Эдмунд Купер - «Если», 1996 № 03

Петрина поцеловала его.

— Лудд милостив, такое время придет. Ты только возвращайся, Кирон. Возвращайся — и все.

Потом он и Эйлвин сели в «Месть мисс Фитзалан» и еще раз проверили странное содержимое лодки. Убедившись, что запасы угля, фляги с водой, бурдюки с китовым жиром, веревки и пропитанные китовым жиром тюки соломы находятся на своих местах, лодка заполнена доверху, а кое-что даже свисает с бортов на специальных крюках, Кирон подкинул углей в медник и принялся раздувать мехи. Шар поплыл вверх, после чего его зафиксировали на веревке, привязанной к ярму под лошадиными животами. Фантастический караван тронулся с места. Лошади храпели и вскидывали морды, сопротивляясь непривычному грузу, тянущему их вверх, что было, безусловно, противно природе вещей.

Кирон хотел как можно ближе подвезти шар к кораблям. Потом он отпустит причальную веревку, и с этого момента все будет зависеть от удачи, умения, судьбы. Кентигерн, Исидор и пешие солдаты останутся наблюдать за происходящим — если не нападут пираты. Иначе им придется отойти к Аранделю и следить за шаром в подзорную трубу.

Через Арандель странная процессия проследовала без всяких приключений, потревожив только крыс и чаек, доклевывавших пиратов, погибших от огня тележек.

Мимо замка «Месть мисс Фитзалан» проплыла достаточно высоко, Кирон и Эйлвин смогли заглянуть за его стены.

Ветер шевелил огромную кучу пепла — все, что осталось от погребального костра.

— Спи спокойно, любимая, — прошептал Кирон. — Сегодня мы посчитаемся.

Колонна пересекла холм, спустилась по мосту через Арун и вышла на дорогу к морю.

Стоял волшебный день. В такой день хорошо бродить по низинам и восхищаться красотами природы, рисовать картины, молоть зерно или ковать плуг в кузнице. Это был день для созидания. И тем не менее… Тем не менее бывают дни, когда прежде, чем созидать, надо разрушить.

— Как чувствуешь себя, Эйлвин? Не холодно? — Кирон заставил товарища надеть тулуп из козлиной шкуры, догадываясь, что на высоте ста и более метров над морем будет холодно.

— Нормально, Кирон. Как ты?

— В порядке. Сегодня мы нанесем страшный удар.

Эйлвин поежился.

— Нам повезет, Кирон?

— Положись на меня. Если Кентигерн и Исидор выведут нас на правильный ветер, я гарантирую тебе успех.

— А если не выведут?

— Тогда мы ударим в другой день.

Все, однако, шло хорошо. Все шло хорошо, пока до Литтл Хэмптона не осталось два километра. Именно там они столкнулись с первыми патрулями Адмирала Смерть. Пиратов было немного, от силы дюжина.

Пешие солдаты вступили в бой. Луки и арбалеты против мушкетов и арбалетов. Семнадцать арандельцев пали, уничтожив двенадцать пиратов. Но не раньше, чем те успели подать предупредительный сигнал.

Перегнувшись через борт лодки, Кирон кричал Кентигерну:

— Времени нет. Уходите с дороги и идите на запад. Мы должны встать точно по ветру.

— Надо позаботиться о раненых, — кричал в ответ Кентигерн.

— Нет времени. Уходите с дороги. Оставьте нескольких человек, если так надо, но немедленно уходите на запад.

— Черт бы тебя побрал, Кирон. Ты жестокий человек. Разве ты не слышишь их криков? — Слышу. Давайте на запад. Не теряйте времени.

— Нет.

— Тогда пеняй на себя, дурень! — взорвался Кирон. — Если ты сейчас же не повернешь на запад, я выплесну на тебя огонь, который припас для пиратов. — С этими словами он поджег от медника факел и поднес его к пропитанному китовым жиром тюку соломы, свисающему с борта лодки. — Ты слышишь?

— Слышу, будь ты проклят во веки. Расчет еще впереди.

— Воистину впереди, — спокойно ответил Кирон. — Поворачивайте на запад.

Кентигерн прокричал команду. Оставшиеся в живых солдаты, человек семь или восемь, кинулись помогать раненым. Кентигерн и Исидор развернули лошадей и двинулись на запад. В конце поля им попался высокий забор.

— Прыгайте, — крикнул Кирон, — шар вас вытянет!

Он махнул Эйлвину, и тот закачал воздух в первый медник. Кирон принялся раздувать четвертый. Угли разгорелись, веревки натянулись, и шар дернулся вверх. Почти одновременно Кентигерн и Исидор пришпорили коней перед преградой и плавно перелетели через забор.

Эйлвин и Кирон обнялись. Теперь, когда Кентигерн и Исидор скакали по полю, шар ритмично раскачивался, но без рывков, веревки натягивались и провисали в такт конскому бегу. Даже Когда всадники прыгнули на два метра, сидящие в лодке почувствовали лишь плавный подъем и спуск.

Кирон не сводил глаз с кораблей в Литтл Хэмптоне — до них оставалось километра два. Он видел также, что от Литтл Хэмптона к уничтоженному сторожевому пункту несутся вооруженные люди на лошадях.

— Скорее! Пираты выслали всадников. Мы должны успеть встать по ветру.

Кентигерн задрал вверх побагровевшее злое лицо.

— Далеко еще, ты, чокнутый?

— До середины соседнего поля. Там я уточню направление.

Следующий забор оказался невысок. Лошади легко перенеслись через него. «Наверное, такого в Британии еще не видели, — возбужденно подумал Кирон. Два всадника тащут за собой шар, напоминающий чудовищных размеров воздушного змея. Под шаром подвешена лодка, а в ней два парня — все, что смог выставить Арандель против боевой мощи Адмирала Смерть».

Он громко расхохотался.

Эйлвин с тревогой взглянул на него.

— Ты что, Кирон? Если ты видишь что-нибудь смешное, скажи мне. Я бы многое дал, чтобы уметь смеяться в такой ситуации.

— Посмотри на корабли.

— Я видел. Сила.

— А теперь посмотри на нас.

Эйлвин посмотрел: на шар, на Кирона, на лодку с ее содержимым, на всадников внизу… И тоже расхохотался.

— Кирон, дружище, ты, видно, рехнулся, когда придумывал эту авантюру, а я — когда согласился в ней участвовать. Это действительно смешно. Смотримся мы по-дурацки.

— Не по-дурацки. Грандиозно. Эйлвин тяжело вздохнул.

— Хороший выдался день для смерти.

— Сегодня смерть не для нас, дружище. Мы будем убивать.

— Я предвижу смерть.

— А я — уничтожение.

— Эй, болтуны! — крикнул Кентигерн, остановив лошадей. — Мы вышли на ветер?

Кирон бросил в воздух кусочек бумаги, и тот медленно полетел в сторону Литтл Хэмптона и скопившихся в бухте кораблей, но не в самый их центр.

— На край поля!

Кентигерн с ругательствами пришпорил коня. Исидор не отставал от него ни на шаг.

Кирон снова оторвал кусочек бумаги, и на этот раз тот полетел в нужном направлении. «Только бы не переменился ветер, — прошептал про себя Кирон. Только бы он не переменился в ближайшие полчаса, больше не надо».