Уэн Спенсер - Оборванный след

Он заметил, что ведущие на верхний этаж ступеньки отделаны твердой древесиной, которая не подходила по цвету к полам внизу. На самом чердаке пол вообще устилала настоящая мозаика из самых разных пород дерева.

— Тоже остаток? — Он указал на пригнанные рядом доски из вишни и белого дуба.

— Именно. — Сэм вытащила с полки голубую фланелевую рубашку. — Я купила ее для своего бывшего, но не успела подарить. — Укия смотрел на нее недоумевающе, и молодая женщина пояснила: — Надень ее. Ты не полезешь ко мне в койку в этих грязных шмотках.

Потолок треугольником уходил вверх. Вдоль стен стояли низенькие комоды из кедра. Пока Укия робко стягивал окровавленную рубашку, Сэм сняла покрывало с огромной кровати, достала из ящика свежие простыни и застелила постель, стараясь не смотреть, как он переодевается. Укия не справлялся с пуговицами из-за кошмарной дрожи в пальцах. Молодая женщина подошла ближе, убрала его руки и сама расстегнула ему рубашку.

— Помочь развязать шнурки?

Он взглянул на свои ноги, стоящие слишком далеко.

— Наверное.

Сэм едва успела подхватить Укию, а то бы он плюхнулся на чистую постель в грязных штанах. Она расстегнула молнию, стащила джинсы до колен и усадила парня на кровать. Сэм уселась на корточки, чтобы снять с него ботинки, лицо ее было хмуро, как будто она ожидала от него каких-то нежелательных поступков.

— Ни слова...

О нем? Наверное, это как-нибудь связано с сексом, но он все равно ничего не понял. Окончательно раздев юношу, она посмотрела на него еще более мрачно.

— Ты ведь не собираешься умереть у меня в кровати?

— Нет. — По крайней мере в его планы это не входило.

— Ладно, залезай.

Изможденный Укия заполз под одеяло, а Сэм выключила свет и пошла вниз, захватив предварительно пижаму. Он не мог сразу же уснуть, находясь в совершенно незнакомом месте; до его чуткого слуха донесся шелест воды в душе. Сэм почистила зубы, вышла из ванной, погасила свет на первом этаже, погружая домик в полную темноту. Она прошлепала босыми ногами по лестнице и улеглась на другую сторону кровати. От нее пахло фруктовым мылом, мятной зубной пастой, кожей, холодной сталью и оружейным маслом.

— Хочу тебя предупредить, — прошептала она. — Я всегда сплю с пистолетом.

Отлично. Значит, бояться нечего, даже если кто-то выследил путь в тайное убежище.

Еще несколько минут прошло в полной тишине и неподвижности, и Сэм вытянула теплую руку. Укию била дрожь, и она подкатилась ближе и осторожно обвилась вокруг юноши. Тепло ее тела смягчило боль.

ГЛАВА 10

Суббота. 28 августа 2004 года

Голубые горы. Восточный Орегон

Укия проснулся, когда Сэм выскользнула из постели и тем самым лишила его грелки. Он перегнулся через край кровати, отыскал брошенную вчера одежду, вытащил из кармана телефон и позвонил Максу.

Тот взял трубку на третьем звонке.

— Привет, малыш, как дела?

— Последние несколько дней я чувствую себя воздушным змеем. — В этот момент на первом этаже зашумел душ. — Тонкие фанерки и бумага, связанные веревками.

Макс рассмеялся, но в голосе слышалась усталость.

— Как Крэйнак?

— Они запретили ему шататься по лесам в поисках Алисии, — ответил Макс. — При этом говорят, что для полного выздоровления ему нужно только время.

— Ты сам еще в больнице?

— Нет. Они вышвырнули меня часа в два. Пришлось поболтаться по городу, пока не нашел свободную комнату в мотеле. Записался под подставным именем. — Значит, Макса одолел очередной приступ паранойи. — А ты где?

— В доме Сэм. Это в горах, примерно полчаса езды. Говорит, что никто не знает, где она живет.

— Ага, говорит. Теперь и ты усвоил, что такое паранойя.

— У меня хороший учитель.

— Ты готов сегодня работать?

— Наверное.

— Ты одет?

— Нет. Сэм только что вылезла из кровати, и я проснулся. Она сейчас в душе.

— То есть тебе понадобится как минимум час, чтобы добраться до города. Кровати? Вы что, спите вместе?

— Домик очень маленький. Думаю, твоя спальня больше всей этой хижины, вместе взятой.

— И нет дивана? Ни раскладушки?

— Нет.

— Кровать большая?

— Огромная.

— Ладно. — Макс уже переключился на другой предмет. — А ты не заглядывал в ежедневник Алисии?

— Я его пролистал.

— Отлично! Я разузнаю, можно ли нам снова вселиться в «Красного льва» или какую-нибудь другую приличную гостиницу. А то здесь слишком людно. Еще придется связаться с конторой по прокату машин. Они не слишком-то обрадуются, но нашей вины тут нет. Надеюсь, у них найдется свободное авто на замену.

— А почему мы не можем обойтись одним «блейзером»? У Сэм вот есть джип...

— Нет, не пойдет. Я люблю, когда у каждого своя машина. Вчера с одним «блейзером» нам бы пришлось туго.

Укии пришлось согласиться.

— И какой же план?

— Приезжай в Пендлтон. А я возьму еще одну машину и проведаю Крэйнака. Если ты видел ежедневник Алисии, можно попробовать его восстановить. Наверное, там было что-то, что вывело бы нас на похитителей, и поэтому они забрали его.

— Попытаться в любом случае стоит. — Благодаря фотографической памяти воспроизвести содержание ежедневника будет довольно просто. — Хочу позвонить сейчас Индиго, рассказать, как дела.

— Отличная идея. Она может обеспечить прикрытие, если местные следователи начнут копаться в нашем прошлом.

Укия поморщился.

С тех пор как Индиго узнала об инопланетных родственниках Укии, она постоянно подвергала риску свою репутацию, чтобы помочь ему. Она уничтожила копию контракта, который Макс подписал для ФБР, и стерла все следы участия Укии в поисках пропавшего агента Уила Трейса. Приключение это завершилось тем, что Стая похитила Укию. Индиго никогда не документировала связь между Онтонгардами и Стаей. Она представила сумасшествие доктора Дженет Хейз, убийство полицейского, сжигание тела Хейз, похищение разнообразных агентов ФБР, в том числе и ее самой, как совершенно не связанные между собой дела и практически не имеющие шансов на разгадку.

Укия точно не знал, как именно Индиго объяснила свои рейды в трущобы к Онтонгардам и постоянные перестрелки в аэропорту. Но был уверен на все сто, что в докладе ее нет ни слова о ключе от марсохода, который Стая превратила в пережженный уголь в конце все той же недели.

Индиго объясняла и оправдывала свои действия тем, что просто не может спокойно смотреть, когда кто-то угрожает Укии и его семье. И все же юноша беспокоился. Ему очень не хотелось втягивать Индиго в дело, пока не настанет крайний случай.

— А зачем местным органам проверять наше прошлое? Мы же сами жертвы.