Вольдемар Грилелави - Ежик с иголками

— Вот там как раз почти каждый день чего-нибудь происходит, будьте уверены и можете не сомневаться. Если подождать, то оно обязательно проявится, — категорически заявил Женя, как знаток и обладатель такой конфиденциальной информацией. — А чтобы ожидание не показалось столь утомительным и тоскливым, возьмем по бутылочке вина. Я думаю, что рубль и пирожок к субботе вы припасете.

Идея, кроме самого Володи, всем очень понравилась. Даже с интересом и с нескрываемым азартом отнеслись ко всем аспектам этого предложения. На трамвайной остановке, что рядом с перекрестком, есть приличная и весьма удобная скамейка, где можно, сидя с бутылкой вина в руке, сколько угодно выжидать аварийную ситуацию. Володе до конца эксперимента и самой аварии предложили воздержаться от потребления, чтобы в самый нужный момент иметь ясный ум и трезвую голову. А то потом свалит все на хмельное состояние.

— Вот после эксперимента ты и выпьешь свою бутылочку, — предложил Женя, как автор самой идеи проверки неземных способностей товарища. — А мы ее не тронем, можешь не переживать.

Спорить и доказывать не имело никакого смысла. Народ уже жаждал вина и зрелищ на ближайшую субботу. А пока без зазрения совести пропивали вчерашний Володин заработок, хотя и в волшебство даже не планировали поверить, категорически отказываясь принимать их фантазии за реалии. Конечно, деньги откуда-то появились, и это факт очевидный, который с удовольствием можно израсходовать. А чудо — пока миф, в который еще нужно поверить, лицезрев его собственными глазами.

Суббота выдалась прохладной, но зато без дождя. Всю неделю лило, заливало, а в пятницу вечером природа решала и себе и людям устроить выходной. Хотя и без солнышка и с легким понижением температуры наружного воздуха, но в пальто и в теплых ботинках с бутылочкой хорошего плодововыгодного вина, как его прозвали в пьющей среде, сиделось на остановке уютно. Друзья словно забыли, зачем и по какой причине собрались. Болтали на всевозможные и разнообразные темы, без конца курили, отхлебывая вино из горлышка, и радовались хорошему настроению. Машин в субботу в городе было кошмарно мало, поэтому и определились, что день выбран неудачно, но, раз уж собрались и сидят в этом месте, то эксперимент проведут до логического завершения. До окончания вина и сигарет.

Через два часа, когда на улицах уже кроме трамваев и маршрутных автобусов никого и ничего больше не осталось, Миша внес предложение на сегодня закончить Володины испытания и познания его волшебного дара, перенося их на любой будний день, когда вероятность аварийных моментов значительно возрастет.

— Откуда здесь на пустынных улицах взяться авариям и катастрофам, — горячо доказывал он состоятельность своих предположений. — Даже если и есть у Володи этот чудесный дар, то условия для его реализации полностью отсутствуют. Ну, если только еще по бутылочке взять, или его долю выпить, то тогда можно подождать немножко.

— Во-первых, — категорически возражал Володя, громко и матерно выражая свое полное несогласие с постановкой вопроса под таким тупым и неправильным углом, — свое вино я не собираюсь никому отдавать. А потом, это уже, во-вторых, из вас никаких экспертов после второй не получится. Все мои дары на собственные галлюцинации спишите. И мне, а это, в-третьих, на ваши пьяные рожи смотреть абсолютно никакого интереса. Самому хочется уже до чертиков выпить. Вот вас догоню до вашей кондиции, тогда можно пить и сидеть, сколько пожелаете.

— Ладно, пошли в свой бивак, — согласился Женя. — Там досидим этот денек. В чем ты прав, так чуда под заказ не случается. Оно происходит спонтанно и без предварительного предупреждения. А здесь мы можем и месяц просидеть, так ничего не дождавшись. Как-нибудь в другое время придем сюда и досидим до чуда.

Решение приняли единогласно, и дружно покинули наблюдательный пост. Но далеко отойти от него не успели. Володя без предупреждения неожиданно рванул к перекрестку и, подхватив маленькую девочку лет семи-восьми, резко отпрыгнул с ней в сторону. И тот же миг, не дав опомниться друзьям от такой выходки друга, послышался сильный хлопок, и автомобиль, визжа колесами, врезался в дорожный знак, стоящий на развилке улиц, снося его с места и останавливаясь почти рядом с тем местом, где несколько секунд назад стоял ребенок. Дорожный знак переломился пополам, вонзаясь острым углом в асфальт.

На некоторое мгновение все участники и свидетели события замерли, ошарашенные и загипнотизированные происшествием. Друзья замерли не по причине самой аварии, а от самого факта, что сумели предугадать и дождаться ее, словно она была запланирована, как сеанс кинофильма в кинотеатре. Но они чуть было не прозевали ее из-за глупой собственной нетерпеливости. Ребенок хотел заплакать и испугаться, но дядя выглядел добрым и веселым, а боли и беспокойства ей не причинял. Потому она сочла нужным и своевременным просто прикрикнуть на него:

— Отцепись. Чего пристал!

Из козелка по имени Газ-69 выскочил мужчина лет сорока. Отдельно сказать, что у него тряслись руки, трудно и неправильно. Трясся он весь, включая и волосы на голове. Бледный, потерянный и перепуганный, посиневшими губами он пытался оправдаться, так до конца пока не осознавая момента истины.

— Колесо, понимаете, колесо, оно само, как бабахнет, так меня сразу вправо, а тут знак, и я как по тормозам, а что тут делать, когда до него всего-то пару шагов, вот такое вот…. Даже сам не знаю. А откуда этот пацан взялся, так я совсем не увидел его. Как прыгнет, а оно как бабахнет, а меня вправо, влево, — пошел по второму кругу, слегка тронутый умом, водитель, которого нужно срочно приводить в чувство.

— Ну, ни фига себе! — наконец-то очнулся Миша, приводя своим выкриком в чувство остальных друзей. — Вот припарка неслабая! Дождались-таки! А уже домой собрались. Мужики, а ведь именно вот на этом месте, — он подошел к знаку, пронзившему своим острым концом асфальт сантиметров на несколько, — здесь вот и стояла. Представляете, что осталось бы от девчонки, если бы Володя не убрал ее с этой точки?

Постепенно приходил в себя и Вася, понимая, что пришел его звездный час и время выходить на сцену со своим монологом. Пора действовать, не допуская движения сценария на самотек. Он подошел к трясущемуся мужику-водителю, который уже собирался в пятый или шестой раз пересказывать свой рассказ о колесе, которое внезапно, и не запланировано, лопнуло, и похлопал панибратски его по плечу.

— Так-так. Да, мужик, дела тут, можно сказать, паршивые. Чуть ребенка не убил. А ведь он тебя спас не только от тюрьмы, но и от бессонных ночей. Представляешь картинку, достойную пера с кровавыми последствиями. А чего с ребенком натворил бы, так это и рассказу не поддается, если бы нашего друга в нужную минуту рядом не оказалось. И имели бы мы здесь вместо одного целых два ребенка. Ну, точнее, ее две половинки. Одна справа, вторая слева, а вокруг кровище, кишки! Кошмар. Вот полюбовались бы картиной Репина!