Владислав Романов - Замок с превращениями

- И вы бросили всех и скрылись... - подсказала Маша.

- Я звал Эльжбету ехать со мной, но она не захотела... Она вернулась в свой замок и последние годы жила там. К ней приезжал Томас, и она, конечно же, много рассказывала ему о тех временах, и в его несомненно одаренной голове и родилась эта гнусная история...

Азарий Федорович пожевал губами воздух.

- Но мы отвлеклись... Я пришел...

- Я знаю, не надо! - оборвала его Маша.

- Но я могу надеяться?.. - спросил Крюков.

- И обещать я ничего не могу! - твердо ответила Маша. - Я просто еще не знаю, как мне лучше поступить...

- Разве есть какие-то сомнения? - обидчиво проговорил Азарий Федорович, выдавив кривую усмешку.

- Есть... - прямо ответила Маша.

- Но милосердие!.. - заговорил Крюков. - Сейчас время милосердия! Если мы будем постоянно помнить о прошлом и не будем прощать, мы не сможем жить в мире! Только умение прощать, только терпимость и добрая память смогут уберечь мир от катастрофы. Зло порождает зло, и только. Твой отказ заставит и меня отказаться от прежних принципов - а я больше сорока лет не пользуюсь тайнами своего ремесла. Пойми меня правильно: я не ставлю условия, но я старейшина своего цеха Магов, и меня уже понуждают к поступкам. Либо-либо!.. Я же выбираю отказ и хочу удалиться на покой!.. Так ли это много?!

- Заслужили ли вы покой - вот в чем вопрос, - тихо сказала Маша, и Азарий Федорович вздрогнул от этих слов, настолько мудры и опасны они были для Крюкова. Он сам не раз думал над этим, но ни разу не мог ответить утвердительно. И теперь она думает над тем же, что и он.

Холодок пробежал по спине, и он зябко поежился, оглянулся, но форточка была закрыта.

- Если я заслужил прощение, значит, и покой, - ответил он.

- Если?! - вздохнула она. - А если нет?!

- Стоит, наверное, подумать и о судьбе твоего отца, - помолчав, холодно заметил Крюков. - У Эльжбеты есть три дня - именно столько осталось до конца мая... Если она не выберет себе спутника, то навсегда останется одна. А ведь вы, Машенька, допустили ошибку, дав отцу попробовать настой вербены и соединив, таким образом, его и Эльжбету. Если не я, то... - Крюков не договорил, выразительно посмотрев на Машу, и впервые за все время разговора почувствовал удовлетворение: он попал в точку!

- Ваш отец еще молод, энергичен, и преступно обрывать его жизнь в столь молодом возрасте, не так ли? - вздохнув, заметил Крюков.

Маша молчала, потрясенная этим сообщением. Крюков снова вздохнул, потом поднялся с кресла.

- Помните о милосердии, Маша, это очень важно для всех нас!.. произнес он и ушел. Несколько секунд Маша стояла у окна, не зная, что ей делать, потом вспомнила, что все в конечном итоге зависит от ее ответа. Если она скажет "да", Крюков станет жителем Вечерней страны, а они заживут по-прежнему. А вдруг Крюкова намеренно засылают туда, чтоб он устроил там приют для таких же злодеев, как сам. И тогда она разрушит покой тех, кто действительно заслужил его, кто всю жизнь творил добро и сейчас излучает его в пространство. А если оно лишится этих лучей, этой энергии, благодаря которой можно воспрепятствовать проникновению зла, то во что превратится их земная жизнь? В притон?.. В один огромный ГУЛАГ?.. - Маша вспомнила о морозном облачке, которое накрыло ее там, в Вечерней стране, когда она подумала плохо о Лаврове. Но ведь Креукс принесет с собой тысячи еще более страшных мыслей, и где гарантия того, что холод не превратит море и лес в ледяную пустыню?!

Вошел отец, протянул Маше книгу. Вид у него был растерянный.

- Это что, наш Крюков?.. - спросил он, отдавая книгу.

Маша кивнула.

Отец громко рассмеялся, потом нахмурился.

- И давно эта книга у нас? - спросил он.

- Всегда была, - ответила Маша.

Он взглянул, покачал головой.

- Со мной что-то происходит, - пробормотал он. - Надо быть сумасшедшим, чтобы поверить в это. А я... я... не хочу быть сумасшедшим. Ты меня понимаешь?!

Маша кивнула. Она подошла к отцу, и он обнял ее. Она чуть не расплакалась, так ей стало его жалко.

"Нет, я не могу с ним расстаться!" - твердо сказала она сама себе.

Глава 21

В которой читатель снова побывает в Вечерней стране и вернется

обратно вместе с Машей, совсем повзрослевшей

Кто не летал в серебряной карете, запряженной тройкой белоснежных лошадей, тот не знает, какое это потрясающее удовольствие. Второй раз Маша летела одна, тревога сжимала ее сердце, но все равно, стояло карете взмыть в воздух, как тотчас все тревожные мысли облетели, как сухие осенние листья, она на краткий миг позабыла обо всем, отдавшись на волю воздушной стихии и кувыркаясь на атласных подушках кареты. Теперь она обратила внимание на то, что на подушках был замысловато вышит вензель "МП" и на самой карете красовался точно такой же знак. Ларик был почтительнее, чем обычно, а кони неслись еще стремительнее, чем в первый раз.

Она не успела насладиться полетом, как кони встали, дверца распахнулась, и Ларик, почтительно склонив голову, помог ей выйти из кареты. Он дал ей оглядеться, потом, уловив ее желание, взял за руку; они поднялись в воздух и полетели в сторону замка. В окнах его уже горели огни, и легкие тени мелькали по белым занавесям.

Они спустились у крыльца, взошли на него, обе двери мгновенно открылись, и два лакея в белых ливреях вышли навстречу, приглашая их войти.

Маша смело ступила на широкую голубую дорожку, украшенную геральдическими гербами великих князей по краям, и уверенно пошла по ней меж высоких мраморных колонн, приближаясь к большой зале, за дверями которой уже слышался гул возбужденных голосов. Не успела она приблизиться на два метра к дверям, как они неожиданно распахнулись и статный мажордом в парике громким голосом объявил:

- Принцесса Северного Королевства Ее Высочество Мария Победительница!..

Грянул оркестр, Маша обернулась, но Ларика за спиной уже не было, а сама она шла в белоснежном платье, украшенном кружевами и воланами. Маша вышла на середину зала, поклонилась, сделав одновременно книксен. Герцог Тосканский, руководивший церемонией, подбежал к ней, поцеловал руку.

- Наконец-то Ваше Высочество, баронесса меня уже осыпала упреками.

Он подвел Машу к Эльжбете, и хоть Маша никогда ее не видела, она тотчас поняла, что это именно баронесса, а за ее спиной в кругу фрейлин она увидела и бабушку, которая сделала ей знак не приближаться к ней и вместе со всеми фрейлинами почтительно склонила голову в приветствии.

- Мы действительно вас заждались, Ваше Высочество! - смущенно проговорила, поклонившись, баронесса Эльжбета. - Но Вы вовремя, Король вот-вот должен появиться!.. Как долетели?

- О, прекрасно! - заулыбалась Маша.