Филип Фармер - Апофеоз, или Зарисовки на руинах моего сознания (Экзорцизм - 2)

— Они восстанут в человеческом обличье в амбаре за нашим домом, ответила Вивьен. — Там места более чем достаточно, несмотря на обилие вещей.

— Их будет девятьсот, — объявил Пао. — Сразу всех одеть плотью невозможно. Вы можете управлять этим процессом, капитан! Каждый раз, например, материализовать по десять-двадцать наших соратников. Их проведут из амбара в здание.

"Теология Дня Воскресения! — подумал Чайлд. — А я, значит, заменяю Всевышнего?"

— А лорд Байрон, мой подлинный отец? Он тоже окажется в их числе?

— Нет-нет! Вы забываете, капитан, что…

Он замолчал на полуслове, явно не желая продолжать.

И неудивительно! Байрон ведь окажется среди призраков токов, которых материализовать не планируется. Пао, должно быть, старается сейчас угадать, что думает Чайлд.

То, что отец капитана — ток, легко могло привести его к выводу, что именно враги огов — положительные герои этой драмы.

— Байрон был очень талантливым молодым человеком, но страшно погряз в пороке, — осторожно и медленно произнес Пао. — История умалчивает, до какой степени он предался злу, но сохранились косвенные указания на это. Конечно, общество не знало всей правды, иначе его казнили бы! Сожалею, капитан, что вынужден говорить такое о вашем отце, но правда есть правда. К счастью для вас, мы успели спасти нашего капитана от токов!

Скрытый смысл фразы Пао угадывался легко. Благодетели-оги спасли Чайлда от мрачной перспективы пойти по родительским стопам.

— Я должен все хорошенько обдумать, — сказал Чайлд. — Мне бы хотелось побыть одному. Я сегодня вам понадоблюсь?

— Сегодня токи собираются, чтобы напасть на дом, — извиняющимся тоном произнес Пао. — Сейчас как никогда важно выиграть время. Мы надеялись, что к вечеру вы накопите достаточно сил и будете готовы к Граализации.

— Я жду вас после обеда, — подытожил Чайлд.

Пао поклонился, а Вивьен хотела было вновь припасть губами к фаллосу капитана, но он отстранился, бросив:

— Мне необходимо сохранить энергию.

Ответ Чайлда явно понравился Пао, но рыжеволосая красавица нахмурилась, закусила губу и молча повернулась, чтобы удалиться. Чайлд остановил ее:

— Минутку, Вивьен. Помнишь, что случилось прошлой ночью? То есть ты оставалась в сознании, когда, гм-м… рассыпалась на части?

— Да, но чувствовала себя, как во сне. Когда меня собрали, я сохранила смутные воспоминания…

— Ты испытываешь оргазм в "разобранном виде"?

— Даже если что-то и происходит, не помню. Если ты хотел отомстить, то получил жалкое подобие расплаты, так же как, очевидно, я — подобие оргазма.

— У меня еще кое-как укладываются в голове твои приятели с их фантастическими свойствами: о таком упоминают легенды, сказки, поверья. Но мне ни разу не приходилось слышать о созданиях твоего типа. О вас что-нибудь было известно людям?

— Если ты намекаешь на строение тела, автономизацию, как я называю это, и живущего во мне ога, то ответ отрицательный. Я уникальна. Кстати, я относительно молода. Вновь материализовалась в 1562 году, погибла в 1431 году нашей эры, как сейчас принято вести отсчет. Живущий во мне ог умер в 1440 году. У меня не было лучшего друга ни среди соплеменников, ни среди людей.

— Так эта тварь когда-то носила человеческую оболочку?

— Да. Видишь ли, когда нам удалось материализоваться снова в 1562 году, мы перестроили тела в их нынешнем виде. Такие вещи для огов возможны, до определенных пределов, конечно. Приходится считаться с законами природы. Но с нашими невероятными знаниями получаешь возможность делать с материей то, что вам, землянам, и в голову не придет. Мы часто говорили о таком симбиозе, видели в нем возможность удэоить интенсивность любовных игр. Поэтому материализовались в нынешнем виде. Правда, при этом допустили одну ошибку. Вернее, ее допустила я. Я почему-то думала, что, если смогу разделить себя на автономные части, они тоже познают любовь, то есть, я хочу сказать, оргазм, и будут передавать ощущения друг другу. В общем, моя идея не сработала.

Говорит Вивьен правду или лжет? Сказанное казалось чем-то уж совершенно фантастическим. Возможно ли, чтобы кто-то сам совершил с собой такое! Разве не правдоподобней предположить, что сразу после материализации Вивьен и ее дружка поймали токи. Потом враги превратили их в то, что они сейчас собой представляют.

Трудно понять, для чего они это сделали, но все-таки садистская шутка с пленными — более правдоподобный вариант, чем ее объяснение.

— В пятнадцатом веке нам пришлось пройти через страшные испытания, продолжала она. — Его повесили и сожгли, а я сгорела на костре.

— Значит, ты была ведьмой? Тогда все умерщвленные в средние века колдуньи и в самом деле виновны?

— О нет! Не могу назвать себя невиновной, но ведьмой я не была. По крайней мере, в том смысле, как это понимали мои палачи. Меня ведь сжег один англичанин. Ты знаешь?

— Нет. А кем ты была? Известной личностью? Я мог где-нибудь читать о тебе?

— Думаю, да. Меня звали Жанна д'Арк. А того, кто живет в моем лоне Жиль де Ре.

ГЛАВА 19

После ухода огов Чайлд прилег на кровать. Сибил проснулась в самом конце их беседы, поэтому он пересказал ей содержание разговора.

Выслушав Геральда, Сибил заметила:

— Я всегда считала, что Жанну д'Арк англичане отправили на костер по ложному обвинению. Ее ведь потом оправдали, правда? Жанну осудила Церковь; она же, в лице святых отцов, сняла обвинение, а потом объявила «ведьму» праведницей. Думаю, все дело в том, что наша Вивьен стала для французов национальной героиней.

— А я не понимаю, что надо было Вивьен… то есть Жанне? С какой стати огу пытаться спасти Францию от завоевателей-англичан?

— Возможно, ради собственных интересов. Кто знает, что она собиралась делать после того, как передаст бразды правления королю-французу? Не исключено, что Вивьен хотела позднее занять его место или использовать как марионетку и получить фактическую власть над страной. А может, даже намеревалась изгнать англичан, а потом вторгнуться в Британию и снова объединить две державы. Я не спрашивал, чего они с Жилем де Ре добивались тогда. Что ж, при случае надо поинтересоваться. А сейчас я еще не пришел в себя от того, что услышал.

— А кто такой этот Жиль де Ре, Чайлд?

— Военачальник; один из самых искусных и храбрых воинов Франции. А еще дичайший садист, психопат с гомосексуальными пристрастиями, который заманивал в свой замок, похищал, а затем пытал, калечил и убивал во славу Сатаны сотни детей. Мальчиков и, по-моему, девочек. В те дни член королевской семьи или представитель знати мог позволить себе многое, не опасаясь возмездия, но этот зашел слишком далеко даже для своего кровавого времени. Его обвинили в колдовстве, ритуальных убийствах и других страшных преступлениях, включая, по-моему, содомию. Жиля де Ре приговорили к смерти, и совершенно правильно! Мало найдется диких изуверов, подобных ему. По сравнению с нашей змейкой Джек Потрошитель кажется старым добрым чудаком!