Гордон Диксон - Молодой Блейз

Данно направился к следующей двери, но Блейз вдруг повернулся, подошел к ближайшему столу и стал рассматривать гору еще не просмотренной корреспонденции.

– Данно Аренс! – воскликнула несчастная служащая, пытаясь закрыть обе груды бумаги руками.

Блейз посмотрел на Данно, который в ответ ехидно улыбнулся.

– Все в порядке, Ара, – произнес он. – Неужели вы забыли? Ведь это мой сводный брат и партнер! Пусть посмотрит.

Заинтригованный, Блейз начал перебирать письма. Все они были написаны кодом. Он бегло просмотрел взятую в руки пачку писем, положил их на место, затем улыбнулся Аре и отправился вслед за Данно, который уже входил в свой кабинет.

Данно уселся за большой стол, на котором теперь были уложены ровные пачки бумаг, примерно такой же высоты, как на столах в предыдущей комнате. Блейз занял одно из мягких кресел.

– Подожди минутку, – сказал Данно. Блейз наблюдал за тем, как Данно начал быстро просматривать бумаги. Читать так же быстро, как Блейз, Данно, впрочем, не мог, но, правда, и читал он только то, что заслуживало внимания. Закончив, Данно откинулся на спинку кресла и нажал кнопку на панели управления.

– Все в порядке. Ара, можете прийти и все забрать.

Вошла все та же служащая и собрала бумаги со стола Данно. Вежливо улыбнувшись Блейзу, она унесла их. Данно поднялся.

– А теперь я хочу, чтобы ты влился в ряды моих студентов.

Они вышли и затем в белом ховеркаре промчались по улицам, на которых стало оживленнее от появившихся после обеда машин, и наконец прибыли в уже знакомое Блейзу место – к жилому дому в довольно убогом районе. Они прошли по всем комнатам и обнаружили их обитателей только в спортивном зале, где те постигали боевые искусства под руководством тихого смуглого человека, ростом в пять футов и девять дюймов. Несмотря на малый рост, он производил впечатление очень сильного человека.

– Садись, – сказал Данно Блейзу, опускаясь на скамью возле стены. Блейз устроился рядом с ним.

Некоторое время они наблюдали за тренировкой. Блейза когда-то хоть и недолго, но все же обучали боевым видам спорта, в том числе – боевым искусствам, как традиционно земным, так и появившимся на других мирах. Насколько он понимал, молодые люди практиковались в одном из основных приемов дзюдо – броске за пояс.

Через некоторое время инструктор хлопнул в ладоши, и вся группа выстроилась вдоль зала.

– Рандори, – по-японски скомандовал он. – Пятнадцать минут. Хадзиме!

Так, подумал Блейз, вспоминая свое обучение дзюдо, этот сенсей – настоящий хранитель традиций, видимо, японец со Старой Земли.

Отойдя от учеников, инструктор направился к Данно и Блейзу.

Данно поднялся, и Блейз последовал его примеру. Приветствуя японца, Данно наклонил голову в коротком поклоне, и тот ответил ему тем же. Блейз, зная ритуал вежливости, поклонился еще ниже.

– Сенсей, – произнес Данно, – это мой брат, Блейз Аренс. Я был бы рад, если бы вы его подтянули до уровня ваших учеников или если он захочет, то и выше.

Темно-карие глаза сенсея взглянули на Блейза.

– Раньше его уже немного обучали боевым искусствам, – пояснил Данно. Блейз удивился: откуда его брат об этом узнал?

– Скажите мне, – обратился сенсей к Блейзу, – чему вас учили?

Блейз решил, что следует упомянуть только о традиционных системах, знакомых ему. Большинство инструкторов по традиционным искусствам с презрением относились к эклектическим и синтетическим системам боя, которые во множестве распространились на новых мирах. Блейз рассказал, что у него было несколько периодов обучения, причем самый длинный – три месяца; из них два периода он занимался дзюдо, один – каратэ и всего три недели – айкидо, которое ему понравилось больше всего.

– Ну а здесь я учу, – теперь сенсей обращался только к Блейзу, как будто Данно здесь не было, – тем же трем дисциплинам, которые вы назвали, и еще одной или двум менее известным. Это печально, что ваше обучение было таким бессистемным, но хорошо, что вы его начали в юном возрасте. Следовательно, у вас выработалось меньше дурных привычек, которые обычно требуется преодолевать при переходе к серьезным тренировкам. У вас есть до-дзи?

– Есть, – раздался голос Данно со скамейки. – Я положил его в шкафчик. Шкафчик номер сорок два.

– Наденьте его, – велел сенсей, – и посмотрим, помните ли вы, как надо падать.

Быстро переодевшись, Блейз вернулся и встал на прежнем месте, Данно куда-то исчез, и Блейз почувствовал, как его охватывает смущение. Сенсей, казалось, забыл о нем. Временами он ловил на себе короткие взгляды: присутствующие явно не испытывали к нему симпатии, скорее – недоброжелательность Но через некоторое время сенсей объявил перерыв и кивком подозвал к себе Блейза, а затем подвел его к высокому молодому человеку лет двадцати, широкоплечему, с копной светлых волос, ростом несколько ниже Блейза, но явно тяжелее его фунтов на двадцать.

– Это Иаков, – представил его сенсей, – Иаков, это Блейз. Я хочу, чтобы вы немного с ним поработали.

Иаков не улыбнулся Блейзу, а только наклонил голову в легком поклоне. Блейз ответил тем же.

Сенсей отошел назад и обратился к остальным:

– Сейчас мы будем отрабатывать приемы. За легким броском последует или «катами-ваза», или захват, либо «симе-ваза». Не сопротивляйтесь броску вашего партнера.

– Хадзиме! – Это была команда начать. Иаков улыбнулся – правда, не особенно приветливо или дружелюбно, и снова поклонился. Блейз тоже ответил поклоном и быстро восстановил в памяти некоторые правила: не захватывай ворот слишком туго, не отрывай от земли ноги, а только двигай ими, как бы скользя, почти танцуя.

Блейз попытался встать в позицию для основного броска. Рука Иакова, сжимавшая отворот его куртки, вдруг напряглась, и Блейз, споткнувшись, потерял равновесие и стал отклоняться назад. Он вопросительно взглянул на противника: ведь сенсей не давал команды начинать броски. Но лицо Иакова хранило невинно-безразличное выражение.

Блейз успокоился. Ладно, он, Блейз, так и быть, переживет первое падение. Иаков, однако, не делал попытки бросить его, а правой рукой стиснул отворот куртки Блейза так, что затянул ее ворот вокруг шеи противника. Блейз даже чувствовал давление костяшек пальцев партнера под подбородком. Хотя он больше и не держал отворот куртки Иакова, но никак не мог ослабить давление руки противника и вырваться. Блейз повернулся боком и рванулся вперед, пытаясь провести бросок.

Иаков в свою очередь отпустил левый рукав Блейза и схватил его за левый отворот, а правой рукой обхватил ему голову, продолжая при этом затягивать воротник. Затем свел вместе перекрещенные руки, пережимая этим движением сонные артерии Блейза. Блейз вспомнил название этого приема – «гяку-дзудзи-симе».