонового родства Таксонов. Поскольку для клона потеря одного из членов равносильна потере части тела для обыкновенного человека, он надеялся, что, пригрозив Таксону-второму смертью Таксона-первого, ему удастся арестовать его. Геннад, конечно, не знал, что вовсе не клоновое родство связывает Таксонов, не догадывался и о том, что Таксон-второй может легко стереть это знание из его памяти, но в одном Геннад был прав, подставить под удар жизнь лейб-физика Таксон Тей не смог бы.

Таксон Тей уже собрался аннулировать в сознание статс-лейнанта знание о двойниках Таксонах, как вдруг обнаружил, что о нём известно ещё одному человеку. И этот человек обладает сильными психокинетическими способностями и поставил жёсткую блокаду в памяти Геннада о себе.

И тогда Таксон Тей сдался.

- Входите, Геннад, - громко пригласил он. - И спрячьте свой пистолет, он вам не понадобится. Я сдаюсь.

Таксон-первый, собиравшийся продолжить воспоминания, икнул и с недоумением уставился на своё "эго". А когда в дверях появился статс-лейнант с пистолетом в руке, в глазах лейб-физика мелькнул страх. Страх человека, давно ждущего, когда за ним придут и со всей строгостью беззакония потребуют отчитаться в своих убеждениях.

- Это за мной, - успокоил его Таксон Тей и встал.

Статс-лейнант открыл было рот, но Таксон Тей опередил его.

- Я знаю, статс-лейнант, что вы хотите сказать. Поэтому сопротивления оказывать не буду. - Очень не хотелось Таксону Тею, чтобы лейб-физик знал о их психологическом родстве. - Да спрячьте вы, наконец, свой дурацкий пистолет!

Геннад растерянно опустил пистолет в карман.

- Послушайте, Таксон, - проговорил Таксон Тей. - Извините нас за сцену из театра абсурда, разыгранную в вашем доме. Разрешите на прощанье один вопрос?

Таксон-первый сдержанно кивнул.

- Вы действительно верите в свою теорию стадного общества?

Таксон-первый невесело улыбнулся.

- Я не верю ни во что. И ни в кого. Но то, что на бойню стадо ведёт вожак-козёл, есть непреложная истина.

Глаза старика по-плутовски блестели. Нет, не боялся никого дух лейб-физика. Трепетало лишь его тело.

- Спасибо, - кивнул Таксон Тей и, подхватив под локоть статс-лейнанта, вывел его в прихожую.

Геннад опомнился только на улице.

- Стойте! - запротестовал он, вырвался, отстегнул от пояса наручники и с профессиональной сноровкой защёлкнул их на запястьях подследственного.

- Ну что вы, статс-лейнант, - укоризненно пожурил его Таксон Тей. Вы же прекрасно понимаете, если понадобится, это меня не остановит.