Наталья Литвинова - Поле вероятности

На время установки нового защитного купола, вся жизнь города сосредоточилась под землёй. Там же работали магазины и школы. Одним словом, жизнь продолжалась и без Фарбуса, и без Вена.

Клейто скучала по детям, особенно её душа, болела за Южди, — младшую дочь, оторванную от груди. И без того она была слабенькой и частенько болела. Изредка ей по фону звонили Эйна с Каби. Почему, изредка, потому, что своего фона сёстры не имели. Ольга была рада и этим редким встречам. Они потрясали перед ней малышкой, и Клейто ненадолго успокаивалась.

Однажды её вызвал председатель парламента Флокии и официально сообщил о введении её в состав кандидатов в президенты Флокии. Для Ольги это сообщение было и неожиданным, и как само собой разумеющимся. Хотя она точно знала, что проиграет, потому, как не являлась коренной Марсианкой, но посчитала это предложение, как дань уважения Эймоссцев к её персоне. С другой стороны, кому, как не ей ближе всех были желания и стремления Фарбуса Эриконда. Взять хотябы его вариант проекта коммюнике, которое они составляли вдвоём, прежде чем он отправил его на утверждение в парламент. Надо бы, как-то скоординировать этот проект, с проектом Архивата Апек, чем томиться от безделья и сидеть, сложа руки. "Просто интересно, что у него там, в проекте? — подумала Клейто".

Зная, как он занят днём, она решила отправиться к нему вечером. Почему-то и в мыслях у неё не было, чтобы предупредить его заранее, и напрасно.

В "отсеке звездолёта", как она мысленно назвала его подземную резиденцию, Клейто прождала его два часа и уже собралась домой, когда он вдруг вошёл.

— Клейто, мне только что сказали, что ты меня ждёшь. Извини, дел по горло.

— Ничего страшного. Я приду завтра.

— Останься.

Она уже научилась играть, обманывать и изворачиваться. В этой связи, в душе у неё поселилась неприличная, панибратская раскованность, особенно по отношению к Аристоклу. Но после смерти Фарбуса она сдерживала этих бесов. По всему видно, Аристокл тоже поменял свою роль, и теперь эта перемена раздражала Клейто. Лучше бы он относился к ней, как раньше. А сейчас, посещаемая изредка жалость к нему, грозила испортить весь спектакль. Она не знала слов для данной обстановки, но чётко помнила установку Фарбуса на дипломатичные отношения

— Уже поздно, — сказала она, — а дело у меня не на пять минут.

— Бог, с ним, с делом. Просто посидим, поужинаем. Наверное, ты хочешь есть?

Клейто недоверчиво оглядела его.

— Нет, Аристокл, я пойду.

Она уже поднялась и прошла мимо него к выходу.

— Постой, — он слегка придержал её за руку, но она поспешно одёрнула её.

— Я давно хотел показать тебе одну вещь, — бросил он ей в спину, — я почти уверен, что тебе будет интересно.

— Интересно? — повторила она, повернувшись к нему, и остолбенела.

Да, он точно знал, чем заинтересовать её. Противоположной стены уже не было. Вместо неё там располагалась мини-лаборатория. Клейто, словно зомби двинулась в её сторону, ни грамма не обращая внимания на довольную ухмылку Аристокла.

— Первый Атон вылетит на Эймос только через неделю, — донеслось до неё из потустороннего мира, — ты можешь здесь немного отдохнуть.

— Что можно сделать за неделю, — сказала она отрешённо, заглядывая на полочки и открывая всевозможные шкафчики. И тут, она заинтересовалась прибором, похожим на наушники.

— Кажется, я знаю, что это такое, — довольно проговорила она, — это портативный накопитель одинов. Почти такой же, на Земле собрал Марк Соло.

— Кто такой Марк Соло? — напрягшись, спросил Аристокл.

— Он один из последователей профессора Правикова.

— Тогда, он наш человек.

Ольга изменилась в лице и только теперь взглянула на него.

— Тебе мало того, что случилось с Итеей и с самим Правиковым? Нет, я никогда не стану его последователем. У меня совсем другие планы на счёт одинов.

— А я буду развивать его идеи, — упрямо произнёс он, — они не совершенны, но я доведу их до ума.

В азартном споре, Ольга расслабилась, поэтому была сама собой.

— Аристокл, — улыбнулась она снисходительно, — займись своими прямыми обязанностями, а исследования оставь другим.

— Например, тебе?

— Мне.

Он тоже улыбнулся и подошёл к ней. Как приятно видеть её вне траура.

— У тебя не меньше дел на этой планете, так что мы в одинаковом положении.

Клейто поджала губы.

— В ближайшие, хотябы десять лет, этот прибор тебе не понадобится, она стрельнула в него хитрым взглядом, — подари мне его на время. Я верну его уже в другом качестве.

Аристокл прищурился, что-то соображая.

— Бери, но сначала ужин.

Клейто возмущённо вздохнула.

— Я и забыла, что ты Виндеконд.

— Это слово ругательное?

Он взял у неё из рук прибор и, повертев перед её глазами, проговорил:

— Ценная вещь, между прочим, и весьма, незаменимая в нашем деле.

Ольга, сощурившись, пригляделась к нему. "Нет, ну, что произошло? — думала она, — в чём подвох?" Этому прибору и в самом деле нет цены. Марк потратил на такой же, целые годы. На основе этого накопителя они намеревались производить дальнейшие исследования. Между тем, под руку ей попалась коробка с каким-то записями, и она осторожно спросила:

— А это что?

— Один из трудов Правикова.

Она не виновата, что у него сегодня сдвиг по фазе.

— Ты дашь мне их почитать?

— Ужин.

"Нет, это розыгрыш, — продолжала думать она". Откинувшись в кресле, он продолжал наблюдать за её реакцией, безумно радуясь, тому, что нашёл к ней самый главный ключ от её души.

— А, что у нас сегодня на ужин? — вдруг спросила она.

— Иньский студень, карбет, луксии синие и т. д.

— Что-то не очень аппетитно звучит.

— Чем богаты, — развёл он руками.

Сидеть рядом с ним, спокойно ужинать и при этом в подробности помнить всякие гадости, связанные с их прошлой семейной жизнью, для неё было кощунственным. Это форменная измена сомой себе, но невидимый режиссёр призывал к порядку. Перебрав в уме дежурные слова, она спросила:

— Похоже, у тебя сегодня удачный день.

Стараясь не морщиться, она честно пыталась проглотить что-то фиолетовое.

— Вовсе нет. После мятежа воцарилась повсеместная разруха, не только в городских кварталах, но и в управленческих кругах. Повсюду не хватает людей. На ходу приходится изучать принцип устройства установок купола, и лично присутствовать на его восстановлении. Даже ремонт космопорта не обходится без моего вмешательства. Приходится решать не только чисто, технические проблемы, но и проблемы детских садов. Людей нет, зато тюрьмы вновь наполнились свежими постояльцами. Ждать выборы некогда, нужно срочно восстанавливать город. И это только в Архиноне, а что делается в других городах?