Роза Сергазиева - Лакуна

Хромов раскачивался над пропастью. Нет, не правильно. У пропасти, даже самой глубокой, есть дно. Поэтому правильнее сказать, он висел над бездной. Хотя и то и другое одинаково страшно и одинаково безумно. Может быть, эта мысль, наконец, вернула парня в реальность и поторопила: нужно быстрее оглядеться и возвращаться. Как не была лакуна ненавистна, все же в коридоре безопаснее, чем за краем.

Вцепившись в веревку, Денис попытался осмотреться. Повернул голову немного влево, насколько смог — немного право — НИЧЕГО. Если здесь и есть выход, то увидеть его, а тем более попасть в него (то есть отпустить веревку и куда-то прыгнуть?!) безрассудно. Конечно, можно предположить, что пьяный сторож, сиганувший в муть, а также башмаки, сброшенные во время экспериментов профессором, а потом и та кукла, которую отправил в путешествие Денис, теоретически могли "выпрыгнуть" в реальный мир. Но — лишь теоретически. Существует лишь один способ проверить гипотезу — разжать руки. Но Хромов к такому подвигу не готов.

А значит, пора наверх. Первая взбадривающая сознание мысль, которая мелькнула с того момента, как парень перевесился за барьер.

Денис медленно подтягивался, перебирая узлы руками. Вот, наконец, коснулся ладонью гладкого покрытия в коридоре. Отсюда, из края хорошо видно "основание" лакуны, а вернее то, что осталось от фундамента бывшего детского сада: старый протертый линолеум намертво приклеен к доскам, те в свою очередь опираются на крепкие бревна, промежутки между которыми забиты опилками. Но деревянная стружка за много лет спрессовалась в горки, кое-где обнажились пустоты.

Вдруг Хромов заметил за одним из бревен что-то черное (предмет выделялся на фоне светлых опилок), дотянулся рукой и нащупал кожаную ручку. Вытащил находку и — чуть не рухнул в бездну: тяжелый портфель, нарушив равновесие, стремился утянуть смельчака вниз. Денис размахнулся и забросил дипломат в лаз. Подтянулся в последний раз и упал на пол, пытаясь отдышаться и прогнать остатки прилипчивого страха.

В коридоре по-прежнему никого.

Хромов принес портфель в свою комнату. Джин, дождавшийся хозяина, запрыгал и заскулил от радости. Но потом съежился и обратился в нюх: новый, явно чужой предмет вызывал у собаки недоверие.

— Что, тебе тоже интересно? — Денис положил дипломат на кровать. — Замок кодовый, придется ломать.

Легко сказать: потребуются инструменты, хотя бы молоток. Неужели идти к дяде Мише? Объясняться, а этого не хотелось: бывший бомж пока входил в число подозреваемых (правда, непонятно в чем). Да и после вчерашнего люди еще не готовы к общению. Нужно самому найти что-нибудь подходящее.

Хромов оглядел комнату: он здесь не так давно, не успел обзавестись ненужными вещами. А если…

Решение оказалось грубым, но действенным: Денис скинул портфель на паркет, поставил ножку кровати на кодовый замок, и со всего маху прыгнул на лежанку. Усилия хватило — накладная железяка отлетела. Парень плюхнулся на пол поближе к дипломату, рядом растянулся любопытный Джин.

Денис откинул крышку. Пес от удивления гавкнул, Хромов от неожиданности присвистнул: в маленьком чемоданчике ровными рядами лежали пачки стодолларовых купюр. Кто мог спрятать деньги под полом детского сада? И главное: когда?

Глава 17

Пачки аккуратно и профессионально перетянули разноцветными резинками. Денис освободил одну упаковку от "пут", и купюры рассыпались по полу. Повертел в руках несколько банкнот. Старые, напечатаны в конце 80-х начале 90-х. Значит, попасть в тайник до рождения лакуны они никак не могли. Значит, владелец из местных. Аганины, а также Крон сразу вычеркиваются из списка. Подавляющее большинство советских людей понятия не имели, как выглядят американские рубли. Если бы кто и нашел зеленые бумажки, то, скорее всего, отнес с презрением в милицию. Вот Травкин уже знаком с долларами, копил на видюшник, но принадлежит ли дипломат ему? Сомнительно, в лакуну Петр Сергеевич попал одновременно с Ланой, тогда бы и девушка знала про портфель. А при ее неприязненном отношении к бывшему начальнику ЖЭКа вряд ли она согласилась бы хранить валютную тайну. Да к тому же (Денис передернул плечами, вспомнив свои ощущения), в первые минуты после провала человек находится в тяжком состоянии. И не способен на активные действия вроде запихивания в тайник тяжелого саквояжа с дензнаками. К тому же Травкин и Лана "свалились" непосредственно в комнату Егора, когда там находился младший Аганин. А вот свидетелей "прибытия" дяди Миши и Ласкова не было, вновь вернулся к своим подозрениям Хромов. И они оба имели неограниченное время, чтобы, очнувшись и отдышавшись, что-то спрятать. Помнится, Петр Сергеевич однажды намекнул, что бывший банкир не мог не сделать заначку. Почему такая догадка пришла коммунальщику в голову: из-за ненависти, "настоенной" на зависти к Алику, или Травкин действительно что-то видел?

А если поискать информацию о неизвестном владельце в самом портфеле? Денис тщательно осмотрел отделения и кармашки — могла остаться справка о покупке валюты с паспортными данными клиента, тогда такая оформлялась в обязательном порядке. Но хозяин, заметая следы, или заведомо уничтожил любые намеки на себя, или приобрел и упаковал купюры не в банке и не в легальном обменном пункте. Денис на всякий случай отодрал шелковую подкладку — вдруг в дипломате есть второе дно. Но лишь испортил саквояж. Нет, кроме самих стодолларовых банкнот в чемоданчике ничего нет.

Попробуем выстроить логическую цепочку. Вариант первый: американские рубли принес с собой дядя Миша, и тогда никакой он не бомж, а образ бродяги — игра на публику, чтобы скрыть еще какую-то тайну. Вариант второй: валюта принадлежит Алику. И он никому про нее не говорит, так как уверен, что выберется наверх. А значит, он что-то знает. В любом случае нужно проверить оба варианта.

Парень собрал рассыпавшиеся купюры, перетянул их вновь резинкой, засунул пачку в карман и отправился к соседу, который жил в комнате сестры-хозяйки.

— Господин Стальев, — громко хлопнув дверью, решительным голосом сказал Хромов (не зря же он любил смотреть детективы и запомнил один из основных методов следствия: хочешь расколоть преступника, действуй напористо), — я знаю, что вы никакой не бомж.

— Откуда? — дядя Миша, ошарашенный заявлением, скатился с банкетки, на которой дремал.

— Сначала вы раскрываете карты, — пришлось увильнуть доморощенному детективу, ведь никаких реальных доказательств у него нет, — потом я.

Стальев пробежал пальцами по рубашке, словно перебирал пуговицы на… кителе. Потом неожиданно выпрямился, подтянулся, расправил плечи, поднял гордо подбородок. Вот это да! — не поверил глазам Денис. А дядя Миша-то, оказывается статный мужчина.