Лестер дель Рей - Псиматы

— Понял, понял. Но мне нужно время.

— Неужели для такого красавчика, как ты, пятьдесят тысяч могут оказаться проблемой? Черт с тобой, даю неделю для того, чтобы со всем разобраться.

«Если через неделю меня не отправят на тот свет», — подумал Гарри.

— Согласен, — сказал Аллигатор. — Могу я считать, что мы все уладили?

— Ты отмажешься, только когда принесешь баксы! А теперь катись отсюда.

— Ладно, я уйду, только сперва мне нужно поговорить с Элен.

— Еще чего?! — взъерошился бармен. — А в попочку тебя не поцеловать?

«Все-таки редкостное дерьмо», — подумал Бронсон, вперив тяжелый взгляд бармену в челюсть.

— Я хотел бы поговорить с Элен, — как можно более спокойно повторил Аллигатор. — Прошу вас. — Бронсон вытянул из кармана сотенную и пошуршал перед носом Боба.

Почтительное обращение возымело надлежащее действие:

— Ее смена начинается через четверть часа, можешь подождать вон там. Бармен указал пальцем на самый темный угол. — Давай сюда деньги.

Владелец «форда» «выручал» Гарри во второй раз — если бы не пятьсот долларов, обнаруженных в бардачке, то на бармена пришлось бы воздействовать не силой убеждения, а силой мордобоя.

«Жадная недобитая гадина», — мысленно охарактеризовал собеседника Аллигатор и протянул руку с купюрой:

— Держите.

Бармен высокомерно зацепил бумажку, сложил пополам, достал из внутреннего кармана пиджака портмоне, положил ее в большое отделение и запер на молнию.

Гарри сел за столик и стал ждать. Время шло медленно, нехотя переваливаясь с минуты на минуту. В конце концов Гарри начал беспокоиться минуло уже по крайней мере полтора часа, а ее все не было. Бронсон не выдержал и подошел к стойке.

— Наверное, заболела, — недовольно проворчал бармен, прочитав угрюмый вопрос в глазах Бронсона.

— Не могли бы вы дать мне ее адрес? — Бронсон вновь изучал подбородок Боба. — Я был бы вам очень признателен.

Бармен счел за благо не связываться и нацарапал на мятом клочке бумаги: «5-я авеню, 43, 3-й этаж, квартира 50».

— Много вас тут шастает, — проворчал Боб. — Смотри, если что не так…

Бронсон почувствовал укол в область сердца:

— Вы что, давали адрес еще кому-то? — с плохо скрываемым ужасом спросил он.

— Тебе-то что?

Бронсон глубоко вздохнул и щелкнул суставами пальцев.

— Ну, приперся тут один бритый. — Бармен почувствовал, что сейчас его начнут бить. — Ты чего завелся-то?

Бронсон повернулся и опрометью бросился вон.

«Смотри, не поскользнись, Ромео!» — заржал вслед бармен.

25

Элен Палермо принимала душ, когда в дверь позвонили.

— Подождите минутку! — крикнула она сквозь шелест воды и, накинув купальный халат, выпорхнула из ванны.

Зябко пожимая плечиками, Элен вбежала в прихожую. От маленьких босых ступней на линолеуме остались мокрые следы.

«Не забыть бы протереть», — подумала девушка и взглянула в глазок. На лестничной площадке стоял бритоголовый мужчина внушительных габаритов. Элен от неожиданности отпрянула от двери:

— Что вам надо? — спросила она. — Я вас знаю?

Мужчина прильнул к двери и прошептал:

— Я пришел к тебе, детка, хочу тебя!

— Уходите, я вызову полицию, — испуганно пролепетала девушка. — Сейчас же, слышите?

В ответ на это незнакомец облизал глазок и гаркнул:

— Сколько ты стоишь, только скажи, все будет.

Элен страшно разнервничалась — она и так опаздывала на работу, а тут еще этот тип. «Немедленно возьми себя в руки, — сказала она себе. Успокойся!»

Она досчитала до десяти и спокойно, как ей казалось, произнесла:

— Я вызываю полицию, мистер, у вас будут серьезные неприятности.

Мужчина немного отошел в глубь площадки, чтобы его можно было разглядеть во всей красе, и, поправив что-то между ног, прошипел:

— Ладно, я ухожу, черт с тобой.

«Вот идиот, — подумала Элен. — Пора увольняться из бара — липнут всякие придурки».

Работой она была недовольна, сноровистые клиенты после второй порции виски так и норовили залезть под юбку. «Решено, сегодня же возьму расчет».

Элен скинула халатик и посмотрела на себя в зеркало — точеная фигурка выглядела очаровательно. Она прижалась к холодному стеклу и поцеловала свое отражение.

— Им есть на что западать. — Элен повернулась боком к зеркалу. Маленькие упругие ягодицы, словно половинки яблочка, аппетитно вспыхнули на фоне отражения тонущей в хаосе комнаты. Элен провела рукой по телу. Ее кисть скользнула по шее, спустилась на грудь и, описав долгий полукруг, ушла в бесконечность.

Элен надела белые кружевные трусики, тонкие и прозрачные, и блузку прямо на голое тело — она любила, когда сквозь шелк просвечивает грудь. Пройдясь по комнате балетным шагом, она некоторое время размышляла о том, какие все мужики подонки, сволочи и дебилы, а затем втиснула нижнюю половину тела в безумно узкую миниюбку и принялась накладывать макияж. Элен покрыла губы огненно-красной помадой, подвела глаза и припудрила маленький носик. Оставшись вполне довольна полученными результатами, она побросала в сумочку из крокодиловой кожи всякие женские мелочи и вышла из квартиры.

Вернее, хотела выйти. Как только Элен щелкнула замком, ее втолкнули обратно. Все произошло так быстро, что девушка не успела пикнуть.

Бритоголовый облапал ее и впился липкими губами в ее губы. Он засунул язык ей в рот, а рукой проникал в самые интимные закоулки ее тела. От ужаса и отвращения Элен не могла даже кричать.

Ублюдок достал нож и принялся гладить им лицо Элен.

— Я знаю, тебе понравится, — пускал слюни бритоголовый. — Знаю.

Элен не могла шелохнуться, ей казалось, что тело одеревенело.

Внезапно в дверь позвонили.

— Ты, шлюха, пискнешь — убью! — прошипел подонок и приставил нож к горлу девушки.

Звонок повторился.

— Стой тихо, если жить хочешь! — приказал бритоголовый.

Гарри ощущал присутствие зла. Сперва он списал это на нервы и мнительность, но после того, как хозяйка не появилась и после второго звонка, он понял: в квартире происходит что-то страшное. Аллигатор немного отошел назад и прямым ударом ноги распахнул дверь.

Бритоголовый прикрывался Элен, как живым щитом.

— Опять ты, гнида! — рявкнул он, признав в Бронсоне попутчика. — Всех порешу!

Аллигатор вмиг сообразил, что ситуация не из простых — любое энергичное действие с его стороны неминуемо повлечет за собой смерть девушки. Бронсон решил пойти другим путем:

— Ты, тварь поганая! — Аллигатор попытался воздействовать на психологические комплексы недочеловека. — Да я тебя на куски порву. Давай, прирежь эту сучку, чтоб под ногами не путалась, и чисто разберемся.